В результате торга сошлись на ста двенадцати.
Посетитель получил деньги и удалился, а ювелир погрузился в раздумья.
Золото оставалось сомнительным, но… можно было сказать точно: оно добыто не воровством и не разбоем. В юности хозяин лавки имел некоторые связи по этой части. Но ни один из тех, кто переплавлял золотые изделия, добытые незаконным путём, никогда не изготовил бы подобный слиток. То, что этот человек всего лишь посредник, было очевидным. Хозяин – маг? Весьма вероятно. Вот веская причина не влезать глубоко. Пусть сами маги это делают.
Ябеда не состоялась.
Раньше я думал, что школьные каникулы предназначены для отдыха школьников. Ага, размечтался. Надлежало сделать запас золота, ибо совмещать его добычу с посещением школы мне изначально представлялось невозможным. Правда, из осторожности я не использовал кристаллы. В результате приходилось промывку и накопление золотого песка делать в один день, а плавку – в другой.
Весь остаток дней до начала занятий я работал с полной выкладкой, почти до полного истощения. Даже отец осторожно заметил о необходимости чуть снизить темпы. Обстоятельством в мою пользу была необходимость торговать. При этом, конечно, энергия не расходовалась. Хоть какой-то отдых.
Владелец мастерской был приятно удивлён. Посетитель был тот же, если не считать улучшившегося гардероба, зато сделка оказалась более выгодной. После продажи очередного золотого кружка посетитель заявил:
– Уважаемый, мой наниматель хотел бы сделать у вас заказ.
Эти слова вызвали самую положительную реакцию.
– Я полностью к его услугам. Каковы будут пожелания?
– Эта вещь из бронзы, длина вот такая, здесь крепления для камней, и ещё пружинки вот в этих местах, чтобы эту штуку можно было надевать не расстёгивая. Вот примерный чертёж…
На прилавок легла бумага. Чертёж кузнец делал сам.
– Понятно, это тоже понятно… Могу заверить вас: изделие будет сделано столь же быстро, сколь и качественно. А какие камни желает заказчик?
– Этого я не знаю. Могу лишь предположить, что их он вставит сам.
– Не откажите в любезности передать: я могу обеспечить более чем достойные и подходящие камни.
– Передам, конечно, но будет лучше, если вы мне их покажете. Тогда я смогу описать заказчику ваши варианты.
Хозяин мастерской вполне резонно предположил, что в геммологии посетитель не силён, и пустился в подробные объяснения:
– Вот этот красный – рубин. Размер невелик, зато в нём нет никаких включений, чистой воды камень. Этот синий – сапфир, он дешевле. Ещё зелёный нефрит могу предложить. Вот на выбор три камня.
Кузнец кивал и старался запомнить форму и названия. Со вторым дело обстояло туговато. Первое было много легче: все камни имели округлую форму.
– Я всё расскажу, но сами понимаете: решать не мне. Что до бронзы, то относительно неё имею полномочия. На эту работу вам, полагаю, хватит три дня? Я так и думал. Сколько вы хотите за этот заказ?
Торг состоялся, согласие в цене было достигнуто. Покупатель ушёл.
Присутствуй я лично при этом разговоре, обязательно бы отметил, что уж теперь-то никаких доносов со стороны ювелира не предвидится. Он учуял запах небольшой, но равномерно поступающей прибыли и был намерен получать её впредь.
Когда до окончания каникул осталась пара дней, я подбил итоги. Вроде выходило неплохо. У меня накопилась горстка золотых кругляшков. Сверх того, на полке имелись кристаллы. Мируте удалось найти желвак с бесцветным кварцем, а там попались великаны аж в пять сантиметров. И ещё отыскались гранаты, но те были мелкими. На рынке девица купила с десяток пиритов и столько же галенитов. Не так уж много, но на первое время хватит, а там посмотрим. И наконец, усовершенствованный браслет.
Однако были и отрицательные моменты. Первым был тот самый растреклятый бронежилет. Мысль о нём снова зародилась, когда я увидел кучку своих сокровищ. Почему-то в сознании всплыла совершенно дурацкая фраза: «Груда золота с бронежилетом». Логика твердила, что золото никоим образом не является материалом для бронежилета. На него можно купить таковой – это да. Но в данный момент подобная покупка занимала самое последнее место в списке приоритетов. Так откуда же может возникнуть сама мысль, заключённая в этой фразе?
Вторым скверным фактором была неопределённость в долговечности кристаллов. Я всё ещё не знал, как её оценить, потому что понятия не имел, насколько велик будет расход магии в ходе школьных занятий.
Третьей мыслишкой из разряда тревожащих была ограниченность запаса золота в облюбованном мной месторождении. Увеличить добычу можно лишь отводом ручья в другое русло, но подобное пока что находилось далеко за пределами моих возможностей в магии земли и воды. Хуже того: абсолютно ясно, что золота мне не добыть до следующих летних каникул. Вести промывку зимой нельзя: слишком много энергии уйдёт на прогревание собственного тела. Осенью и то проблематично.
Досадной мелочью по сравнению с вышеперечисленным был упорно белый цвет моей чешуи. Она сама стала заметно крупнее и толще, но никаких признаков изменения масти я не заметил, да и родители тоже.
Глава 18. Олимпийская сборная
В школе дело обернулось хуже, чем я думал. На первое же занятие мной был принесён бронзовый браслет. Я надел его так, чтобы кристаллы были как можно менее заметны. Но само изделие вызвало некоторую взбудораженность. Первыми отреагировали драконочки:
– Что это?
– А для чего?
– А где ты такое взял?
Пришлось объяснить, что это не украшение, что это облегчает работу с магическими потоками, что это раздобыть совсем даже не просто. Возбуждённый щебет прервал наставник. Он задал те же вопросы, но другим тоном, явно не одобрительного свойства. Потом последовало:
– Так ты считаешь, что этот предмет тебе помогает?
– Да, наставник.
Пауза. Учитель думал, тщательно думал и пришёл к решению:
– Хорошо. Можешь носить это.
Тут в голову пришла еретическая мысль: наставник или не заметил кристаллов, или просто не знает об их магических свойствах. Видимо, он не сталкивался с людьми.
Этот вывод получил косвенное подтверждение на занятиях по стихийной магии. Если телемагию преподавал тот же наставник, что и немагические предметы, то каждый вид стихийной магии вёлся отдельным наставником. Теперь я был твёрдо уверен: все мои нынешние соплеменники владеют одним из видов стихийной магии и телемагией. Кроме универсалов, понятно. Но их-то в моём классе не было (кроме меня).
Преподаватели-стихийники задавали мне те же вопросы и получили те же ответы. Исключением был маг воды, который всё же заметил вставленные кварцы:
– Кристаллы иногда – очень редко! – используют человеческие маги. Но знаешь ли ты, как их надо применять?
– Именно это я хотел бы понять, наставник.
А ведь провал шёл совсем близко, голодно цыкая зубом. Хорошо ещё, что водник хотя и видел кристаллы на магах-людях, но явно не знал технику использования, не говоря уж о теории. И меня, похоже, счёл за профана. Ничего, я согласен считаться невеждой. И ради этого образа я мысленно положил себе не показывать на занятиях высокого уровня магической силы.
Каждый день помимо какого-то немагического предмета были занятия по телемагии и спецмагии. Как и предполагалось, я посещал решительно все уроки стихийной магии, на которые мог успеть. И это обходилось недёшево. Мой первый кристалл-накопитель выдержал пять дней, после чего пришлось его подзаряжать. Правда, я расходовал энергию не самым экономным образом: так, чтобы ни в коем случае не приблизиться к истощению во время занятий в школе. Но это отнюдь не отменяло домашних тренировок. Мне очень нужно было быть первым в классе.
Я так и не узнал, было ли то самостоятельным решением отца или же его незаметно на это подтолкнула мать. Возможно, сыграли роль мои школьные успехи в немагических предметах. Но результат выразился в том, что ежедневно по вечерам отец проходил со мной то, что мне лишь предстояло узнать в школе.
Начали мы с умения точно ориентироваться. Чувство направления у всех драконов имелось, это я узнал быстро. Ориентация с точностью до сторон света была легче лёгкого. Однако более точная ориентация достигалась лишь тренировками.
Отец с самого начала не поставил за труд объяснить не только цели преподавания, но и обосновать необходимость занятий:
– Имей в виду, Стурр, в школе будут учить ориентации с точностью до пяти градусов. Но если к моменту, когда будет решаться вопрос о твоей карьере, ты сможешь доказать, что способен ориентироваться с точностью до градуса, такое будет!.. Сам понимаешь. Начнём вот с чего: градус – это одна сотая длины круга…
Были занятия курсом «Выживание в незнакомой местности». Поскольку летать я не умел, то отец просто вывалил на меня кучу маленьких хитростей. Как укрыться от дождя. Как раздобыть еду, в том числе растительную. Как залечить мелкие раны. И как проделать всё это, находясь в полном истощении. Разумеется, о магии жизни мне пришлось помалкивать.
Я старался изо всех сил. Возможно, отец и не был самым лучшим преподавателем, но командиром он был превосходным. А главное – с огромным опытом. Уже потом, после окончания этого курса подготовки я подумал про себя, что был не худшим из новобранцев.
Эти тренировки не требовали никаких магических усилий. Вот почему я поставил цель ежедневно заниматься уже настоящей магией. К сожалению, сразу же пришлось исключить магию связи – для этого требовался другой дракон. Довериться постороннему и сгореть на этом – нет, дурных нема. Соображения секретности у меня перевешивали все остальные. Зато никто не мешал работать над тонкостями магии электричества. Молнии стали получаться почти сразу же. Впрочем, маг уровня лиценциата отвёл бы их, не особо затрудняясь.