- Я хотела отменить...
- Перенести? - замешкался оператор, явно не ожидая такой просьбы. - Вам неудобно сегодня? Встреча всего одна, сожалею. Если вы отказываетесь, то заявку придется подавать заново.
Старшая должна была ответить: «да, я отказываюсь», за этим сюда пришла, но стояла и молчала. Если фраза: «Его Превосходство ждет», не просто вежливый оборот, то был крохотный шанс, что примечание к анкете Наилий все-таки видел. И после этого назначил встречу. Аудиенции по личным вопросам у генерала можно ждать циклами и потерять терпение, такой длинной была очередь, а Куну пригласили сегодня. Так ли уж важен повод прийти, если тебя готовы слушать?
- Нет, я согласна, я приду, - сбивчиво пробормотала она, - не нужно отменять.
- В отеле «Тарс» ровно в девять, - вежливо напомнил оператор.
Ждать очереди на терминал пришлось ради кодов допуска, которые попросили сообщить охране. Еще раз поблагодарив официантку, Куна села за столик. Все, что хотела сказать генералу, сразу вылетело из головы. Остались обрывки фраз из писем в фонды и неприятное послевкусие от вылитой на полководца обиды. Могла ведь подобрать другие слова, чтобы не краснеть потом от стыда. Но чувствовала, что тон письма тоже сыграл свою роль.
В девять, значит? Ночная смена начиналась в девять и Куна на неё опаздывала, а это еще один штраф. Нужно звонить Регине и просить заменить её другим диспетчером, но что сказать? Старшая смены шла навстречу, но взамен требовала правды, какой бы она не была. Не придумывать болезней родственников или пожара в доме, если любимый мужчина приезжает в увольнительную и хочет увидеться. Несколько раз такая ложь вскрывалась, и Регина потом обижалась. «Не держите меня за дуру, - просила она. - И злобной стервой, не способной понять простых женских проблем, тоже считать не надо».
Куна уже подходила к терминалу и все не могла решить, что говорить старшей смены. В итоге открыла чат и написала:
«Регина, я добилась аудиенции у Его Превосходства. Хочу попросить помощи с лекарствами для сестры. Мне назначили сегодня на девять. Я понимаю, что уже поздно менять график, но для нас это очень важно. Пожалуйста, отпусти, я все отработаю».
Выдохнула и сжала руки в кулаки. Только бы Регина не легла спать! Если прочтет сообщение вечером к началу смены, просьба подмениться станет бессмысленной. Не звонить же ей домой. Вдруг и правда спит. Ответ пришел, громко пиликнув на все кафе.
«Иди. Разберемся потом с отработкой».
Куна чуть не бросилась обниматься с терминалом от радости. Отстучала на экранной клавиатуре: «Спасибо» и открыла разделы анкеты с кодами доступа. На третьем поняла, что пока будет учить, очередь на терминал её растерзает. Распечатать не давала защита, поэтому пришлось просить ручку и выписывать комбинации букв и цифр на запястье. Оставалась еще одна проблема: как успокоиться и выспаться.
***
Гостиница возвышалась над стареньким зданием речного порта, как молодой кипарис над трухлявым пнем. Стены словно раздувались от гордости, блестя в лучах закатного светила стеклянным панцирем. Рыжие всполохи бликов пробегали по стальным стыкам фасада, а острый конец шпиля будто горел пламенем. Здание называли величественным, а Куна фыркала и считала слишком пафосным даже для престижного района Равэнны. Из-за страха опоздать пришлось ехать на автобусе. Форму диспетчера Куна освежила и отгладила. Неловко было ехать в ней к генералу, но даже если бы нашлось красивое или хотя бы новое платье, пришлось бы объяснять матери, почему она так странно оделась на работу. Признаться сил не нашлось. Аврелия бы помчалась в «Тарс» на экзопротезах вместо сестры, а мать потом неделю дулась и ворчала, как низко пали её дочери, собравшись лечь под генерала. Если получится достать лекарства, Куна потом расскажет про аудиенцию, промолчав о поданной заявке на нилота. Так всем будет лучше.
Высокий забор гостиницы отделял рабочий квартал от набережной с домами офицеров и ценных гражданских специалистов. Многоэтажные свечки соперничали в помпезности с «Тарсом». Пускали к ним только жителей и обслуживающий персонал. У ворот дежурил черный военный внедорожник и два цзы’дарийца молча смотрели на Куну. Один совершенно лысый с длинным крючковатым носом словно примерз взглядом, доставая до самых глубин. Лютая охрана, вот только чья? Оба лейтенанты. Слишком почетно для поста на въезде в жилой сектор.
- Дарисса, - негромко позвал лысый, стоило Куне подойти ближе, - вы заблудились? Речной порт остался за вашей спиной.
Старшая одернула форменный пиджак и убрала за ухо завитую пружиной прядь. Голос дрожал, хотелось плюнуть на все и сбежать.
- У меня встреча с Его Превосходством в гостинице.
На мгновение показалось, что лысый усмехнулся. В серых глазах мелькнула заинтересованность и тут же угасла.
- Коды допуска назовите.
- Три, пять, восемь...
На первом же Куна споткнулась, осознав, что кроме трех цифр больше ничего не помнит. Дура, надо было учить, а не прической заниматься! Она вздохнула и закашлялась, растягивая время и пытаясь вспомнить. Несуществующие боги, да что же там было? Тау или эпсилон? Кудри лезли в лицо, раздражали и мешали думать. Старшая поправила их и замолчала. Сдалась. Самое время прощаться кивком головы и уходить, но охранник шагнул к ней.
- Вашу руку, дарисса. Нет, не эту, левую.
Пока Куна хлопала глазами и от испуга не знала, что от неё хотят, лысый аккуратно взял её за запястье и оттянул рукав. На коже остались нацарапанные ручкой коды допуска. Катастрофа. Теперь не дадут уйти. А что сделают? Накажут как на курсах за невыученный урок? Бред. Куна отчаянно краснела и забывала дышать.
- Последняя цифра один или два? - невозмутимо спросил лысый.
- Од-дин.
- Верно, - кивнул охранник и отпустил руку, - вы рано пришли, Его Превосходство еще в дороге. Придется подождать в холе гостиницы. Я провожу.
Ноги перестали слушаться, Куна пошла за лысым охранником как деревянная кукла на шарнирах, медленно и неуклюже делая каждый шаг.
Вдоль дорожек, отсыпанных мелким гравием, росли выстриженные шариками кусты, распускались цветы и тихо журчали крошечные фонтаны поливной системы. В середине осени двор гостиницы утопал в зелени. Возле бассейна стояли шезлонги, а вода переливалась прохладной бирюзой. На освещение не скупились. Между деревьями летали огромные шары, заполненные газом и светящиеся изнутри. Точечные светильники очерчивали дорожки и край бассейна, а под водой горели мощные прожекторы. Студеная ночь и копоть заводских труб остались снаружи, а мир богачей внутри действительно был другим.
Охранник привел Куну в холл и усадил на широкий диван рядом с раскидистым южным цветком. Фикусом, если верить картинкам в учебниках на курсах. Симпатичная дарисса на стойке регистрации услышав от охранника, что Его Превосходство скоро будет, расплылась в приторно-сладкой улыбке. Бездна, сережки в её ушах с крупными камнями стоили дороже, чем барак, в котором жила семья Куны. И чем дольше цзы’дарийка с рабочего квартала рассматривала роскошный интерьер, картины на стенах, красивых женщин в парадной форме с логотипом «Тарс», тем чаще спрашивала себя: «Что я здесь делаю?». Куда она влезла вместо того, чтобы спокойно сидеть в диспетчерской и вести баржи с песком через перекаты? Она пыталась спрятать за бочкой с фикусом растоптанные туфли с расцарапанными носами, оттирала слюной с запястья записанные коды, сутулилась, втягивая голову в плечи и молилась всем несуществующим богам, чтобы пытка поскорее закончилась.
О приближении генерала сказала ослепительная улыбка дариссы за стойкой. Куна обернулась на перезвон колокольчиков над дверью и замерла. Фантазия подхлестывала ожидания, рисуя образ чего-то удивительного. Правитель сектора, живая легенда, сильнейший боец, а в холл гостиницы «Тарс» вошел совсем молодой военный в черной повседневной форме. Худой, веснушчатый, маленький. Охранники, маячившие за спиной, выглядели солиднее. Это шутка? Не может Наилий Орхитус Лар быть таким.
- Ваше Превосходство, - захлебываясь от счастья, пропела сотрудница «Тарса», а Куна будто язык проглотила. Генерал молча кивнул, приветствуя, и пошел к дивану.
- Дарисса, мне сообщили, что номер готов, можем подниматься.
Вживую его голос звучал совсем не так, как с телевизионной панели. Мягче и мелодичнее. Старшая вглядывалась в знакомое до каждой черточки лицо и не могла поверить. Шрам под бровью, упрямо сжатые губы и вечная хмурая складка на переносице. Наилий сошел с плаката и стоял перед ней.
- Да, да, - только и смогла сказать Куна.
Глава 6 - Обязательства
Лифт поднял Куну на пятый этаж. Узкий коридор был облеплен дверями, как ветка весенними почками. По полу стелилась ковровая дорожка, а не блеклых стенах яркими пятнами висели фотографии Тарса. Северного, прячущегося под белыми шапками снега; западного, разливающегося по равнине; южного, впадающего в теплый океан.
Куна шла по коридору и робела от мысли, что будет разговаривать с генералом. Не так она представляла встречу. Его Превосходству больше подошел бы огромный зал с рядами кресел, заполненными слушателями или осенний бал в генеральном штабе. Чтобы Наилий в парадной форме стоял на балконе с бокалом Шуи, а за его спиной кружились в вальсе пары. А здесь, в безликом коридоре гостиницы генерал казался слишком обычным, а потому ненастоящим. На трибуну его поставить, чтобы стало легче? Как ему рассказывать про Аврелию? Сухо и канцелярски нельзя, а нырнет в эмоции и утонет в них.
- Прошу, дарисса.
Куна вздрогнула, не заметив, как открылась дверь одного из номеров, и Наилий остановился, пропуская её вовнутрь. Несуществующие боги, почему это не кабинет? Кровать стояла посреди комнаты, заставляя забыть обо всем остальном. Огромная, аккуратно застеленная белоснежным постельным с покрывалом, натянутым струной. Проблемы фармакологии в секторе? Несовершенство Инструкций? Реальность снова больно хлестнула наотмашь. Никто не разговаривает, лежа в постели, не за этим её сюда привел генерал.