— Система бывает разная, — улыбнулся я. — К тому же, как я понял, эти гармонии что-то очень единорожье и другим недоступное.
— Да, ты прав, — кивнула она. — Ладно. Исоническая гармония, или «исоника» — это состояние активного присутствия единорога в магическом пространстве мира. Чтобы начать колдовать или провести магические измерения, нам сначала надо перейти в состояние исонической гармонии. Видимым признаком этого состояния является свечение рога.
Что-то вроде «взять в руки гитару и подстроить высоту струн», ага. Тем временем Твай продолжала:
— Монодическая гармония, «монодика» — это сотворение заклинания, перекачка энергии, формирование, поддержка структуры. Именно здесь единорогу очень важно уметь концентрироваться.
— И что будет, если отвлечёшься?
— Заклинание рассеется, а по магической системе колдующего ударит откат, — она тряхнула головой. — Это неприятно. Сначала дикая слабость, почти невозможно на ногах удержаться, а потом ещё и в сон клонит.
Ну да, ну да, похоже.
— А почему ты спрашиваешь? — полюбопытствовала она.
— Из-за Беаты. Похоже, заклинания на концентрацию у неё довольно-таки часто срываются.
— О! Именно о ней я и хотела поговорить! — вспомнила Твайлайт. — Ты меня совсем заболтал.
Специально и заболтал, чтобы сделать как можно больше до того, как мы перейдём к «серьёзным» разговорам. Из моего прошлого опыта после таких бесед обычно плодотворно не поработаешь. Ну, раз она вспомнила…
— И что с ней? — вздохнул я.
— Мэр была очень взволнована её возвращением, — сообщила Твайлайт. — В прошлый раз Трикси посадила её в клетку на неделю и причинила Понивиллю немалый вред.
— Из-за амулета аликорна, — уточнил я.
— Я думаю, что Трикси, наверное, неплохая пони, но всё же ей не стоило возвращаться сюда спустя всего лишь четыре месяца после того, что она натворила, — покачала головой Твайлайт. — Ты не знал, что она тут творила?
— Знал, но… Твай, но какие у меня были варианты? Ты в курсе, что её приговорили к изгнанию из Эквестрии, если она не выплатит наложенный штраф или снова нарушит закон до этого времени?
— Что?! — ужаснулась Твайлайт. — Какой ужас!
— И ты не видела, как к ней относятся пони, которые о её «злодеяниях» прочли из газет. Когда я её подобрал, её только что выкинули с единственной работы, которую она смогла найти, и проводница даже не хотела пускать её в поезд. Ей бы пришлось ждать на платформе три дня, прежде чем подошёл бы следующий.
— Я и понятия не имела! — воскликнула единорожка. — Отсрочка изгнания и общественное порицание — это слишком жестоко! Она же раскаялась!
— Полагаю, что на суде на её стороне никого не было, что и неудивительно, учитывая Триксин характер, — я вздохнул. — Так о чем попросила тебя мэр? Выкинуть её из Понивилля?
— Она просила убедиться, что Трикси тут больше ничего не натворит, — Твайлайт поёжилась. — Арт, я и не знала! Какой кошмар! Изгнание! Я напишу об этом принцессе Селестии.
— Стоп. Вот этого не надо, — остановил её я.
— Почему? — поразилась Твайлайт.
— Потому что найти согласного работать на меня единорога было слишком сложной задачей, чтобы я её теперь так просто отпустил, — ухмыльнулся я.
— ЧТО?! — она уставилась на меня неверящим взглядом.
— Шучу, — усмехнулся я. — Ну, по большей части. Твай, я слегка расспросил Селестию о том, как назначаются наказания эквестрийскими судами. Трикси влепили нехилый штраф, но его составляющие это просто деньги, которые нужны на устранение причинённого вреда. В частности, неделю сидения мэра в клетке и всего, что она там ещё творила по ходу дела. Деньги пострадавшим выплачиваются диархией сразу, а она как бы должна их вернуть. Этакая бессрочная ссуда.
— Но ведь это же всё из-за амулета аликорна… — неуверенно произнесла Твайлайт.
— По словам Трикси, — уточнил я. — Кто будет надевать его, чтобы проверить? Но тут ладно, лично я ей верю. Дело в другом… не думаю, что для Селестии будет проблемой снять с неё и наказание, и штраф. Более чем уверен, что она бы так и сделала, если бы знала об этом. Но! Как это повлияет на Трикси?
— В смысле? — удивилась Твайлайт.
— Когда я её встретил, она на меня огрызнулась просто за то, что я с ней заговорил дружелюбным тоном. С её точки зрения, после двух поединков с тобой, все пони её ненавидят, и посмотрев на то, как с ней обращаются, я вполне понимаю, с чего она это взяла. А теперь предположим, что с неё сняли все обвинения, и она теперь может идти, куда глаза глядят. Но пони-то будут относиться к ней по-прежнему. Работу она не найдёт, выступления её будут бойкотировать, и ещё, к тому же, у неё останется впечатление, что её в очередной раз пожалели, а сама она ни на что не способна.
Твайлайт смотрела на меня глазами размером с блюдце.
— Ты это настолько продумал?! — потрясённо произнесла она.
— И даже дальше. Я собираюсь сделать несколько весьма впечатляющих вещей в ближайшем будущем и незаметно подчёркивать её участие в своих проектах. Это обелит её перед пони. Кроме того, пока она выплатит весь свой штраф, пройдёт достаточно времени, чтобы её старые прегрешения подзабылись. Может, она даже с кем-нибудь тут подружиться успеет, кто знает.
— Это так благородно с твоей стороны… — восхищённо произнесла Твайлайт.
Ага, как же. На самом деле мне просто нужен единорог-помощник, а если у меня будет достаточно времени, то я чему хочешь придумаю благородное оправдание. Вплоть до совращения одной милой пегаски…
«Занятие это любил Козлодоев и дюжину враз ублажал. Кумиром народным служил Козлодоев, и всякий его уважал».
Тьфу! Опять эта песня! «А у реки, а у реки, а у реки, гуляют девки, гуляют мужики!». Брр-р-р! Вот от этой я точно до завтра не избавлюсь! Лекарство хуже болезни… А! А! А у реки…
— Я скажу мэру, что Трикси тут только в качестве твоей помощницы, и никаких проблем от неё не будет, — прервала мои суматошные мысли Твайлайт.
— Отличный план, — кивнул я.
— Твай! Твоя новая краска совершенно не отмывается! — из ванной появился возмущённый дракончик. — Я полкуска мыла извёл!
Да-а-а, дракончик выглядит так, словно надел обтягивающие черные перчатки.
— Отлично! — обрадовалась единорожка. — Я отправлю рецепт в Кантерлотскую типографию.
— Сначала помоги мне смыть это! — потребовал дракончик.
— Конечно, Спайк, — рог Твайлайт засветился, и в подставленные лапки дракончика упала огромная магическая капля… и бессильно стекла вниз. — Ой… должно было подействовать.
— Это теперь навсегда?! — в ужасе завыл дракончик.
— Нет-нет, я обязательно найду решение! — всполошилась Твайлайт. — Арт, извини, давай позже поговорим!
И она телепортировалась, прежде чем я успел хотя бы открыть рот для ответа. Э-э-э… мда. Вот ведь увлекающаяся натура, а ведь я ещё хотел пару вопросов задать по поводу защитных артефактов… ладно, в следующий раз.
— Держи, — я вытащил планшет и зарядный кристалл и передал их дракончику. — Всё как я и обещал. Я там для тебя отдельный стол создал с ярлыками игр.
— Спасибо, — улыбнулся дракончик, но улыбка его померкла, едва его взгляд упал на испачканные в чёрном лапы. — Вы помирились с Твайлайт?
— Как видишь, — пожал плечами я. — Впрочем, за это, наверное, стоит благодарить Селестию.
— Твай себе места не находила, когда вернулась, пока письмо от принцессы не получила. Да и после устроила внеочередную пересистематизацию библиотеки, — дракончик сморщился и передразнил. — «Чтобы успокоиться». Почему у неё такой трудозатратный способ для этого? Нет бы пить чай, как Флаттершай…
— Не ворчи, — усмехнулся я. — Я вот чтоб нервы успокоить уходил в глухомань вроде вашего Вечнодикого. Хочешь со мной?
— Нет! Я лучше ещё раз библиотеку переберу! — мгновенно осознал своё счастье дракончик.
— Во-о-от, — я назидательно поднял вверх палец. — Ладно, наслаждайся. Через три дня занесёшь.
— Хорошо, — кивнул дракончик.
Я распрощался с ним и отправился на рынок. По-хорошему, разумнее было бы начать с Рэрити, чем тащиться через полгорода с тяжёлым рюкзаком, но тогда магазин канцелярии может закрыться, и завтра придётся идти ещё раз.
Магазинчик, который порекомендовал мне Спайк, когда я пожаловался ему на неудобные перья, можно было найти, только зная, где он находится. Вроде и недалеко от рынка, но вход со двора, и единственной приметой того, что это не только жилой дом была выцветшая табличка с нарисованным на ней циркулем. Владелец лавки, пожилой земной пони, торговал технической литературой и принадлежностями для черчения… замечательный мужик, но с чрезмерной любовью рассказывать о своих прошлых достижениях. И мосты он в Кантерлоте проектировал, и дамбу около Понивилля, и железнодорожные туннели, и мечтает он преподавать в Мэйнхэттенском Политехническом, да терпеть не может большие города, да и внучки его тут живут… в общем, обычная старческая болтовня, которую я терпеть не могу. Слишком хорошо мне весь этот мусор в мозги въедается.
Я открыл дверь и зашёл в магазинчик. Привычку хозяина к точным действиям и установленному порядку видно прямо с порога. Если некоторые понячьи лавки походили почти на свалку, то здесь всё было аккуратно настолько, что возникало ощущение, будто тетради на полках выравнивали с пузырьковым уровнем.
— Артур! — приветливо махнул мне лапкой седой пони и отложил в сторону книгу. — Снова грифели кончились?
— Ещё нет, но запас карман не тянет, — улыбнулся я.
— Отлично, а то совсем покупателей нет, — прокряхтел он и поднялся. — Пятьдесят штук, как обычно?
— Да. Ещё четыре пачки чертёжной бумаги, три толстые тетради, две баночки туши и какие-нибудь удобные для единорога перья, на твоё усмотрение.
— Сейчас принесу, — кивнул он и ушёл в соседнюю комнату, где у него располагался склад товара.
Набив рюкзак под завязку, я расплатился с Драфтом и смылся, пока он опять не начал вспоминать «старые добрые времена». Теперь к Рэрити.
На полпути в бутик меня окликнул незнакомый голос.