— Угу. Принцесса Селестия такая страшная… — Трикси поёжилась.
— Да ну, серьёзно?
— Да! От неё словно веет древней силой, и она так строго на меня смотрела, будто насквозь меня видела. Спросила, зачем мне Сансет, а потом сказала, что не знает, куда она могла направиться. И всё.
Интересно. А я-то думал, Тия ми-ми-милашка и её все любят и безмерно уважают. А она, оказывается, и вон какой может быть. Надо будет ещё других спросить, что они думают по поводу своей принцессы. Любопытно же.
— Значит, ты никого так и не нашла. И что стала делать тогда?
— Уехала из Кантерлота и стала выступать с фокусами, которые придумала сама. Но если в деревушках с земнопони мои представления шли на ура, то любой завалящий пегас или единорог старались вывести меня на чистую воду, говорили, что это простая магия и ни для чего кроме кьютсанэйры не годится. И тогда я стала вызывать их показать что-нибудь более впечатляющее, раз такие умные. Некоторые пытались, и я заметила, что эти поединки привлекали больше пони, чем любая реклама!
— Вон оно что, — улыбнулся я. — А хвасталась зачем?
— А так больше желающих макнуть меня в грязь появляется, — усмехнулась Трикси. — Все думают, что сейчас проучат хвастунишку и соберут овации. Но побеждала всегда я.
— Какое коварство, — восхитился я.
— Сначала я просто говорила про прошлые победы, а потом начала привирать. Про Урсу и прочее, — она вздохнула. — И даже сама стала верить в то, что вся такая непобедимая. Так и жила… а потом пришла в Понивилль.
— Где опять встретилась с Твайлайт.
— Угу. Её подруги тоже пытались меня унизить, но ничегошеньки у них не вышло. А она сама… — мордашка Трикси на миг стала пугающей. — Ничего! Посмотрела на меня как на пустое место и ушла, словно я не стою даже минуты ее внимания!!!
— Совершенно непохоже на Твайлайт.
— Я знаю! — огрызнулась Трикси, и тут же тихо повторила. — Я знаю. У меня было время над всем этим подумать, когда я работала на каменной ферме. Я же говорила, что никогда не собиралась возвращаться в Понивилль. Но из-за этого проклятого амулета…
— Мда, — я покачал головой. — Ну и история у тебя, однако.
— Не всем так везёт как Твайлайт, — буркнула единорожка.
— Ты до сих пор считаешь её врагом? — укоризненно спросил я.
— Нет. Да! Не знаю. Она мне не нравится. Под воздействием амулета я даже думала, что она украла моё место. Что это я должна была стать ученицей Селестии, и всё что у неё есть сейчас должно было быть моим. Но ведь это неправда.
— Да уж…
Вообще, в психологии у такого состояния даже название есть. «Синдром бывшего вундеркинда». У Трикси он в полном объёме, тут тебе и болезненное желание быть лучшим, и пристрастие к чужому восхищению, и самолюбие, граничащее с нарциссизмом, и даже привычка постоянно бросать другим вызов и самоутверждаться. Но Беата всё-таки необычная. Не столь уж и многие способны осознать свой предел, пройти своеобразный катарсис и жить дальше в меру своих сил. Разве что у неё обратный перегиб случился. Если раньше она действительно была самоуверенной и нахальной, то после того как судьба её хорошенько отпинала, ударилась в другую крайность — преуменьшение собственных возможностей и жизнь на холостом ходу. А ранее привычный образ стал этаким щитом… мда. Надо будет сказать Селестии, что ей бы в её школе одарённых единорогов не помешает штат психологов как раз для таких случаев. Ну а с Трикси… хм, стоп.
— И что, ты всю жизнь, после того как рассталась с Сансет, была одна? — нахмурился я. — Не заводила новых друзей, не влюблялась?..
— Не-а, — Беата смотрела в окно. Там как раз заканчивался закат, а значит, скоро Кантерлот.
— Почему? А как же завалиться в бар и подцепить жеребца? Неужто ни во что серьёзное это никогда не перерастало?
— Нет. Да и вообще, — она фыркнула. — До выступления они на меня внимания не обращали. Я же почти земная пони, никакой единорожьей грации. Пешие прогулки между городами с фургоном за спиной не способствуют, знаешь ли. А после выступлений кто боялся, а кто на следующее утро хвастался чем-нибудь вроде «я сумел обуздать эту опасную штучку». Да тьфу на таких. Противно.
— Же-е-есть…
Мда-а-а. Как-то даже стыдно после такого вспоминать собственные недавние откровения.
— Беата, а тебя не напрягает необходимость работать на меня? — поинтересовался я. — Да и с учётом всего того, что я тебе раньше сказал…
— Нет, — она посмотрела на меня и улыбнулась. — Всё честно. Даже хорошо, что это не из-за каких-то романтических порывов.
— «Мне нравится, что вы больны не мной, мне нравится, что я больна не вами», — усмехнулся я. — Ну и замечательно. А как твоя семья отреагировала на то, что ты бросила престижную школу?
— Папа расстроился, мама потребовала немедленно возвращаться назад, сестры посоветовали найти себе жеребца в Кантерлоте, да там и остаться… — Трикси фыркнула, демонстрируя своё отношение к такой идее. — Я им пишу каждый месяц, но так, чтобы ответы мне не приходили. Думаю, они даже не знают, где я сейчас.
Хе. Схоже с моим собственным подходом к общению с семьёй… хотя сейчас я бы не отказался им позвонить… что имеем, не храним, а потерявши — плачем.
— Мне даже нравится у тебя работать, — задумчиво и словно удивляясь самой себе произнесла Трикси. — Ты… поддерживаешь меня. Куда больше, чем семья.
— Вот это прозвучало уже почти романтично, — хмыкнул я. — Смотри, если потеряешься, я на уши поднимать пол-Эквестрии не буду.
— Угу. Поднимешь всю? — серьёзно спросила Трикси.
— Наконец-то ты начала шутить, — улыбнулся я. — Этак ещё немного, и ты снова начнёшь называть себя в третьем лице.
— Только на сцене, — хихикнула она.
В дверь постучались. Видимо, проводники пришли сообщить о том, что я знал и так — скоро выходить. Но за открытой дверью обнаружились совершенно неожиданные лица… Флатти и Твайлайт. Глаза Трикси при виде последней широко распахнулись. Видимо, она тоже подумала о том, что они там могли подслушивать.
— Опаньки, — удивлённо произнёс я. — А вы тут чего делаете?
— Вам тот же вопрос, — Твайлайт, кажется, была удивлена не меньше меня. — Флаттершай сказала, что слышала ваши голоса, и я пошла проверить.
Ну да, сама Флатти бы только под страхом смертной казни стала стучаться в купе к незнакомцам.
— Твоя нянька позвала меня в гости, — пояснил я. — Правда, понятия не имею зачем. Вот мы с Беатой и решили прошвырнуться, Империю посмотреть, себя показать.
— Кейденс позвала? — недоверчиво спросила Твайлайт.
— Ага. Да вы заходите, заходите, — поманил их внутрь я.
Твайлайт запрыгнула на полку к Трикси, и напряжённая единорожка немножко подалась в сторону окна. А вот Флатти неожиданно взлетела на мою полку и села рядом.
— Пришло письмо, в котором в изысканных выражениях профессору Артуру предлагалось посетить Кристальную Империю и даже обещалась аудиенция у правительницы, — пояснил я. — Подписано было некоей Ми Аморе Каденцией. Я сразу даже не понял кто это такая, ты её только «Кейденс» называла. Ну а я и так собирался ехать в Империю за визуализаторными очками, а тут и повод подвернулся. А вы куда? Да ещё и вдвоём? В Кантерлот?
— Нет, мы тоже в Кристальную Империю, и все вместе, ЭйДжей, Рэрити, Рэйнбоу и Пинки тоже тут. Кейденс попросила помочь ей со встречей инспектора Эквестрийских Игр.
— А это ещё что?
Твайлайт объяснила. Как и ожидалось — что-то вроде Олимпийских Игр на Земле. Надо будет потом глянуть, что послужило причиной их основания. Или сразу Тию спросить? Наверняка же её придумка.
— Да вы прям кобылий спецназ, — усмехнулся я. — Где какая-нибудь движуха начинается, сразу же вас зовут. А Спайк где?
— Остался в Понивилле присматривать за нашими животными.
— Надеюсь, он справится с Энджелом, — впервые подала голос Флаттершай.
— Ай-яй-яй, жалко я об этом не знал, поручил бы ему Листика, — усмехнулся я.
— Плохая идея! — ужаснулась Твайлайт. — Он наверняка бы попробовал на нем прокатиться по Понивиллю!
— Были бы у понях внеочередные учения на тему «как за десять секунд добежать до дома и закрыть дверь на засов», — хмыкнул я. — А то, чего доброго, совсем форму потеряют.
— Скоро Кантерлот, вам выходить, — в купе заглянула проводница.
— Спасибо.
— Мы пойдём, соберём сумки, — улыбнулась Твайлайт. — Вы в каком вагоне поедете?
— В первом. Грифоньи купе только в первом и втором ведь.
— Отлично, мы тоже едем в первом, — обрадовалась Твайлайт. — Пойдём вместе?
— Почему бы и нет, — пожал плечами я.
— Тогда встретимся в тамбуре.
Едва дверь закрылась, как на меня уставилась Беата.
— Она слышала? — прошептала единорожка.
— Нет. Она совершенно не умеет притворяться, так что можешь не беспокоиться.
— Точно?
— Абсолютно. Ладно, давай тоже собираться.
Я сунул свои вещи в рюкзак и поднялся. Беата, вообще не открывавшая сумки, просто навьючила их на себя телекинезом. Твайлайт и компания действительно уже ждали в тамбуре. Флаттершай что-то обсуждала с Рэрити на пределе слышимости, Эпплджек как-то странно дёрнулась при виде меня, Твайлайт копалась в одной из сумок, видимо, думая, что что-то забыла, Рэйнбоу нетерпеливо топталась на месте, ожидая, пока поезд остановится, ну а Пинки…
— Хэй, Арт, Трикс! Вы тоже едете помогать устраивать Эквестрийские Игры?
— Не-не, мы по своим делам, — покачал головой я. — Просто так совпало, что мы едем туда же, куда и вы.
— Можно будет повеселиться! — воодушевлённо воскликнула Пинки.
— Хм… — я вспомнил про флягу самогона и согласился. — Ну да, можно будет.
— Йей!
Едва поезд остановился, как Рэйнбоу голубоватым метеором метнулась за открывшуюся дверь. Застоялась, бедная, пять часов-то ехать.
Я, впрочем, тоже с большим удовольствием спрыгнул на платформу и прогулялся туда-сюда. Так-с, наш поезд вон тот…
— Арт, ты ведь знаешь, сколько стоят визуализаторные очки? — поинтересовалась Твайлайт, когда я поравнялся с ней.