Достоверность ранних погодных статей «Англосаксонской хроники» вызывает сомнения хотя бы из-за таких историй, как прибытие в 477 году Элле, предполагаемого основателя правящей династии южных саксов. Он высаживается в Cymenesora с тремя сыновьями: Кюменом, Вленкингом и Киссой. Эти сведения вызывают подозрение, поскольку все три имени кажутся эпонимами[675], придуманными для объяснения топонимов: имя Кюмен напрямую связано с Cymenesora (берег, предел Кюмена), два других объясняют происхождение названий Ленсинга и Чичестера соответственно. Кердик, родоначальник королевской династии западных саксов, якобы прибыл в Британию со своим сыном Кюнриком и пятью кораблями в место, называемое Cerdicesora, в 495 году и «в тот же день сразился с валлийцами» (то есть местными бриттами). После серии погодных статей, сообщающих о битвах и прибытии на южное побережье основателей других династий, «Хроника» говорит о том, что в 519 году (спустя 24 года после прибытия) Кердик и Кюнрик одержали победу при Cerdicesford и утвердили свою власть над западными саксами. Согласно «Хронике», Кердик умер в 534 году, почти через сорок лет после прибытия, и ему наследовал Кюнрик (до 560 года). Даже если оставить в стороне сомнительность датировок, вопрос об эпонимах и топонимах и тот факт, что Кюнрик получает власть в весьма преклонном возрасте, остается еще один очень существенный вопрос: имя Кердик — это англизированный вариант бриттского имени Каратикос (Caraticos)[676].
Возникает подозрение, что прибытие Кердика с пятью кораблями было выдумано, исходя из утверждений Беды о континентальном происхождении «народа англов», чтобы предать забвению «неудобные» воспоминания о местной бриттской династии. Соединение в одной истории имен Кердика и Кюнрика выглядит так, словно это были единственные два имени, смутно запомнившиеся от того периода, когда множество предводителей местных и пришлых военных отрядов бились за верховенство над весьма скромными территориями. Эти подозрения кажутся оправданными, если принять во внимание, что, согласно перечню властителей западных саксов, предваряющему рукопись «А» «Англосаксонской хроники»[677], Кердик и Кюнрик высадились у Cerdicesora в 494 году и спустя шесть лет покорили королевство западных саксов, после чего Кердик правил шестнадцать лет (до 516 года)[678]. Расхождение между «перечнем» и основными записями «Хроники», согласно которым Кердик становится королем в 519 году и умирает в 534 (пятнадцать лет спустя), может говорить о том, что в «перечне» прибытие Кердика (если оно имело место), датировано ошибочно на девятнадцать лет раньше[679].
Ранние датировки, внесенные в «Англосаксонскую хронику» и «Анналы Камбрии», вряд ли могут быть точными по еще одной причине. Систему исчисления лет Anno Domini — от Рождества Христова — первым предложил в 520-х годах Дионисий Малый (и, как оказалось, ошибся в расчетах); Беда использовал такой способ датировок в своей «Церковной истории», но практически никто из современных ему летописцев этот метод не принял. Конечно, составители анналов (вроде тех, которые велись на Ионе в VII веке и затем вошли в «Ирландскую хронику») могли внести известия о смертях или битвах, записанные на полях пасхальных таблиц, в свои летописи с датировками Anno Domini. Возможно, что какие-то погодные статьи в «Англосаксонской хронике» и «Анналах Камбрии» также составлены на основе таких записей, однако без подтверждения другими источниками мы не можем считать их достоверными. Кроме того, в «Анналах Камбрии» всего шесть погодных статей относятся к первой половине VI века, и в «Англосаксонской хронике» их около десятка. Даже дав волю воображению, увидеть за ними общий ход политической истории невозможно. В любом случае летопись королевства западных саксов не могла писаться из года в год до середины VII века, когда короли начали покровительствовать грамотным епископам. В ранней части «Англосаксонской хроники» (в отличие от «Ирландской хроники») практически нет упоминаний о событиях, имевших сиюминутное значение, таких как смерть известных людей, распри соперников, суровые зимы и болезни, — которые придали бы ей достоверность. Если такие детали появляются, они обычно заимствованы из других источников, например из короткой хроники в конце «Церковной истории народа англов» Беды.
Представленная в «Хронике» картина ранней истории западных саксов становится еще более запутанной из-за того, что погодная статья 514 года сообщает о прибытии в Британию «западных саксов, Стуфа и Вихтгара» (имя Вихтгар (Wihtgar), видимо, эпоним названия острова Уайт (Wight), Vectis, бывшей римской провинции). Эти двое получили остров Уайт в дар от своих родичей, Кердика и Кюнрика, в 534 году. Таким образом, имеются две версии основания уэссекской династии во втором десятилетии VI века. В какой-то момент предпочтение было отдано легенде, в которой главное место отводилось гипотетическому германизированному Каратикосу; в итоге, чтобы обеспечить ему первенство, его «появление» перенесли почти на два десятилетия вперед, сохранив, однако, противоречащие этому сведения в погодной статье 519 года. Тот факт, что в исторической памяти остались обе легенды, свидетельствует о том, что история династии западных саксов придумывалась и переделывалась задним числом. Итак, с точки зрения политической истории повествование «Англосаксонской хроники» о раннем периоде истории королевства западных саксов не внушает доверия. Писавший в VIII веке Беда указывал, что западных саксов «в старину называли» Gewisse; происхождение этого названия туманно, но эпонимичный Гевисс был вставлен в уэссекскую генеалогию тремя поколениями раньше Кердика. Можно смело утверждать, что в конце IX века Кердик и его предки считались достаточно воинственными и героическими германскими персонажами, чтобы возводить к ним родословную королевской династии[680].
Генеалогии династий Берниции и Дейры, а также Линдси, Мерсии, Кента и Восточной Англии, составленные на основании разных, иногда противоречащих друг другу источников и дошедшие до нас в том виде, в каком их записали в IX веке, тоже начинаются с Водана. Только короли восточных саксов, чья родословная сохранилась в одном источнике, не связанном с остальными собраниями, претендовали на происхождение от другого представителя германского пантеона: прародителя народа Сеакснеата (Seaxneat)[681]. В следующих за Воданом поколениях в родословных королевских династий обычно перечислялись мифологические и легендарные прародители народа, однако составители генеалогий иногда «заимствовали» имена более удачливых предков у других родов. Несколько имен в уэссекской генеалогии взяты из бернисийской родословной, а в кентской — из родословной Дейры[682]. Генеалогии, сохранившиеся в более поздних источниках, были приглажены: в них нет соперничающих претендентов, совместных правлений или свидетельств захвата власти.
Если попытаться, тщательно проанализировав все имеющиеся материалы, составить генеалогическое древо династий, благополучно существовавших в VII веке и далее, можно понять, какому редактированию подвергались дошедшие до нас родословные. Кентские Ойскинги (или Эскинги) традиционно возводили свой род к Водану. Через пять поколений после их божественного предка появляется Хенгест, который, несмотря на сомнения историков в его историчности, может похвастаться тем, что упомянут во всех имеющихся у нас источниках как предводитель первого отряда германцев, высадившегося на острове Танет в первой половине V века. Тем не менее королевская династия Кента именовала себя не Хенгестингами, а Ойскингами по имени предполагаемого внука Хенгеста. Ойск (или Эск) может по праву считаться историческим родоначальником королевского рода Кента. Однако между ним и Этельбертом, королем Кента, — первым действующим лицом, появляющимся реально на исторической сцене, — лежат три или четыре поколения. Имена предков Хенгеста, заимствованные из родословной Дейры, были, видимо, вставлены в генеалогию в то время, когда династии Дейры и Кента скрепили свой союз династическим браком между Эдвином (617–632), королем Дейры (и всей Нортумбрии) и сестрой тогдашнего кентского короля Этельбург.
Многие ранние генеалогии забывались, когда мелкие территории подпадали под власть более сильных и агрессивных соседей, поскольку их не записали (либо записи были утрачены). Имена преемников Элле и его сына Киссы, возглавлявших южных саксов до конца VII века, нам неизвестны: в генеалогиях имеется разрыв в 150 лет или более.
Некоторые родословные и в исторической части содержат имена, не упомянутые ни в каких других источниках. Генеалогия королевской династии Линдси короткая: всего одиннадцать поколений после Водана, и последнее содержащееся в ней имя, Альдфрит, больше ни в одном письменном источнике не встречается. Если повелители мелких областей и народов, названных в «Росписи племен», и составляли генеалогии для своего рода, эти родословные были утеряны до того, как добросовестные историки вроде Беды их зафиксировали. Скажем, Pecsæte были независимыми слишком недолго, чтобы родословная их властителей сохранилась, если она вообще существовала. Из королей, правивших на территории Wrocansæte (чаще упоминаемых в источниках), очень гипотетически можно назвать только одного: это «Кунорикс, сын Макви Колина», чье имя высечено на памятнике из Роксетера[683]. Имена некоторых правителей зафиксированы в грамотах, которые они свидетельствовали как subreguli или