Это был прилив, да какой! Он буквально захлестнул нас своей безудержной мощью. Что странно, досталось только Мубину с Патриком, – «i-Магия» продолжала вяло копошиться, ничего не заметив. Зато Мубин и Патрик, ничего подобного не ожидавшие, огребли по полной. Камни, которые они ворочали, вдруг взмыли высоко в воздух. Один упал на дорогу ярдах в двухстах – оттуда раздался визг тормозов и хлесткие жестяные удары сталкивавшихся машин, – второй полетел в реку. Два других блока, каждый весом не меньше четверти тонны, поднялись совсем высоко и бесследно скрылись из виду.[49]
Мубин выругался, силясь обуздать энергетический вихрь. Сам он потом это описывал как езду в автомобиле без тормозов и с педалью газа, застрявшей в полу, – причем по улице, по которой в День святого Найджела движется шествие: проскочить и никого не задеть. Чтобы хоть как-то сбросить энергию, бурным потоком вливавшуюся в его тело, Мубин наставил пальцы на реку… Вода тут же обратилась в дешевое немецкое вино и вдобавок расступилась. Я посмотрела на дно… Кто бы мог предполагать, что на свете существовало столько магазинных тележек?
Я поспешно оглянулась на Патрика. Он тоже пытался бороться с невероятным приливом и в отчаянии обратился к тому, чем занимался постоянно – уборкой неправильно припаркованных автомобилей. В результате все машины в радиусе двухсот пятидесяти ярдов зависли в трех футах над землей. Однако даже это не исчерпало прихлынувшую энергию, и машины медленно поплыли по воздуху в направлении ближайшей аварийной стоянки.[50]
Я прикусила губу. Подобные приливы обыкновенно кончались только одним. Если колдун не мог справиться, магическая энергия в буквальном смысле разносила его на куски. Это был очень болезненный, а главное, очень неопрятный конец.[51] Я в бессильном отчаянии следила за происходившим… Подсознание обоих буквально пузырилось заклинаниями. Коротким дождем посыпались жабы, повсюду залаяли собаки, и у всех зрителей, у кого вились волосы, внезапно распрямились кудряшки. Река вместо ширпотребовского немецкого пойла текла уже изысканным «Шато Латур» урожая 1928 года, все часы дружно показывали полдень, а облака над городом стали принимать облики домашних животных.
И как раз, когда я уже решила, что нашим чародеям конец, прилив вдруг остановился. Вино вновь стало водой, жабы исчезли, облака приняли обычный вид, а поднятые Патриком машины с хрустом попадали наземь, явно прибавив работы местным кузовщикам. Мубин с Патриком рухнули на колени, от указательных пальцев до самых плеч вереницами тянулись багровые синяки. Им будет больно колдовать еще много недель.
Я подбежала к Мубину. В толпе зрителей поднялся заинтригованный ропот. Команда Бликса – за исключением его самого, он куда-то исчез – смотрела на нас, разинув от удивления рты. Такого они тоже никогда еще не видали.
– Цепочку проверь, – простонал Мубин. – Не пострадал ли там кто…
Мы с Тайгером дружно ринулись проверять старичков. Первое звено – Маргарет О’Лири стояла на углу возле палатки, где показывали двухголового мальчика. В данный момент обе его головы торчали наружу – он тоже хотел посмотреть уникальное зрелище.
– Во имя Шандара, что это было? – спросила Маргарет. – Я только что за тридцать секунд пропустила больше энергии, чем освоила за всю жизнь!
– Бликс мимо не проходил?
– Нет…
Мы побежали к следующему звену цепочки. Там стоял престарелый Бартлеби Лысый. Дедушка пребывал в том же состоянии, что и Придумка, – «пыльным мешком ударенный», но вполне живой и здоровый. Добравшись до Башен Замбини, мы с облегчением убедились, что наши пенсионеры – взмокшие от внутреннего жара, в синяках от натуги – не только уцелели, но даже не разорвали цепочку. Собственно, это их и спасло. Если бы они сдрейфили, весь энергетический удар достался бы не молодым и крепким Мубину с Патриком, а кому-нибудь из них. Вот они и держались, уповая, что квалифицированным коллегам удастся безопасно сбросить энергию.
– Проверь, как там Лось, – сказала я Тайгеру. – Пойду гляну на Моугониху…
И я торопливо сунулась в дверь Пальмового Дворика, но обе статуи стояли в той же позиции. Значит, источником прилива послужили вовсе не Витки Диббла, как я было подумала. Великое хранилище оставалось по-прежнему недоступным.
– Дженни! – долетел голос Тайгера. – Скорее сюда!
Я пулей вылетела обратно. Тайгер стоял на коленях возле большой дыры, прожженной в ковре. Своими очертаниями дыра напоминала силуэт лося. Аналогичные ожоги виднелись и на всех четырех стенах вокруг. Равно как и на потолке. Они представляли собой очень аккуратно выжженный – нос, отростки рогов, все подробности – абрис лося с разных сторон, и по крайней мере вверх уходили на целых три этажа.
Рядом печально стоял бывший предсказатель погоды Тэйлор Вудраф IV.
– Он говорит, это был единственный способ справиться с приливом, – сказал отставной маг. – Он принял весь удар на себя. Он просил извиниться перед вами за то, что, должно быть, оплошал, и вы теперь не достроите мост…
Мы с Тайгером молча стояли в пустом коридоре, силясь привыкнуть к мысли о том, что Преходящий Лось ушел навсегда. Он без остатка потратил все до единой строки заклинания, составлявшего самую его суть, и исчез в короткой вспышке энергии. Я взяла в руки горшочек, где хранилось кольцо. Я по-прежнему ничего не могла понять. И не только я – вообще, кажется, никто.
Тайгер, который терпеть не мог неразрешенных проблем, показал мне распечатку шандарографа:
– Смотри…
Лента исправно зафиксировала многочисленные всплески. Они соответствовали тому, что мы только что наблюдали снаружи. Однако было и кое-что еще. В течение тридцати семи секунд кто-то очень мощно тянул энергию поля, дойдя до 1,2 гигашандара. Расстояние и направление были те же, где трудились Мубин и Патрик. Что произошло у разрушенного моста?..
– Это Бликс? – спросил Тайгер.
– Если да, то он употребил энергию не на мост, – сказала я, проверив часы. Прилив сбросил их на полдень, и теперь они показывали пять минут первого.
– Зашкалило за гигашандар, – повторил Тайгер. – Разве это не та мощность, которая требуется для…
– Вот именно, – сказала я. – Живо звони три девятки и вопи так, словно тебя режут: «Кваркозверь»! Тебя соединят с Некогда Великолепной Бу. Скажи, пусть немедля мчится на мост…
– Ты думаешь, это…
– Не думаю, а уверена. Кваркозверь только что совершил деление.
Опасность слияния
Когда я прибежала обратно к мосту, Мубин с Патриком забрасывали в рот кубики льда и успокаивали дыхание. Команда «i-Магии» вяло перетаскивала камни. Без Бликса они отставали от нас на добрых четыре часа, и никто не знал, сумеют ли они вообще закончить работу.
– Лось погиб, – сказала я Мубину. – Справляйтесь теперь сами. Прилив случился из-за того, что кое-кто подключился к фоновому полю и вытянул то, в чем нуждался, причем через вас. Думаю, Бликс разработал план «Б» на случай, если мы его все-таки обойдем, и без полковника тут не обошлось. Короче, у нас тут теперь не просто магическое состязание. Мы имеем покушение на убийство!
– С целью?
– С целью посадить Бликса на трон. Придворный Мистик у нас ведь восьмой претендент после королевской семьи и лорда Главного Советника, так? И вот сегодня все, кто отделяет его от трона, так удобно собрались в одном месте. И причиной их гибели должен послужить кваркозверь!
– Больно уж многоходовая комбинация, – недоверчиво проговорил Мубин. – Последний инцидент, когда кваркозверь порвал человека, случился больше десяти лет назад. Какой-то олух напал на кваркозверя с садовыми вилами, ну и… Каким образом король может спровоцировать животное? У него и вил-то нет…
– А он лакея пошлет, – сказала подошедшая Маргарет О’Лири. – Вот только сомневаюсь, что у кваркозверя хватит ума разобраться, кто был исполнителем, а кто отдал приказ.
– Нет, все будет не так, – сказала я, силясь отдышаться после быстрого бега. – Они хотят устроить слияние! Запихни пойманного кваркозверя в клетку, устрой поближе к источнику мощного волшебства – он и потянет энергию, необходимую для квантовой репликации. Он уже пробовал присосаться к Патрику, когда тот пересаживал дуб, но мощности не хватило. А сегодня Лось обеспечил ему все требуемое, даже с избытком…
– И если близнецов не разлучить вскоре после деления, – подхватил Мубин, кое-что смысливший в кваркозверях, – будет…
– Вот именно, – сказала я. – Большой бабах. Если им не давать разбежаться, через тысячу секунд они рекомбинируют. Самое меньшее треть города на воздух взлетит.
Они с ужасом уставились на меня:
– Тысяча секунд… это сколько?
– Шестнадцать минут сорок секунд.
Я глянула на часы. Одиннадцать минут первого. Если кваркозверь разделился ближе к концу прилива, у нас оставалось менее пяти минут. Мы принялись судорожно оглядываться. Взрыв попросту сдует всю южную часть города, короля Снодда с семьей, половину личного состава полиции, большую часть королевской гвардии – и всех зрителей. Не говоря уже о нас самих.
Бликс, по всей видимости, прятался где-то вне радиуса предполагаемых разрушений.
– И никаких свидетелей, – сказал Мубин. – Версию событий, которую выдвинет король Бликс, оспаривать будет некому. А он уж повесит всех собак на кого только заблагорассудится.
– Мы должны обнаружить закрытое помещение не далее пятидесяти ярдов от королевской ложи, – пробормотала я. – Ждите здесь!
И я побежала туда, где стоял лорд Тэнбери – не иначе погруженный в раздумья, сдержит ли король обещание сделать из них с Бликсом по чучелу, если победа достанется нам. Я вкратце объяснила советнику, что затевалось, и он, жаждая вернуть доверие короля, объявил о немедленной эвакуации венценосных персон. После чего предложил мне всю посильную помощь. Он был корыстолюбец и вообще порядочный гад, но уж точно не трус.