Настала пора отправляться в Занарье, во Владычный монастырь. Идти советую по Ворошилова, а за рекой – по Пролетарской улице. И там и там сплошь здания XIX века, но вы сразу почувствуете разницу между районами города. Перед Владычным монастырем по новой православной традиции в 2014 году установили памятник основателю обители Варлааму работы скульптора Дмитрия Кукколоса. Варлаам служил келейником Киевского митрополита Алексия. Местопребыванием русских митрополитов считался Владимир-на-Клязьме с сохранением за ними Киева в качестве первого престола, но жили митрополиты при этом в Москве. В 1360 году Алексию было видение: икона Богоматери повелела ему основать монастырь в ее честь в Серпухове. Митрополит послал в Серпухов келейника отыскать удобное место. Затем они вместе вернулись на Нару, заложили обитель, и Алексий оставил Варлаама строителем.
В 1598–1609 годах монастырь полностью перестраивается на деньги царя Бориса Годунова в честь бескровной победы над ханом Казы-Гиреем на реке Оке. Преобразования охватили все постройки монастыря. В 1599 году над воротами поставили надвратный храм Феодота Анкирского. В 1599 году построили большую двухэтажную монастырскую трапезную с примыкающими к ней Георгиевским храмом и звонницей. В это же время возведен из кирпича с облицовкой белым камнем центральный Введенский собор. Территория обители опоясана новой стеной с башнями. В святых воротах два прохода, обратите внимание, в одном сохранилась щель для герсы – опускной решетки.
Владычный монастырь. Октябрьская ул., 40
Владычный монастырь, древняя надгробная плита
© PhotoChur / Shutterstock.com
Владычный монастырь к началу XIX века захирел настолько, что его собирались закрыть. Митрополит Платон предложил иное решение. В 1806 году монастырь преобразовали в женский и перевели в него игуменью из Новодевичьего монастыря с пятью монахинями и четырьмя послушницами, которые начали возрождать обитель. В начале XX века в монастыре жили уже 400 насельниц. Монастырь закрыли в 1919 году и разместили в нем школу красных военлетов. Монастырь назвали Авиагородок. В Введенском соборе устроили склад, в Георгиевском храме – клуб с кинобудкой. В кельях оборудовали классы и общежитие. В 1978 году училище освободило монастырь, и до 1995 году территория была бесхозной. Советские реставраторы здесь не работали, как в других монастырях. Соответственно здания медленно разрушались. Когда обитель передали РПЦ, не было ни одной крыши, ни одного целого окна или двери. Сегодня вас встретят восстановленные храмы и павлины при входе. Павлины во владычном монастыре – давняя традиция.
Надвратный храм Феодота Анкирского
© PhotoChur / Shutterstock.com
Георгиевский храм
Петр Первый хотел создать для всех российских городов гербы, нарисованные по законам европейской геральдики. Для этой работы царь пригласил пьемонтского графа Санти, изучавшего геральдику в Парижской академии художеств: «Иноземца графа Францышка Салтия определить полковником и быть ему у дел в товарищах у герольдмейстера». Пост герольдмейстера тогда занимал граф Степан Колычев. Франциско Санти, его стали называть в России на привычный «немецкий» манер Францем, стал автором гербов 137 российских городов. Герольдмейстерская контора составила многостраничный вопросник и разослало по городам. Местные чиновники должны были указать, чем знаменит город, какова его история, какие достопримечательности существуют рядом… Толмачи переводили ответы Францу Санти, и он по ним сочинял гербы. Серпуховский подьячий, которому поручили отвечать на запрос из Петербурга, сразу же написал самое, по его мнению, важное: «Во Владычном монастыре живут павлины». Павлины в начале XVIII века на Руси казались существами небывалыми, практически сказочным. Итальянцу перевели, он хмыкнул: «Павлины, говоришь…» и нарисовал на гербе Серпухова павлина.
Герб города Серпухова
Граф Франц Санти (1683–1758) организовывал церемонию похорон Петра Первого и коронации его супруги Екатерины Первой. После этого из товарищей герольдмейстера он был произведен в «полные» герольдмейстеры и пожалован чином обер-церемониймейстера. Санти сочинил герб новой столицы – Петербурга. В пересечении морского и речного якорей можно увидеть аналогию с гербом Ватикана. Оба являются градом Святого Петра. Но Александр Меншиков ратовал за герб с изображением коронованного сердца. Меншиков затаил обиду и после смерти Екатерины Первой, когда начал расправляться с политическими противниками, приплел к мнимому заговору итальянца. Чуждый политики Франц Санти был отправлен в ручных и ножных кандалах в Сибирь. Содержали итальянца в таких условиях, что тюремщики, жившие с ним в одном помещении, жаловались на стужу. Иркутский вице-губернатор Алексей Жолобов заинтересовался графом и пригласил его в Иркутск. Там Санти женился на дочери иркутского подьячего Прасковье Татариновой. Лишь воцарение императрицы Елизаветы принесло Санти свободу. В 1742 году он был восстановлен во всех правах. Императрица даровала герольдмейстеру Александровскую ленту, чин тайного советника и поместье. Санти жил в своем имении под Коломной, герб этого города также сочинил он, воспитывал шестерых детей. Здоровье у пьемонтского графа оказалась отменное, несмотря на испытания, пережитые в ссылке, он дожил до 75 лет.
Если вы возвращаетесь домой по железной дороге, то вот вам милая деталь на посошок. В Серпухове поставили девять мини-скульптур серии «Семья павлинов». На вокзальной площади появился павлиненок – станционный смотритель, сигналящий машинисту фонарем. Павлиненок-театрал во фраке держит две маски у входа в Городской музыкально-драматический театр. Павлиненок-защитник машет мечом в Екатерининском сквере. Павлиненок-спортсмен с мячом под мышкой поднимает желтую, хотя у павлина могут быть всех цветов, карточку у стадиона «Труд». Павлиненок с лупой стоит у здания Следственного комитета. Павлиненок-повар выносит торт в парке Олега Степанова. Еще один птенец читает книгу перед Центральной детско-юношеской библиотекой. Другой стоит с палитрой домом Мараевой. И последний павлиненок, придуманный скульптором Дюковым, делает селфи в Принарском парке – это турист. Идея горожанам понравилась, и они не собираются останавливаться, сколько профессий и увлечений еще не увековечено. Приезжайте в Серпухов считать павлинов и павлинят.
Павлиненок-сыщик, скульптор Илья Дюков
© Damira / Shutterstock.com
Постройки Древнего Рима разрушаются третье тысячелетие, в Подмосковье уложились за сто лет. Руины усадеб повествуют не только о былом величии, но и о нынешней бесхозяйственности. Чуть лучше обстоит дело с церквями. Их также превратили в склады и клубы, не ремонтировали, безжалостно выдирали все, что похоже на металл, и все, что горит, оставляли брошенными без крыш и окон… Но за церкви в последние годы взялись. Недалеко от Серпухова стоит уникальный храм, прекрасно восстановленный несколько лет назад. От Владычного монастыря напрямую всего пять километров, но вряд ли вы найдете лодочный перевоз через Оку, как сто лет назад. Надо ехать вдоль берега и через дальний автомобильный мост, но такой храм стоит любого крюка.
В 1697 году князь Григорий Долгоруков в числе 39 стольников был отправлен в Италию для изучения военного дела и найма специалистов на русскую службу. В Венеции князь написал книгу «Архитектура цывильная» – первое русское пособие по архитектуре, составленное на основе трактатов ренессансных зодчих. Затем князь служил послом в Варшаве. После какой-то дипломатической неудачи Долгорукова наказывают: отправляют в одно из его владений – село Подмоклово. Серпуховской земле повезло: удалившись в свое имение, князь в 1714 году начинает строить церковь на европейский манер «по церкюлю круглую». Все работы вели русские мастера под руководством сменяющихся зодчих-иностранцев, но кто был автором первоначального проекта, неизвестно. Григорий Долгоруков умер в 1723 году, когда оставалось снабдить церковь дверями и окнами, заполнить богослужебными предметами и освятить. Но наследников Подмоклово не интересовало, а для селян существовала еще не снесенная старая церковь. Рождественский храм освятили только в 1754 году при внуке строителя князе Сергее Долгорукове.
Так в Подмоклове появилась почти точная копия храма, изображенного на картине Рафаэля Санти «Обручение Девы Марии» 1504 года. Храм стоит на круглом ступенчатом постаменте. Двусветная ротонда перекрыта высоким куполом и завершена световым барабаном. Храм окружен открытой аркадой, на которой стоят фигуры 12 апостолов и 4 евангелистов высотой с высокого человека – 182 сантиметра. Иоанн и Матфей изображены дважды – среди апостолов и среди евангелистов. По иконографической традиции апостол Иоанн молод, евангелист Иоанн – старец. Фигуры из мячковского белого камня резал московский резчик Иван Зимин с помощниками. Фигуры сделали в 1720 году и, можно сказать, успели: в 1722 году Синод, опасаясь католического влияния, запретил «иметь в церквах иконы: резные, вытесанные, изваянные». Камень из Мячкова вязок, но податлив резцу, легок, прочен, морозостоек. Из него построены соборы московского Кремля, его возили даже в Астрахань – для украшения Успенского собора.
Богородицкая церковь в деревне Подмоклово
© Natalia Sidorova / Shutterstock.com
В 1875 заложили арочные проемы галереи и расписали изнутри полученный притвор. На западной стене по древней традиции появилась картина Страшного суда. Среди грешников был изображен Михаил Лермонтов. Интеллигенция Серпухова возмутилась, но получила разъяснение, что Лермонтов повинен «как дуэлист в трех тяжких грехах: убийстве, самоубийстве и неповиновении властям». В конце XIX века в армии не только возродились дуэли, но их ввели в военное законодательство, и церковь остро отозвалась на это явление. В советское время «Страшный суд» из Подмоклово с портретом Лермонтова, отколов от стены, выставляли в ленинградском Музее истории религии и атеизма, который размещался в Казанском соборе. Сегодня кусок фрески где-то в запаснике.