По словам Вреде, Витгенштейн «понимал важность поста Спас; он направил несколько атак в эту точку; генерал Винценти со своими войсками отбил их хладнокровно и с удивительной храбростью. Вновь противник организовал новый приступ этой деревни; в один момент он был отброшен нашими храбрыми войсками до церкви и садов поместья. Огонь батарей, размещённых в Спасе, смог помешать противнику продвигаться быстро». По словам Винценти, «противник выдвинулся против моего левого фланга с артиллерией и с подкреплениями; это движение стало тем более неблагоприятным для меня, что французская рота 26-го полка лёгкой пехоты…не поддержала меня, как было условлено; вследствие этого, мой левый фланг должен был отступить. Тогда весь фронт моей линии был вынужден прислониться к прудам поместья. Во время этого движения неприятельские егеря пытались выдвинуться со штыками наперевес против первой стрелковой роты капитана Циглера. Этот храбрый капитан оказал им самое храброе сопротивление; многие русские были взяты в плен. Противник вновь усилился; он попытался с помощью огня своей артиллерии овладеть поместьем Спас; несмотря на беспримерные усилия наших утомлённых солдат, мы были вынуждены приблизиться к монастырю».
Спауер также отметил, что «отступление стрелков 26-го французского полка лёгкой пехоты полностью обнажило наш левый фланг. Русские заметили эту ошибку; они тотчас бросились туда; их огонь, направленный нам в спину и в наши тылы, вынудил всю нашу линию ретироваться за хлева. В этом бою лейтенант Гров, а после него капитан Шмит были ранены. 1-я стрелковая рота 6-го линейного полка, отброшенная только превосходством неприятеля, имела несчастье потерять… своего храброго начальника, капитана Пьеррона. Через бригадного адьютанта Рогистера я предложил французской линии переместиться вперёд и соединиться; в то же время через моего адьютанта Спауера я велел им больше не стрелять в нас, поскольку их пули уже ранили нескольких наших. Ослабленные потерей многих людей, подавленные постоянно увеличивающейся энергией русской лёгкой пехоты, все ретировались за пруды в поместье. Во время этого отступления 1-я стрелковая рота 2-го полка прикрывала движение. Когда неприятельские егеря внезапно двинулись против нас со штыками наперевес, она быстро ответила атакой, отбросив русских и взяв нескольких пленных. Все офицеры этой роты, капитан Циглер, лейтенанты Гумпенберг и Пфретше отличились в течение всего боя своей храбростью и неустрашимостью; они дали своим солдатам наилучшие примеры, постоянно оставаясь во главе их».
Когда Вреде заметил, что «при движении против имения иезуитов противник был остановлен жестоким огнём, направленным на его левый фланг, он приказал стрелять линией целого батальона, разместив его на ближайших песчаных холмах; оттуда он должен был произвести несколько залпов по неприятелю». Исполняя этот приказ, Деруа направил на холм беглым шагом 1-й батальон 6-го полка под командой майора Манна. Батальон зарядил ружья и начал стрельбу рядами. «После первого залпа, — пишет Деруа, — произвели второй, полностью следуя предписаниям регламента. Подразделения неприятеля, наступавшие на другом берегу на поместье иезуитов, быстро рассеялись, лишь некоторые части остались сомкнутыми; 2-й взвод 1-й гренадерской роты, затем 3-я и 7-я роты получили тогда приказ стрелять… После нескольких произведённых залпов, 1-й батальон возвратился в линию, расположенную в долине, за исключением 3-й фузилерной роты; она осталась на месте, куда был выдвинут батальон, развёрнутая в стрелковую цепь (en ordre de tirailleurs) позади нескольких песчаных холмов».
Поскольку русские продолжали наступать на имение иезуитов, Вреде «приказал разместить одну роту на водорезе, образованном излучинами Полоты впереди левого крыла позиции и расположенном поблизости от довольно крутых берегов этой реки. Рота левого крыла 1-го батальона 6-го полка была назначена туда, так как находилась ближе всего. В то же время майор Бах был направлен со 2-м батальоном влево за возвышенность напротив левого фланга, взобрался туда и разместился на левом крыле двух батарей на позиции. Майор Манн последовал за ним с остальной частью 1-го батальона, поскольку, тем временем, противнику, благодаря его превосходству, удалось занять часть имения иезуитов и угрожать захватом остальной его части с садами. Всё это могло иметь место между 9 и 10 часами утра. В этот момент огонь с двух сторон достиг наивысшей степени активности». После этого, по словам Вреде, «2-й батальон 6-го линейного полка устремился частью в Полоту, частью за эту реку и направил ужасный ружейный огонь против неприятеля. Генерал Винценти дебушировал из садов поместья со штыками наперевес и выбил противника из деревни с ужасными потерями… Винценти отбросил его во второй раз».
В 11 часов Вреде направил на помощь защитникам Спаса 5-й лёгкий батальон, «предписав ему разместиться своим правым флангом в имении иезуитов, прикрыть дорогу и служить поддержкой полковнику Спауеру». Командир этого батальона пишет, что получил приказ «перейти небольшую речку Полоту и разместиться своим правым крылом у имения иезуитов, расположенного в этой точке, прикрыть дорогу и служить поддержкой полковнику графу Спауеру. Батальон двинулся, генерал Винценти, который командовал в этой точке, указал занять позицию позади дефиле и речки; он взял с собой только стрелковую роту, чтобы усилить 1-й батальон полка Кронпринца». Сам Винценти писал, что Вреде «послал мне в поддержку 5-й батальон лёгкой пехоты Буттлера. Я разместил его на возвышенности у моста через Полоту, чтобы тем самым не позволить противнику его перейти. Я взял стрелковую роту капитана Бекка из этого батальона и бросился с ней и с ротой капитана Дебше из 2-го полка линейной пехоты на центр неприятеля. Я разбил его так, что вся линия бежала. Преследуя противника со всей моей линией, я взял нескольких пленных. В этот момент я был ранен ружейной пулей в верхнюю часть руки и, к несчастью, был вынужден покинуть поле боя, после того как был перевязан».
Баварская линейная пехота
Спауер, принявший командование вместо Винценти, так описывал эти события: «Я велел тогда бить в атаку, барабанщики Фодермайнер и Декер бежали во главе и отличились своими криками, и беспрерывно барабаня в атаку; они облегчили усилия офицеров, чтобы собрать войска посреди града пуль, ружейных и картечных. Войска двинулись сомкнутым строем; они вновь проявили много неустрашимости и хладнокровия, прогнали неприятеля штыками из двух мыз, но не могли преследовать до победного конца по причине нового отступления французов, которое произошло на левом фланге; пришлось довольствоваться примерно двадцатью пленными и вновь занять место за стенами монастыря. В этот момент генерал-майор Винценти, который постоянно с неустрашимостью находился в линии стрелков, был ранен пулей в левую руку, как и полковой адъютант, лейтенант Спауер».
Дибич писал, что «противник оказал очень упорное сопротивление, но в конце концов уступил все постройки до оврага, который проходил через Спас, но продолжал держаться на другой его стороне, благодаря свежим войскам, посланным туда генералом Сен-Сиром; две роты гренадер и батальон 24-го егерского, отряженные к Полоте в момент отступления нашего левого фланга, атаковали баварскую колонну, которая перешла речку в брод и отбросили её с потерями».
Заметив сосредоточение сил противника у Спаса, Витгенштейн в полдень приказал Бергу с полками Севским, Калужским, 1-м Сводным пехотным и 6 орудиями батарейной № 5 роты двинуться из центра влево на помощь авангарду, а взамен этих войск выдвинул из второй линии в центр первой линии батальон Тульского полка и запасной батальон 11-го егерского, а затем по батальону Эстляндского и Навагинского полков. «Не желая осуществлять свой фланговый марш под огнём противника, генерал Берг взял просёлочную дорогу, которая примыкала к Невельской дороге». Отряд Берга приближался к левому флангу, «когда полковник Властов, теснимый с фронта внушительными силами и обойдённый на своём левом фланге, занял позицию возле леса и ожидал там атаку. Пушки роты № 5, пришедшие с войсками из центра, были тотчас размещены на батарее. Их действие остановило первый напор неприятеля. Генерал Берг усилил тогда стрелков полковника Властова всеми своими стрелками, позади них построил три своих полка в колонны к атаке, будучи поддержан на своём правом крыле князем Сибирским с Пермским и Могилевским полками, и двинул весь свой правый фланг вперёд. Мощно атакованный противник в свою очередь отступил в беспорядке к Спасу, предав огню передовые строения и остановившись только на другом берегу оврага. Наши стрелки пытались перейти его, но были отбиты с потерями». По словам Витгенштейна, «стрелки наши, в жару брани, неудовольствуясь сим, бросались даже против данного приказания на другую сторону небольшого ручья, протекающего фольварк Спас».
Баварская лёгкая пехота
Спауер говорит, что «мыза была захвачена вновь, но мы не могли удержать её по причине нашей слабости; мы не имели ни малейшей поддержки и были вынуждены вместе с несколькими пленными отступить на нашу прежнюю позицию, после того как подожгли одну ригу». Фейерверкер 2-й батареи Фойт двумя гранатами «поджёг ригу, откуда был выгнан неприятель». Капралу М. Пюнцеру (Винцеру) из 7-й фузилерной роты 2-го полка было поручено осуществить поджог, и он «поджёг ферму посреди русских в деревне Спас», когда они уже почти овладели амбарами (за это он был награждён серебряной медалью за Военные заслуги). «Мы получили тогда в подкрепление, — продолжает Спауер, — одну стрелковую роту 5-го лёгкого батальона под командой капитана Бекка. Соединившись, наши люди вместе с подкреплением вновь проникли на хутор, откуда неприятель отступил после энергичной обороны. Мы были весьма счастливы, что отбросили их, благодаря рвению наших людей и хорошему поведению капитана Бекка и его стрелков, которые понесли значительные потери убитыми и ранеными; мы исполнили приказ, доставленный лейтенантом Рогистером, поджечь все риги. Исполнив это, мы оставили мызу, которая из-за пожара стала непригодной для обороны. 5-й батальон лёгкой пехоты сменил нас».