Его долго лечили, и он, естественно, полностью выздоровел, потом почти и не вспоминал даже о своем приезде в Париж‐100. Политикой больше не занимался, противно стало это ему, одно время пытался научиться танцевать психотанцы, но быстро бросил, не выходило у него с психотанцами ничего.
Теперь он замкнут, смотрит исподлобья, с людьми сходится трудно. Иногда говорит что-нибудь невпопад, хотя психических проблем у него совсем нет. Еще любимое присловье появилось у Кублаха – «кабальеро данутсе». Он произносит его как ругательство или молитву, но всегда с чувством.
– Кабальеро данутсе, – говорит он. – Кабальеро данутсе!
Предыдущая
Стр. 121 из 121