– Да, к несчастью, – сказал первый и отстегнул от пояса рог. – Вызову-ка борцов с вредителями…
– А надо? – сказал второй и легонько придержал руку товарища. – Я, конечно, понимаю, что с паразитами необходимо бороться, но тут всего один. Стоит ли поднимать бучу?
Первый тролль укоризненно посмотрел на коллегу:
– Чувствительность не доведет тебя до добра, Хадридд. Это грязные твари, разносчики болезней! А как они плодятся, если не уследить! Дай укорениться колонии, и всего через двенадцать столетий возможности окружающей среды будут исчерпаны. Не надо об этом забывать! Да, я понимаю, они очень забавные, легко дрессируются и смешно пищат, когда их разглядывают вблизи… Но, согласись, ограничение численности идет им только на пользу!
– Мы могли бы поймать этого и держать как питомца, – с надеждой в голосе проговорил второй. – У Хагридда их двое, и он в полном восторге.
Первого тролля аж передернуло.
– Я никогда не одобрял привычки держать людей в качестве домашних любимцев, – поморщился он. – Дети принимаются с ними играть и швыряют туда-сюда по саду, а это, согласись, все-таки жестоко. Нет, лучше уж им сразу шеи сворачивать. Меньше хлопот.
– Наверное, ты прав, – сказал его напарник. Потом добавил: – И все же, прежде чем вызывать бригаду по уничтожению, давай сперва убедимся, что на самом деле произошло заражение. Они же шкуру с нас спустят, если вызов им покажется ложным.
– Тоже верно, – проворчал первый.
Оба обнюхали мою куртку. И двинулись в моем направлении.
– Ну что? – прозвучал очень знакомый голос у меня за спиной. – Оказались совсем не такими, как ты ждала?
Я обернулась и увидела перед собой Великого Замбини. Рослый, красивый пожилой человек улыбался мне той самой отеческой улыбкой, которая так ободряла меня в начале моей службы в «Казаме». Как же мне захотелось немедленно разреветься и броситься его обнимать!.. Я еле сдержалась…
– Хвала Небесам, – кое-как выговорила я, скручивая одолевшие меня чувства. – Вот только времени у нас…
– Ну так не будем его здесь попросту тратить, юная леди, – сказал он, приглашая меня в нижний спасательный люк ржавого корабля.
Пролезая туда, я успела заметить, как к гусенице подошли тролли.
– Сюда, – сказал Замбини, ведя меня в полумраке мимо каких-то механизмов к стальному трапу.
Когда мы добрались до нижней грузовой палубы сухопутного корабля, я услышала, как снаружи переговаривались тролли.
– Поди теперь достань его, – сказал один.
– Есть идея! – отозвался второй.
Они отошли прочь и стали приглушенно советоваться.
– Итак, в настоящий момент нам ничто не грозит, – сказал Великий Замбини. Миновав главный машинный отсек, мы оказались на палубе «В», где располагались жилые каюты. – Плохо все-таки они знают людей…
На этом корабле не случилось пожара. Все оборудование и припасы так и лежали там, где их оставили много лет назад. Оружие, запасы воды и продуктов – все с этикетками «Тяжелая Промышленность Снодда». Замбини сел на чью-то койку и посмотрел на меня:
– Я долго отсутствовал?
– Восемь месяцев.
Его глаза округлились. Потом он грустно покачал головой:
– Неужели так долго? Это мое шестнадцатое возвращение, и они уже начали сливаться у меня в голове. Чувство, как после превращения в камень, только голова потом не болит… Кстати, времени у нас минут шесть. Совсем отменить новое исчезновение я не могу, но вполне способен отсрочить его. Кстати, как вы меня нашли? И что вообще делается?
Я рассказала ему об откровениях Кевина и о том, как мы чуть не распустили оба ковра, пытаясь успеть. Потом – о Большой Магии, о появлении двух новых драконов, о восстановлении магического поля… и наконец – о том, как король сделал Бликса Придворным Мистиком.
– То есть теоретически Конрад теперь восьмой по рангу претендент на трон, – оценил ситуацию Замбини.
– К тому же очень похоже на то, что король с лордом Тэнбери помешались на коммерциализации магии, – сказала я. – Для начала они хотят наложить лапу на «Казам». Завтра – состязание, которое должно все решить…
– «Казам» их одной левой побьет, – отмахнулся Замбини. – Куда против нас Бликсу с его дешевками!
– Если бы, – сказала я. – Леди Моугон пыталась подключить Витки Хранилища Диббла и обратилась в статую. Остальных пересажали под всякими надуманными предлогами. Так что в команде у нас один только Перкинс. И никаких шансов на победу, если только вы нам не скажете, как отпереть Хранилище Диббла. А то у нас там четыре гигашандара без толку пропадают!
– Без пароля ничего не получится, – ответил Замбини. – А в РУНИКСе достаточно хорошо, чтобы его вскрыть, разбираемся только мы с Моугон и Монти Вангард, да еще Бликс.
– Монти тоже каменный стоит, – сказала я. – А к Бликсу обращаться как-то не хочется.
Замбини улыбнулся:
– Если бы Конрад сделал попытку и окаменел, то-то было бы славно…
– Да, а вдруг у него получилось бы? Осчастливить его мощью в четыре гигашандара – что-то меня такая мысль не греет…
– Да, – сказал Замбини. – Согласен.
И тут мы с ним снова услышали голоса троллей.
– Ау, людь-людь-людь, – долетел низкий голос со стороны грузового люка. – А кто медику хочет? Сладенького, вкусненького? Людь-людь-людь…
Потом стало тихо.
– Думаешь, убежал? – сказал тот же тролль.
– Нет, вряд ли. Вот что, оставь мед возле норки. Как пить дать, тварюшка высунется – тут-то мы ее и ПРИХЛОПНЕМ!
– Ага, – сказал другой, и все снова затихло.
– Какие еще новости? – спросил Замбини и, поднявшись, начал расхаживать по каюте.
– Новости? – откликнулась я. – Не знаю, что вам еще рассказать. Будущее магии под угрозой, вот главная новость!
– Что касается магии, – тихо проговорил Замбини, – знаешь, иногда мне трудно отделаться от мысли, будто она неплохо понимает, что делает! И движется туда и только туда, куда сама хочет. Возможно, ей вздумается присудить победу «i-Магии», и это станет частью большого таинственного плана, постичь который мы покамест не в состоянии. А если она решит, что победы достоин «Казам», она отыщет способ нам подыграть.
– Мне бы вашу уверенность, – ответила я. – Знаете, я ведь даже к Некогда Великолепной Бу за помощью обращалась…
Замбини остановился и с искренней озабоченностью посмотрел на меня:
– Как она?..
– Живет одна, – ответила я. – Спасает кваркозверей. Производит впечатление слегка чокнутой и жутко эгоистичной. По крайней мере, в помощи нам она отказала.
– А почему, знаешь? – спросил Замбини.
– Почему – что?
– Почему со времени похищения она ни разу не колдовала?
Я отрицательно мотнула головой. Замбини глубоко вздохнул.
– Ты никогда не задумывалась о том, почему она никому не пожимает руки? Почему всегда носит перчатки?
Я молча хлопала глазами, хотя жуткая догадка уже осенила меня.
– Вот именно, – сказал он, воздевая указательные пальцы, проводники магической энергии, без которых чародей утрачивает могущество. – Сказать, что похитители вернули ее в целости и сохранности, было бы преувеличением. Они лишили ее указательных пальцев!
Я на некоторое время потеряла дар речи. Бу без шуток могла стать одной из величайших в истории. Вместо этого она теперь исследовала кваркозверей и медленно сходила с ума. Как она жила день за днем со своей страшной потерей, сознавая, что чья-то жестокость отняла у нее жизнь, полную восторга и чудесных свершений?.. Я попыталась представить себе, каково ей приходилось. И не сумела.
– Кто же это сделал?..
– Двоих из той группировки нашли мертвыми неделю спустя. Они, похоже, чего-то не поделили. Вероятно, у них были сообщники, но разыскать их не удалось… В момент похищения я был в Италии – обсуждал с Фабио Спонтини последние разработки теории Единого Магического Поля, – а когда возвратился, она уже была без пальцев. Теперь она винит меня за то, что не оказался рядом в нужный момент, а Бликса – за то, что облажался с переговорами.
– А он в самом деле?..
– Наверняка я не знаю, но в целом это на него не похоже. Мы оба очень любили ее. Какие великие дела мы могли бы совершить втроем!.. На их фоне даже деяния Могучего Шандара смотрелись бы неуклюжим любительством… Но вскоре после того, как Бу искалечили руки, мы с Бликсом радикально разошлись во взглядах на предназначение магии. И это был конец. С того времени она с нами обоими не разговаривает.
И он со вздохом посмотрел на часы.
– Две минуты осталось… Я тебе должен кое-что передать.
Он сунул руку в карман и вытащил конверт. Очень мелко исписанный.
– Это записи, которые я сделал, пока меня болтало туда-сюда. Сперва я думал, что стал жертвой несчастного случая. Я полагал, будто что-то напутал с заклинанием исчезновения… Но теперь, когда ты мне рассказала о провале попытки Шандара уничтожить драконов, я начинаю думать, что это он постарался избавиться от меня ко времени Большой Магии. В результате он оказался перед лицом незавершенной работы – и будет удерживать меня вне игры, заставляя болтаться точно горошину в свистке…
– Незавершенная работа? Какая?
– Ну как же, ведь он получил восемнадцать подвод золота за то, чтобы извести в Несоединенных Королевствах всех драконов до единого. Дело не выгорело – а Могучий Шандар задатков не возвращает. Он непременно захочет вернуться и раз и навсегда покончить с драконами. Кроме того, он перво-наперво решит отомстить тому, кто помог драконам избежать полного уничтожения… Кстати, кто это был?
– Я.
– Вот как…
Он прошелся туда-сюда, напряженно размышляя. Точно так же он когда-то поступал в Башнях. Он еще не исчез, а я уже начинала отчаянно скучать по нему. Как я хотела, чтобы он вернулся насовсем! Чтобы принимал решения, нес ответственность, временами ошибался… и пропускал мимо ушей критику.
– Вот что, – сказал он наконец. – Ты должна быть очень настороже. Имей в виду, что агентами Шандара вот уже четыреста лет являются члены семейства Д’Ардженто. Каждый месяц, когда он возвращается из гранитной ипостаси в обычную, они дают ему полный отчет о делах. Он препоручает им всю мелкую и неквалифицированную работу, сам же берется за дело только в исключительных случаях. Слушай же, чего следует остерегаться. Его агенты очень складно говорят, очень дорого одеваются, разъезжают в черных «Роллс-Ройсах» последней модели… И еще их имена обычно являются анаграммами. Зн