— Артур! Подождите! — я обернулся. Меня изо всех сил догоняла маленькая коричневая единорожка с рыжей гривой. М-м-м… кто такая?
— Добрый вечер, — поприветствовал её я. — Простите, вы кто?
— Уф-ф! — она мотнула головой. — А вы быстро ходите, для того у кого только две ноги! Я Хот Гласс, ученица Гласс Бловер. Она попросила меня передать, что ваш заказ уже два дня как готов.
— Отлично! — обрадовался я. — Я загляну за ним завтра днём, а то без тележки я его не унесу.
— Хорошо, я ей так и передам! — кивнула единорожка и порысила обратно.
У пони, в виду их забавной общественной структуры, почти нет массового производства, зато полным-полно разнообразных ремесленников. Каменщики, плотники, краснодеревщики… стеклодувы. Собственно, Гласс Бловер как раз из их числа. Я заказал ей некую лабораторную посуду ещё пока Спайк жил у меня, и успел об этом напрочь забыть. Вовремя она закончила, теперь, когда у меня есть свой персональный единорог, можно будет собрать пункт четвёртый из списка личных дел.
Около бутика Рэрити я натолкнулся на Свити и Эпплблум, что-то оживлённо обсуждавших около входа. Они были настолько увлечены своим спором, что я попытался просто прошмыгнуть мимо… но не удалось.
— Арт! — обрадовалась мне юная земнопони, оборвав спор на полуслове. — Ты куда пропадал? Мы к тебе приходили пару раз.
— Ездил на каменную ферму и в Кантерлот, — улыбнулся я.
— Сборка катушки ещё в силе? — спросила она. — Ты обещал!
— И переводы, — дополнила юная единорожка.
— Все в силе. Как раз набрал полный рюкзак бумаги и для чертежей, и для переводов, так что приходите послезавтра. Рэрити дома?
— Ага, наверху, — кивнула Свити.
Поднявшись на второй этаж, я застал единорожку задумчиво полулежащей на своей любимой кушетке и пустым взглядом глядящей в окно. Полнейшую тишину и неподвижность комнаты нарушало только движение окружённой телекинетическим полем ложки, мерно летающей между ведёрком мороженого и мордочкой Рэрити.
— Это или творческий кризис, или несчастная любовь, — сходу поставил я диагноз. — Та-ак, слез нет, так что, наверное, всё-таки творческий кризис. Попробуй шнурки.
— Шнурки? — перевела на меня взгляд модельерша.
— Угу. Болтающиеся шнурки, возможно, большие деревянные бусины на них, может, накидки с орнаментами крупного плетения.
— Звучит как праздничный наряд в духе Эпплов, — тягостно вздохнула единорожка и зачерпнула ещё одну ложку мороженого.
— Великие модельеры не следуют моде, а создают её, — хмыкнул я в ответ. — Тем и запоминаются. Ну да я не за этим. Мне бы ещё несколько комплектов одежды. И широкополую шляпу от солнца.
— Хорошо, — меланхолично отозвалась Рэрити. — Загляни как-нибудь на днях.
— Обязательно.
Ложка скребнула дно ведёрка. Модельерша тяжело вздохнула, поднялась на ноги и спустилась вместе со мной. Убедившись, что нет ни единого посетителя, она вытащила из морозилки ещё одно ведёрко и закрыла за мной дверь, предварительно перевернув телекинезом табличку на ней. Ух, похоже, всё серьёзно.
Я направился домой, наслаждаясь вечерней прогулкой. Начался закат — ещё полчасика, и сестрички-аликорны сменят основное светило. Воздух посвежел, в траве застрекотали кузнечики, и единственное, что омрачало мне удовольствие — тяжелый рюкзак за спиной.
Перейдя речку, я услышал шум и недовольные вскрики двух знакомых голосов. Практически вспорхнув на пригорок, я стал свидетелем забавного зрелища: Трикси и Дэш дрались за стоящего в полный рост древесного волка.
— Моя очередь! — единорожка пришпилила пегаску к земле и запрыгнула на спину Листика. — Склонитесь же перед Великой и Могущественной Трикси!
— Не дождёшься! — воскликнула Дэш и, оставив за собой радужный всполох, сбила Беату со спины древолка и встала туда сама, приняв горделивую позу. — Узрите же Рэйнбоу Дэш, победительницу древесных волков и первую среди Вондерболтов! Ай!
Магический импульс отправил пегаску в вынужденный полет, а Трикси, поправив расшитый звёздами наряд, захватила освободившееся место. Потасовке не дало продолжиться только то, что Рэйнбоу, заходя на круг, заметила меня.
— Арт! — крикнула она, то ли приветствуя меня, то ли предупреждая единорожку.
— Великая и Могучая Трикси не попадётся на такую простую уловку! — торжествующе заявила та.
— Да-да, вы продолжайте, я просто посмотрю, — прокомментировал я достаточно громко, чтобы меня услышали обе.
Трикси испуганно пискнула и попыталась спрыгнуть с древолчьей спины, но её мантия зацепилась за какую-то ветку, и единорожка кубарем слетела вниз.
— Цела? — поинтересовался я, подходя к уже поднимающейся на ноги единорожке и приземлившейся рядом с ней Дэш. — Ну что, великие и могучие укротительницы вондерболтов и первые среди древолков? Есть что сказать в своё оправдание?
— Хе-хе-хе… — неловко рассмеялась Дэш, избегая встречаться со мной взглядом.
Трикси уставилась на меня с видом щеночка, который весь день ждал хозяина и напрудил на ковре лишь потому, что не дождался.
— Понятно. Пошли чай пить, — вздохнул я. — Только Листика в будку отведу.
— Я заварю! — кинулась в дом Трикси.
— Эм-м-м… — Дэш явно не знала, куда себя деть.
— А ты сгоняй в Сладкий Уголок и принеси пирожных. А заодно можешь прихватить с собой Пинки и Дерпи.
— Ты ведь никому не скажешь? — подозрительно уставилась на меня пегаска.
— Я — могила. Лети уже.
Раздав ценные указания, я взял волка за загривок и потащил его в мастерскую. Он, конечно, так и не пробовал никуда сбежать, но пока что лучше будет хранить его в запертом помещении. Или, может, на цепь его посадить, и нехай фотосинтезирует себе? Надо будет завтра заглянуть к кузнецу.
Я зашёл в дом, с облегчением сбросил со спины рюкзак, рухнул в кресло и с наслаждением вытянул гудящие ноги. Хорошо…
Трикси вскоре тоже пришла в гостиную, поставила на стол тарелку с крекерами и заняла второе кресло.
— Можно? — поинтересовался я у единорожки и, когда она кивнула, взял ещё один из подготовленных крекеров с блюдца. — Спасибо.
— А где Дэш?
— Ого, ты уже запомнила её имя? — ехидно поинтересовался я.
— Забудешь такое, — проворчала единорожка.
— Пошла за остальными осаждающими. Я им чаепитие обещал.
— Понятно…
Спокойствие и тишина, нарушаемая лишь похрустыванием очередного крекера, не продлились и получаса. Ворвавшийся в дверь розовый вихрь моментально разрушил идиллию.
— Пфыфеф, Афф!
— Виделись уже, — хмыкнул я. — Кстати, Пинки, твоя речь будет гораздо разборчивее, если ты сначала поставишь корзинку на пол.
— Правда? — удивилась она, выполнив это действие.
— Чистейшая. Ты что, одна пришла?
— Дэш сказала, что ты зовёшь нас на чай и ещё заказал сладости на мой вкус, так что я похватала самые вкусные пироженки и сразу же прибежала! Кстати, с тебя семьдесят бит, доставка бесплатно.
Я усмехнулся, достал из рюкзака кошелёк и отсыпал ей семь монет.
— Приходите к нам ещё! — радостно сообщила Пинки и запнулась на секунду. — То есть, зовите нас ещё!
— Обязательно, — пообещал я.
Хлопок крыльев, и в дверной проем вкатилась Рэйнбоу. Выражение мордахи у неё было, как у рокера, закончившего крутое соло проездом по сцене на коленях.
— Вот и я! — возвестила она.
— Дэ-эш, не так быстро! — раздался жалобный голосок за дверью, а затем что-то с гулким звуком врезалось в стену.
— Дерпи… — возвела глаза к небу Рэйнбоу и вышла на улицу.
Я с тяжёлым вдохом поднялся и пошёл следом. Серая почтальонша, видимо, хотела повторить эффектный трюк Дэш со складыванием крыльев прямо около входной двери, но немножко не рассчитала и влетела прямо в кирпичную стену.
— Ты в норме? — поинтересовалась Рэйнбоу у Дерпи.
— Угу… — протянула та, даже не делая попытки подняться.
Ясно все. Я поднял косоглазую пегаску на руки, занёс в дом и уложил на диван.
— Промазала, — расстроено произнесла она. — Спасибо.
— И ладно, — утешил я её. — Сильно ударилась?
— Нет, я уже привыкла, — улыбнулась она. — Сейчас полежу немножко…
— А я тебе маффины принесла! — похвасталась Пинки.
— Где? — тут же вскочила на ноги пегаска. Её слегка повело, и она спешно легла обратно.
— Сейчас все будет, — сказал я, услышав позвякивание крышки на кипящей кастрюле. — И чай, и маффины, и пирожные. Пинки, разложи их пока по тарелкам.
— Оки-доки!
Заварив чай и принеся кружки в гостиную, я застал слегка необычную картину — все четыре поньки, включая Пинки, понятия не имели о чем говорить. Трикси, видимо, ожидала враждебности, Пинки ещё её слегка побаивалась, Дэш смотрела на единорожку с выражением «только чего ляпни!», а Дерпи… Дерпи жевала маффин с совершенно счастливой физиономией. Кажется, я понял, как она попала в компанию осаждающих. Наёмник на сдобной валюте.
Хм-м-мда. Ну, пытаться сразу же их подружить не стоит, пусть хоть немножко друг к другу привыкнут. Только надо бы хоть какую-нибудь тему для общей беседы найти… ну и какую?
— Ладно, девочки, сегодня мы собрались здесь, чтобы по старому человечьему обычаю закопать топор войны и съесть тортик мира.
— Замечательный обычай! — восхитилась Пинки.
— Да, мне тоже нравится, — кивнул я. Сам придумал, в конце концов! Хех, думаю, Тия бы тоже одобрила. — Беата, конечно, натворила в прошлом делов, но она больше не будет, я за неё ручаюсь. Так что давайте жить дружно.
— А кто такая Беата? — полюбопытствовала Пинки.
— Я, — сообщила Трикси.
— О, так ты Трикси Беата Луламун? — обрадовалась Пинки. — А я Пинкамина Диана Пай, но можно просто Пинки!
— Я Беатрикс Луламун! — возмутилась единорожка, но вздохнула и махнула лапкой. — Можно просто Трикси. Это он меня зовёт Беатой.
— А почему? — с интересом повернулась ко мне Пинки.
— Секрет, — показал я ей язык.
— У-у-у, как интересно!
— Кстати! А у тебя тоже третье имя есть? — повернулся я к Дэш.
В глазах пегаски на секунду мелькнула паника.