— Конечно Марик! Разве мы не кушать сюда приехали… — загоготал Беко.
Наследующее утро ровно в семь тридцать они вышли из поезда Ленинград — Петрозаводск и по намерзшему за ночь легкому ледку дружно зашагали на стоянку такси. Накануне Марик созвонился со своим знакомым, и они договорились заехать к нему к девяти утра, чтобы вместе отправиться к его родственнику за товаром. Желтое такси с черными шашечками на бортах доставило всех троих к зданию мореходного училища, и они, не обращая никакого внимания на дежурного на входе, буквально как к себе домой, вошли в здешнюю общагу. Поднявшись по лестнице на второй этаж, все трое остановились у нужной двери, на которой вверху синим фломастером была выведена цифра 22, а около дверной ручки змеилась надпись сделанная зеленым фломастером, сообщавшая всем, кто проявит интерес, что Игорь — пидар.
— Слышь Марик, а твоего знакомого не Игорем случайно зовут — с деланно озабоченной миной спросил приятеля Беко, прочитав это предупреждение.
— Нет, Сергеем.
— Ну, тогда будем считать, что нам крупно повезло — и облегченно выдохнув Славик двумя согнутыми пальцами деликатно постучал в запертую дверь.
На стук им открыл заспанный тощий парень в трусах и застиранной тельняшке.
— Здорово, Серега, — Марик, заставляя парня попятиться, шагнул вперед и кивнул на входивших следом товарищей. — Это со мной.
— Привет, — ошеломленно пробормотал тот — Мы же вроде на девять договаривались.
— А мы вот приехали раньше, — весело сказал ему Беко, без излишних церемоний занимая один из двух стульев, находящихся в комнате. — Представляешь братуха, наш поезд так спешил, что еще только восемь утра, а мы уже здесь. Ну, ты сам посуди, не стоять же нам на таком холоде до девяти на улице.
Егор молча сел на второй стул и с интересом осмотрел комнату. Ничего интересного, обычная общага. Облупленные стены, окрашенные потускневшей от времени зеленой масляной краской, давно небелёный потолок, с четким отпечатком чьего-то ботинка и казённая, убитая напрочь мебель: две кровати, шкаф, тумбочки и стулья — вот и все.
— Ладно, сейчас я быстро умоюсь, и будем собираться, — уже проснувшийся Серега, удовлетворившись пояснением Беко, взял грязноватое мятое полотенце со спинки своей не застеленной кровати, и шлепая по полу ногами обутыми в сланцы, вышел в коридор.
— Слушай, что-то он мне не нравится, — обратился к Марику Беко. — По-моему, мутный тип. Какой-то он весь дерганый, глазки так и бегают его точно никогда Игорем не звали? А то, судя по повадкам, я что-то начинаю сомневаться в его наклонностях.
— Да что ты выдумываешь — возмутился Марик — нормальный пацан, он просто еще не совсем проснулся. А на двери мало ли кто что напишет.
— А-а, ну тогда ладно — протянул Славик, по заговорщицки подмигивая уже давящемуся от смеха Егору — а то я уж начал беспокоиться за свою непорочную задницу.
Из коридора донеслись раздраженные крики. Там явно кто-то сорился, и парни, находящиеся в комнате, с интересом стали прислушиваться к тому что происходило за дверью.
— А я тебе говорю, что она пропала после твоего ухода.
— Да, может, ты сам ее где-то оставил? Ты же вчера в дупель пьяный был.
— Нет, я точно помню, что вчера положил пакет с курткой в шкаф. Никто кроме тебя не мог бы его взять.
— Да что его слушать, надо у него в комнате посмотреть…
Дверь в комнату распахнулась от удара ногой, и туда втолкнули Сергея, преследуемого по пятам целой толпой молодых парней. Ворвавшись в комнату, они, не обращая внимания на сидевших там гостей, стали обшаривать все углы, заглядывая под кровати, в тумбочки и в шкаф.
— Вот она! — один из ворвавшихся вытащил из-под вороха мятой одежды, кое-как запиханной в шкаф, пакет, из которого вывалилась новенькая рыжая кожаная куртка.
— Ах ты крыса, у своих тыришь! — один из парней тут же зарядил кулаком в лицо смущенно потупившемуся хозяину комнаты.
— Мочи крысу!
— Бей его! Вот из-за кого у нас все в общаге пропадает.
— В рожу ему!
— Ша, морячки, подожди руками махать, — многоголосый хор толпы, собравшейся на законную расправу с вором, перекрыл грозный рык Беко, вставшего во весь рост, а за его спиной молчаливыми тенями маячили Марик и Егор, готовые к любому развитию событий.
— А ты кто такой?
— Да они с ним заодно мочи их!
— Я те дам блядь «мочи»! — внушительно рявкнул в толпу Беко. — Ты у меня сейчас сам обмочишься. Братва, у нас у первых возникли вопросы вот к этому нехорошему человеку, — Беко картинно указал пальцем на съежившегося под его взглядом Сергея. — Люди мы серьезные и приехали сюда издалека, поэтому свое законное право первой ночи никому не уступим.
— Он у нас крысятничал, руки ему вырвать надо! — раздалось из притихшей и потерявшей запал толпы.
— И правильно, обязательно надо, — согласно подхватил Беко. — Конечно, крыса на корабле — это позор всему экипажу. Давайте мы с вами договоримся так. Сейчас мы на пару-тройку часиков заберем у вас этого обглодыша, чтобы решить с ним наши вопросы, а потом мы честно передадим его вам из рук на руки, для справедливого суда. Договорились?
— Договорились.
Курсанты мореходки, убежденные красноречием мордастого оратора, расступились, и Беко, подмигнув товарищам, чтобы те не задерживались и прикрывали ему спину, быстренько стал выталкивать одевающегося на ходу Сергея из комнаты. На улице они взяли знакомого Марика в коробочку, зажав его с трех сторон, и поспешили уйти подальше от мореходки.
— Это мне подбросили, — неубедительно отводя глаза в сторону, начал оправдываться Серега. — Точно, вчера, когда я пьяный был, мне и подбросили.
— Конечно! — участливо поддакнул ему Славик. — Вы только посмотрите, какое вокруг падение нравов! Вот и верь после этого людям. Слышь Серега, а Игорем тебя никогда не звали?
— Нет, Игорь это мой сосед по комнате, он сейчас домой уехал, а что?
— Веселая у вас однако комната. — туманно сказал Беко подмигнув при этом Егору, еле сдерживающему смех и успокоил напрягшегося Серегу.
— Да нет, не бери в голову, это я просто так из спортивного интереса спросил.
— Надеюсь, Серега с золотишком-то будет все нормально, без сюрпризов?! — Марик, прервав дурашливый треп Беко, угрожающе надвинулся на испуганно моргавшего курсанта.
— Да что ты, Марик, меня не знаешь, что ли. Мы же с тобой в одном дворе выросли.
— Ладно, хватит болтать, веди уже — милостиво кивнул тот.
— Мне надо дяде позвонить перед приходом.
— Ну так звони давай быстрее, вон на углу стоит телефонная будка.
Они вместе подошли к стальной телефонной будке с оборванной дверцей. Основательно раскуроченный какими то вандалами автомат, как ни странно, работал. Сергей снял с рычага массивную эбонитовую трубку, кинул две копейки в прорезь и стал набирать номер. Беко с товарищами стояли рядом, чтобы слышать, о чем будет говорить вышедший из доверия морячок.
— Здравствуйте, дядя Миша… Да, они уже приехали… Трое… Да, понял… Хорошо, — Сергей вопрошающе поднял глаза на Марика. — Дядя спрашивает, деньги при вас?
— При нас, конечно, — ответил вместо Марика Беко. — Успокой дядю, все при нас, главное, чтобы у него все было на месте.
— Да, дядя Миша, у них… Ну все, пока.
Поймав у дороги частника, они все вместе поехали по адресу, указанному Сергеем. Машина остановилась около хлипкого покошенного домика где-то на окраине города, компания вышла, и частник, дав по газам, немедленно укатил в обратном направлении. Сергей позвонил в калитку и тот час, за соседним забором залилась звонким лаем собака. За забором послышался скрип снега и раздался хриплый прокуренный голос.
— Сейчас иду. Кто?
— Дядя Миша, это мы, — осипшим голосом отозвался Сергей.
Калитку открыл бородатый мужик в каком-то невообразимом малахае на голове. На вид ему было от сорока до пятидесяти. Он был одет в поношенную телогрейку, ватные штаны и короткие валенки.
— Здравствуйте — хором поздоровались парни.
— Ну, здорово, коли не шутите — кивнул им дядя Миша, задумчиво сдвинув густые сросшиеся на переносице брови, и посторонился, открывая проход — Ну, чего тут стоите, отсвечиваете. Давай шустрее проходите в дом.
Парни вошли во двор, и дождавшись пока дядя Миша запрет за ними калитку, потопали вслед за хозяином. Тот неторопливо поднялся на низкое разваливающееся от времени крыльцо, и потянув на себя противно заскрипевшую дверь, вошел в дом первым, остальные втянулись вслед за ним в большие темные сени. Егор замыкал шествие. Его глаза после яркого солнечного света на улице никак не могли привыкнуть к полутьме, царившей в доме. Вдруг мощный толчок в спину отбросил его к стене, и он почувствовал, как что-то холодное и твердое прижалось к его затылку.
— Стоять, суки! Руки, руки, быстрей подними. К стене, к стене, я сказал! Быстро!
Двое мужиков, угрожая ошеломленным пленникам стволами пистолетов, быстро выстроили их вдоль стены и отошли на два шага, контролируя их каждое движение.
— Эх, Серега, сука ты позорная, подставил все-таки, — Беко, стоявший лицом к стене, опершись на нее поднятыми вверх руками, чуть повернувшись, укоризненно посмотрел на Сергея, стоявшего в сторонке.
— Захлопни-ка пасть милок, — посоветовал ему дядя Миша — Косой, пошманай по карманам, что там у них, — обратился он к одному из мужиков, держащих их на прицеле.
Тот осторожно подошел и, обхлопав каждого пленника, удовлетворенно кивнул.
— Чисто.
— Ладно, можете повернуться. Только без фокусов, а то мы в раз, всех вас троих тута рядком и положим.
Парни, держа руки вверх, медленно повернулись лицом к дяде Мише.
— Да вы, сынки, руки-то опустите, не в ментуре чай, а почти в гостях.