Ему хорошо, когда ей хорошо…
И сейчас ему тоже хорошо.
Потому что она улыбается и жарко целует своего друга. Потому что откидывает назад голову, кусая губы, а потом кричит… Нет, сначала стонет, а потом кричит. В голос. Никого не стесняясь. Потому что ей нравится быть с ним, потому что ей хорошо, а значит – хорошо и ему, Антону Арнольдовичу.
Жалко, конечно, что сейчас он не на месте её друга, но Даша сказала «Вечером!», значит, надо ждать вечера и ни о чем не беспокоиться. Он любит. Он должен.
Бранделиус отошёл от двери кабинета, в котором уединились его гости – он наблюдал за ними через узенькую щёлочку, – и медленно направился на кухню: после столь горячего секса Даша наверняка захочет пить. Сделать ей чай? Белое вино? Или освежающий мохито?
Он остановился на пороге кухни, размышляя, чем порадовать любимую, и неожиданно вздрогнул: его вдруг охватило ощущение невероятной, чудовищной в своей нелепости неправильности происходящего. В том, что творилось сейчас, таилась какая-то жуткая ложь, но какая?
Что не так?
Со второго этажа донёсся громкий крик.
«Что происходит? Кто там? Я… – Бранделиус пошатнулся, потёр висок, недоуменно огляделся, и взгляд его упёрся в винный шкаф. – Пожалуй, белое вино станет наилучшим выбором для моей красавицы».
Он извлёк бутылку пьемонтского, вытащил бокалы, а затем подошёл к окну, привлечённый странными звуками из сада…
– Почему мы не поехали за рыжим? – осмелился спросить Хлястик. – Он ведь наша цель…
– И наверняка отправился кого-нибудь мочить. – Самбука зевнул. – Это становится однообразно, скучно и неинтересно.
– А что интересного здесь?
– Есть ощущение, что здесь живёт его хозяин. – Теперь барон усмехнулся. – Вспомни: рыжий ютится в панельной многоэтажке и катается на подержанной тачке. И вдруг приезжает в крутой дом… Или здесь его хозяин, или здесь их логово.
– Если манерный – хозяин, то наш рыжий, получается, бойцовский пёс?
– Которого изредка спускают с цепи…
– Ничего себе – изредка! Два дня – три трупа. – Хлястик покачал головой, припоминая славные девяностые, когда такая «производительность» не считалась из ряда вон выходящей, и добавил: – И сейчас, ты сам сказал, он кого-то мочит.
– Но ведь раньше не мочил, – резонно ответил Самбука. – Его, наверное, привезли сюда.
– И ты хочешь знать…
– Хочу поговорить с владельцем… Может, удастся получить телефон питомника. Мне бы такая собачка пригодилась.
Грузило засопел.
– Обиделся?
Но ответить здоровяк не успел: к дому подъехал длинный тёмный универсал, кажется, «Ауди», к направляющим на крыше которого была привязана асбестовая труба семи-восьми футов.
– Сантехники, что ли?
– Или косят под сантехников, – осторожно заметил Хлястик.
– Или так, – не стал спорить барон.
И через минуту убедился в правоте водителя: вышедшие из машины мужчины, пухленький блондин и худой брюнет, не были одеты в рабочую одежду. Они открыли калитку и уверенно прошли внутрь, к главному крыльцу.
Пошли, но не дошли: буквально через три шага дорогу им заступил неизвестно откуда взявшийся крепыш в тёмной одежде и кепочке, заступил и без лишних разговоров так засветил кулаком пухлому, что даже Грузило уважительно присвистнул.
Пухлый взвыл. Бандиты с интересом припали к окнам машины.
– Идиот!
Уклонение, кулак свистит мимо…
– Не обзывайся!
Попытка набросить «Навский аркан» и выудить из голема энергию. Удар ногой в плечо. Громкий стон…
– Ты говорил, он выключен!
– Да!
Прыжок назад. Голем промахивается, но это его не смущает – тут же следует ещё один выпад.
– Откуда ты знал?!
– Кто будет включать охрану… сидя в доме? Зачем?
– Идиот!
Мустафа получает по зубам и летит к забору.
Голем Бранделиуса оказался сработанным на совесть: быстрый, крепкий и обладающий прекрасной магической защитой, сумевшей блокировать даже «Навский аркан». Сколько защита продержится против их атак – неизвестно. Понятно, что рано или поздно она «ляжет», но пока иллюминату и шаману приходилось туго.
– Ты как? Ох…
– Заткнись! – Мустафа выплюнул на ладонь выбитый зуб и с мстительной радостью посмотрел на согнувшегося Меркеля, получившего кулаком в живот. И тут же бросился в сторону, уходя от очередного удара.
«Ну кто же знал, что этот козёл Бранделиус днём выставит голема на боевой взвод?»
– Кто это? – поинтересовалась Карина, без особого интереса разглядывая через окно дерущихся мужчин. В смысле, изучая, как невысокий и крепкий обладатель кепочки целенаправленно мутузит двух неудачников.
– Наверное, это местные маги, о которых говорил Антон, – сообщила увлечённая происходящим Даша. – Шаман и его приятель… Этот… масон.
– Иллюминат, – подсказал Сатурн.
– Под описание подходят, – закончила девушка.
– Я тоже думаю, что это они, – сухо произнесла Карина. – Я спрашивала, кто их бьёт?
– Охранный голем.
– Мы его включили, чтобы кто ненужный не пришёл, – добавил Сатурн.
– Как видишь – вовремя.
– Думаете, они не нужны?
– Мы их не приглашали.
Неприглашённым магам удалось удрать за угол, голем последовал за ними, и Сатурн с Дашей повернулись к девушке:
– Мы можем в любой момент отключить голема и поговорить с ними.
– Но они явились незваными, так что пусть их сначала побьют.
– Разговорчивее будут.
Карина махнула рукой, словно говоря «как скажете», и повернулась к дверям:
– Пойдем в гостиную. Вы должны это видеть.
Только сейчас Даша поняла, что подруга ведёт себя странно, заметно скованно, и насторожилась:
– Что случилось?
– Увидишь…
Выскочила из кабинета, торопливо спустилась на первый этаж, вбежала в гостиную и…
– Витя! – Это был почти вопль. – Витенька!
Потом, обдумывая случившееся, Дарья призналась, что не ожидала от себя таких эмоций. Фактически она навсегда распрощалась с Громовым: покинула квартиру, намереваясь лишь ненадолго заскочить за своими вещами, начала отношения с Сатурном. Громов её больше не интересовал, не вызывал никаких чувств. Не должен был вызывать, но этот ужас… Штырь в голове… Отрешённое лицо… Змеящиеся к груди трубки… Страшная машина…
Кошмарный вид человека, которого она любила, молотом ударил девушку, заставил закричать, а через несколько секунд – разозлиться.
– Кто?!
Герман молча кивнул на понурившегося эрлийца.
– Зачем?! – Она бросилась на живодёра с кулаками, и лишь в последний момент Сатурн ухитрился перехватить разъярённую девушку. – Отпусти меня! Зачем?! За что?!!
– Я исследователь, – негромко произнёс врач, потирая шею. То ли от смущения, то ли потому что она затекла, пока был без сознания.
– Скотина!
– Эту тварь надо убить! – прорычал Сатурн. Ему очень хотелось отпустить Дашу.
– Спящий свидетель, какие же вы тупые… – Герман хотел ударить наглого пленника, но передумал, догадался, что тот не просто так сыплет оскорблениями. – Вы ведь уже знаете о существовании магии! Так почему бы вам не сообразить, что ваш приятель переживает тотальное магическое сканирование, правда, в полевых условиях. И если бы вы не ворвались в мой номер, Виктор… Его зовут Виктор?
– Да, – подтвердила Карина.
– Так вот, если бы вы не ворвались ко мне, то Виктор уже ехал бы домой, или к вам, или на работу… – Петриус цокнул языком. – В общем, ехал бы в своё удовольствие, живой, здоровый и без единой царапины…
– Ты врёшь! – рявкнул Сатурн.
– Но ведь ты вернулся домой и сейчас чувствуешь себя сносно, – парировал эрлиец.
Сатурн осёкся.
– Я?
– Помнишь, тебе привиделся четырёхрукий? – Брат Петриус широко улыбнулся. – Как думаешь, где ты пробыл те часы, которые не помнишь? В моём номере, точно в таком же…
Герман взял врача за горло и так заставил умолкнуть.
– Мы – объекты исследований, – прошептал Марат. И отвернулся.
– Я сидел в таком же виде… – Сатурна едва не стошнило от бешенства. – Давайте его убьём!
– И будете иметь дело с моими друзьями, – сумел пообещать врач, поскольку Герман чуть ослабил хватку. – Но я действительно могу извлечь вашего приятеля из машины. Целого и невредимого.
– Врёшь! – взвыла Даша. Судя по всему, она не очень поняла, о чём говорил пленник.
– Дайте ей успокоительного, в конце концов, – не выдержал эрлиец. И покосился на Рыжего, признав в нём самого вменяемого переговорщика: – Какой мне смысл убивать этого придурка? Вы ведь сразу же убьёте меня, так?
– Да.
– То есть я обменяю себя на это никчемное существо… Вы на самом деле думаете, что я ценю себя настолько низко?
Циничный вопрос заставил челов задуматься.
А брат Петриус бросил взгляд на экран ноутбука и… К счастью для эрлийца, первые результаты пришли ещё до появления в номере челов, подготовили его, и потому врач достаточно спокойно среагировал на появившиеся значки – в целях предосторожности брат Петриус вёл исследования исключительно на эрлийском.
«Будет весело!»
Завершившееся сканирование показало, что внутри подопытного зреет нечто неожиданное…
– Освободи Виктора, – велел Герман.
– И?
– Что «и»?
– Вы сохраните мне жизнь?
– Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы диктовать условия?
– Нет, не кажется, – нахально ответил врач. – Вам рассказали о Тайном Городе? Вижу, рассказали… Вам рассказали о Тёмном Дворе? Уверен, что рассказали… Так вот: хоть я и провожу частные исследования, но если вы меня убьёте, вам придётся иметь дело с моими весьма агрессивными родственниками, которым не нравится…
– Если бы мы хотели тебя убить – давно убили бы, – угрюмо оборвал эрлийца Рыжий. – Собственно, мы с самого начала хотели просто поговорить, но это…
Герман кивнул на Виктора.
– Понимаю, – тут же поддакнул врач.
– Освободи его!
– Мне будет нужно воспользоваться магией.