- Луна, только не вынуждай меня говорить комплименты.
- Почему? Я не слышала их больше тысячи лет… - к озорному ехидству примешивается еще и легкое кокетство.
Ах так? Ладно! Сама напросилась. Возвращаю взгляд обратно на принцессу ночи.
- Конечно, с первого взгляда в тебе привлекает внимание грива, но она меркнет, стоит увидеть твои потрясающие глаза. Оторваться от них почти невозможно, - а я что? Я ничего, что вижу то и пою. - Глубокие, мудрые, совершенно потрясающего цвета, даже не знаю с чем правильнее сравнить, с малахитом или бирюзой. Стоит взглянуть поближе, и в них можно утонуть.
Она делает ма-ахонький шажок ко мне.
- У тебя красивое лицо. Настолько красивое, что это видно даже несмотря на межвидовой барьер. И очень живое, видно малейшее изменение настроения, мне это безумно нравится. Точёный рог, будто произведение искусства, прекрасная озорная улыбка, аккуратные, выразительные ушки…
Ещё шажок.
- Про гриву я уже говорил. Волшебная, невесомая, мерцающая как звёздное небо, она тебе очень идёт. Даже не представляю тебя какой-то другой.
На этом бы мне и закончить, но Остапа уже понесло.
- Мне нравится твоя гордая осанка, одного лишь взгляда на тебя достаточно чтобы понять - вот особа королевских кровей! Меня восхищают твои крылья, пёрышки выглядят такими нежными, так и хочется прикоснуться. У тебя такая шелковая шёрстка, у меня мурашки бегут по спине от одного воспоминания о её мягкости.
И ещё шажок. Теперь она снова почти вплотную ко мне. Её близость будоражит кровь, заставляя продолжать, горячно и сбивчиво.
- Мне нравится твоё стройное тело, само совершенство… мне нравится твой хвост, струящийся за тобой, словно шлейф сновидений… мне нравится…
Договорить она мне не даёт. Она прижимается ко мне всем телом, и мы сливаемся в страстном поцелуе. Я с тихим рыком даю свободу рукам - о, боже, как же мне хотелось к ней прикоснуться…
Её запах буквально сводит меня с ума, нежный аромат ночных цветов и прохладной свежести. Её крылья распахиваются, словно она хочет обнять меня ещё и ими, и я исполняю давнюю мечту потрогать их. Упругие пёрышки приятно щекочут и гладят кожу, Луна издаёт тихий стон удовольствия. Открываю глаза, чтобы полюбоваться выражением её лица, но вместо этого отталкиваю её в испуге.
- Зачем это? - спросил я заплетающимся языком. Она посмотрела на меня с недоумением и как будто бы даже обидой. - Что ты колдуешь?
- Колдую? - она словно пришла в себя, на её лице начало проявляться шокированное выражение.
Примерно то же происходит и со мной. Мгновение страха прочищает мозги от эротического дурмана, и я в полном ужасе осознаю, что только что чуть не сотворил. Жесть. Жесть-жесть-жесть! Но я-то ладно, ещё мог бы держать себя в руках, если бы Луна держалась хотя бы на том расстоянии, на которое она отошла с самого начала. Но ведь она подошла… и поцеловала меня… даже не знаю, радует или шокирует меня мысль о том, что её на это сподвигло.
- Артур, - наконец, произносит она.
- Да? - отзываюсь я слегка нервно.
- Прости. Я сама не знаю, что на меня нашло.
- Ну да, у тебя такой хорошей отмазки, как заклинание чейнджлинга, нет, - неловко шучу я.
- Ты был… так искренен, - она поднимает на меня свои чарующие глаза. - И ты так… желал моей близости…
О да, ещё как! Да и почему вдруг "желал"? До сих пор штаны трещат.
- Меня словно затянуло твоей страстью… - продолжала Луна. - Прости. Этого больше не повторится.
- Вот нечего подслушивать, что творится в чужих головах, - говорю намеренно-лёгким тоном, чтобы это не звучало как нотация. - Не дразнила бы меня, ничего бы и не было.
- Прости, - на её лице появилась неуверенная улыбка. - Я правда… такая? Какой ты меня описывал?
- А то ты не знаешь, - меня смущает постановка вопроса. - Сама же сказала, что я был искренен. Ты мне лучше объясни, что ты там колдовать решила. Нет, это ты, конечно, вовремя… после чейнджлинга у меня уже почти условный рефлекс выработался.
- Я не колдовала, - возразила она.
- У тебя рог светился.
- Ох, это… - она немного смущается. - Непроизвольная реакция на возбуждение. У пегасов крылья встают торчком, у единорогов светится рог, а у аликорнов и то, и другое.
- А… га. Хорошо, что я не знал об этом раньше.
- Почему? - интересуется Луна. Возникшая было между нами неловкость понемногу рассеивается.
- Ты ведь знаешь про чейнджлинга?
- Конечно! - она уселась и с интересом уставилась на меня. - Как раз хотела тебя расспросить, как тебе удалось его поймать? И вообще, понять, что это чейнджлинг? Они ведь мастера маскировки.
Ну я и рассказал. Про то, что у «Твайлайт» рог светился, причём зеленоватым светом, и про мою резкую «смену видовых предпочтений», которые я связал в этот миг воедино. Луна расхохоталась.
- Серьёзно? - сквозь смех произнесла она. - У неё просто засветился рог, и ты тут же разбил о её голову тарелку? Хорошо, что сейчас бутылки от тебя далеко стояли!
- Во-первых, цвет магии Твайлайт - фиолетовый, - начинаю оправдываться. - Я уже заметил, что у каждого единорога свой цвет, который обычно не меняется. Кроме того, тёмно-зелёное свечение вообще ничего доброго не предвещало. А во-вторых, внезапно взять и захотеть представительницу другого вида - это очень, очень странно.
- Куда страннее то, что на тебя до сих пор действует это заклинание…
- Кстати об этом, - прервал её я. - Луна, очень прошу, не могла бы ты сесть где-нибудь вне моего поля зрения?
Она удивлённо моргнула, а затем по её мордочке снова расплылась озорная улыбка. Но она всё же пересела, хоть мне и показалось, что она демонстративно покачивала бёдрами. А-а-а! Показалось! Показалось!
Луна хихикнула.
- Ты вообще можешь прекратить слушать эмоции? - недовольно спросил я.
- Нет, наверное. Я никогда и не пыталась.
Вздыхаю. Надо будет себе связать шапочку из фольги, авось поможет.
- Да, собственно из-за этого я и приехал сюда. Обычная магия стекает с меня, как с гуся вода, а вот это заклинание осталось… полагаю, что это магия разума.
- Возможно… - задумчиво ответила аликорна. - Почему ты так думаешь?
«Какие ваши доказательства», ага. [ https://youtu.be/rbsKcreUw9M ]
- Есть только два заклинания, которые действуют на меня неограниченно долго. Вот это, чейнджлингское, и то, которым Твайлайт обучила меня эквестрийскому. Полагаю, причина в том, что они не требуют никакой магии для своей поддержки.
- Может быть, ты и прав, - согласилась она. - Но вряд ли тебе кто-то это подтвердит. Мы запретили магию разума сразу после падения Сомбры, и с тех пор никто её не изучал.
- Тц. Так и думал. Придётся самому копаться…
- Не думаю, что Тия это разрешит.
- Почему нет? - удивился я. - Сам я уж точно никого не заколдую. Мне нужно разобраться в механизме действия, чтобы избавиться, в конце концов, от этой наведённой зо… ксенофилии.
- Попробуй, - с сомнением ответила Луна. - Возможно, она и впрямь сделает для тебя исключение.
- Завтра же с утра пойду на поклон, - заверил её я и заметил бутылку с яблочным коньяком. - О. Самое время продолжить мою тризну.
- Ты меня сегодня удивил, - кажется, она улыбается.
- Чем же? - наливаю тёмный напиток в свой бокал.
- Обычно ты выглядишь отстранённым и спокойным, словно ничто в мире тебя не касается. Но за этой маской скрыт целый океан эмоций.
У меня слегка дёрнулась рука, когда я почувствовал, как у меня краснеют уши. Впиваюсь зубами в свою многострадальную щеку.
- Очень интересно наблюдать эту разницу между внешним и внутренним, - в её голосе появились смешливые нотки. - Как сейчас, например.
- Это злоупотребление сверхъестественными способностями, - я наливаю напиток и в её бокал. - И нарушение личного пространства. И вообще, я тебе теперь на глаза не покажусь, пока не свяжу себе шапочку из фольги.
- Зачем? - возмутилась Луна.
- Сама знаешь, - не хочу говорить «мне неловко».
- Я больше не буду тебя смущать, - обещает она мне. - Правда!
- И о моих слезах никому не слова, - требую я.
- Обещаю.
- Ну тогда… - я поднимаю бокал. - За честность!
***
- И тут он мне говорит: раз проиграл, жуй полынь!
- Серьёзно? - хохочет она. - Так ты сделал это на спор?
- Я был маленький и глупый! - оправдываюсь я. - Поумнел только когда с последствиями столкнулся. Дети вообще легко ведутся «на слабо».
«Тризна» после всех приключений этой ночи как-то потеряла изначально грустный оттенок, и я просто травил байки из своей жизни. Где-то ближе ко дну бутылки Луна села рядом со мной. Это было приятно, но не настолько, чтобы я терял над собой контроль, так что возражать я не стал… как и смотреть в её сторону, во избежание.
- И значит, наша еда для тебя на вкус как эти травы? - в её голосе всё ещё перекатываются смешинки. - Неудивительно, что ты только торты ешь. Может, Тия тоже замаскированный человек?
- Ну не вся еда, но бо́льшая часть - точно. Поэтому и приходится самому себе готовить. Кстати, позавчера ещё одна забавная история с этим произошла…
И я рассказываю про «рагу с мясом чейнджлинга».
- «Мя-мя-мя-мясо! Чейнджлинговое!», - всхлипывает она, уже не в силах хохотать. - Как представлю себе, какое у них было выражение лица…
- Тебе смешно, а мне вот не до смеха было, - улыбаюсь я. - Твайлайт даже какое-то заклинание подготовила, чтобы от меня отбиваться.
- Что-то после всех этих разговоров о еде я проголодалась, - сказала Луна.
- Угу, я тоже. Последний раз только в поезде ел.
- Тогда может приготовишь нам что-нибудь? - в её голосе появляются мечтательные нотки. - Те блинчики с сыром, помнишь? Ты так и не записал мне рецепт.
- Виноват, - я цепляюсь за стену и поднимаюсь на ноги. В голове приятно шумнуло - оприходованный нами яблочный коньяк хоть и не слишком крепкий, но на пустой желудок… - Исправлюсь. Веди.
- Куда? - разочарованно спрашивает Луна. Ну да, мне тоже не особо хотелось расставаться с её тёплым боком, но есть все-таки хочется.