Мисс Джексон встретила нас в дверях своего класса:
– Мне нужно поговорить с другим преподавателем. А вы можете подождать здесь.
Венделл уже не первый раз приходил сюда, и его знали все в классе.
Он представил меня и принялся болтать о чём-то с учениками и учительницей, а я тем временем решила осмотреться. Несколько человек сидели за полукруглым столом напротив учительского, а другие работали самостоятельно на своих компьютерах. В углу стоял комплект телевизор-видеопроигрыватель на столике на колёсах.
Я взяла с полки книгу. Она была потрёпанной, в мягкой белой обложке, но меня привлекло название. «История американского языка жестов». Я так сосредоточилась на ней, что заметила Венделла, только когда он махнул передо мной рукой.
– Мама пользуется ей, когда рассказывает историю глухих.
– Историю глухих?
– Да, она интересная.
Я никогда не задумывалась ни о том, что у глухих может быть своя история, ни о том, откуда пришёл наш язык. Венделл забрал у меня книгу и пролистал к началу. Я взглянула на открытую им страницу и прочла подпись под изображением седовласого мужчины в чёрном костюме, разговаривавшего жестами с девочкой.
– Французы? – спросила я.
– Несколько человек приехали из Франции и стали учить глухих детей своему языку жестов, – кивнул он. – Долгое время у них была всего одна школа, так что туда приезжали глухие люди со всей страны и делились друг с другом языком жестов.
– И это был тот самый язык, которым мы пользуемся до сих пор?
– Прошло много лет, и он всё время менялся, но изначально – да, это всё тот же американский язык жестов.
Новый язык. Для общения между людьми, которые не понимали друг друга вначале. И почему я только сейчас об этом узнаю?
Может, и нам с Синим-55 удастся всё же понять друг друга, хотя бы немного. Хотя бы в одном звуке.
Венделл обменивался жестами с другими ребятами и учительницей, рассказывая им историю Синего-55. Все то и дело оборачивались ко мне и показывали: «Не может быть!» или «Это круто!». А учительница спросила:
– Ты расскажешь нам потом, получилось у тебя или нет?
Я пообещала ей рассказать.
Венделл ещё даже не поступил в среднюю школу Бриджвуд, но он уже вёл себя так, будто был здесь своим. А когда он пойдёт сюда учиться на будущий год, познакомится ещё и с другими учениками. У него это получалось само собой – он умел легко общаться со всеми.
Я подумала, что надо будет снова поговорить с мамой о том, чтобы мне тоже поступить в Бриджвуд на следующий год. Скорее всего она откажет. Я давно не поднимала эту тему – было неприятно, как у неё кривится лицо, стоит услышать от меня про Бриджвуд. Примерно как во время наших посещений бабушки, когда она нарочно долго держала меня в объятиях и смотрела так, словно я уезжаю куда-то на другой край земли. Но может, всё-таки имеет смысл ещё раз попытаться убедить её, что здесь мне будет лучше, потому что здесь я буду своей.
Чтобы иметь возможность участвовать в общем разговоре, мне пришлось отложить книгу про американский язык глухих, но я уже пропустила, что сказал Венделл. И пропустила, что ему ответили. А им каким-то образом удавалось без труда поддерживать этот разговор. Я постаралась убедить себя, что я просто слегка растерялась, потому что разглядывала книгу, когда они начали говорить. Но даже так я всё равно должна была успеть уловить тему беседы, однако у меня было такое ощущение, словно я барахтаюсь в мутных водах залива, сбитая неожиданной волной.
А они обернулись ко мне, как будто ждали ответа на свой вопрос.
Я пожала плечами, глядя на Венделла:
– Не врубилась, о чём вы говорите.
Тогда один из учеников махнул мне и показал:
– Поезд ушёл. – А я на него опоздала, и слишком хлопотно меня подбирать.
А тут ещё Венделл рассмеялся:
– Ох, прости, я и забыл, что с тобой надо говорить, как со старушкой.
Я скривилась, как будто получила пощёчину. Другие ученики хохотали с ним как ни в чём не бывало. Но Венделл замолчал, как только увидел моё лицо, и покачал головой, глядя на других ребят.
– Прости, – показал он.
– Всё в порядке, – ответила я, хотя это было неправдой. Я вернула на полку книгу про язык глухих. Может, в конце концов мне и здесь не место.
Венделл похлопал меня по плечу. Всю дорогу до дома в мини-вэне миссис Джексон я сидела, уставившись в окно.
– Ты обиделась? Ну прости, серьёзно. Я действительно не подумал, я просто привык говорить в Бриджвуде по-другому, чем с тобой. Ты ведь тоже так делаешь, верно? Ну, в смысле, ты говоришь по-разному с папой и мамой, или бабушкой, или со мной.
Ну, это не очень-то меня утешило – напоминание о том, как мне приходится упрощать жесты, чтобы их понимал папа. Я покачала головой: пусть Венделл не думает, что должен оправдываться, и снова показала:
– Всё в порядке.
На самом деле всё было не в порядке, но, с другой стороны, он не виноват. Мы виделись далеко не каждый день, и я не привыкла быть в обществе глухих сверстников, таких, как он. Больше всего мне доводилось разговаривать либо с бабушкой и дедушкой, либо с мистером Чарльзом. И я не обижалась на Венделла за то, что он говорит со мной не так, как с ребятами в школе. Я была обижена потому, что ему вообще приходится это делать.
18
Я уже встала, чтобы спуститься в столовую обедать, когда пришло долгожданное письмо.
Дорогая Айрис!
Прости, что так затянула с ответом. Меня лично сразу захватила твоя идея, но первым делом я хотела обсудить её со своими коллегами. Отличная новость: мы прокрутим твою песню для Синего-55, когда снова выйдем в море, чтобы попытаться его пометить!
И мы обязательно будем вести запись в водах возле заповедника, чтобы зафиксировать ответ кита.
Я не верила своим глазам. Команда целого заповедника где-то далеко на Аляске обсуждала мою песню для кита. Они одобрили мой план. Я ведь даже надеяться на это боялась! Но Энди оказалась настоящим учёным, ей была небезразлична судьба Синего-55, и она прислушалась ко мне!
Конечно, многое зависит от того, подойдёт ли он близко к нашему берегу и сможем ли мы его найти. Уже давно никто не слышал его пения, так что мы ни в чём не уверены. Остаётся надеяться, что он запоёт, когда окажется в наших водах.
Попроси у родителей разрешения сообщить нам свой почтовый адрес, и мы будем рады выслать тебе футболку с символикой заповедника. Мы отметимся на твоей страничке в фейсбуке и когда отправимся в экспедицию, у тебя будет ссылка, чтобы наблюдать за своим планом в действии в режиме онлайн. А если ты окажешься в Эпплетоне на Аляске (не очень вероятно, но всё же!), мы с радостью устроим тебе экскурсию по заповеднику.
Меня очень впечатлила проделанная тобой работа. У тебя образ мыслей как у учёного – ты определила проблему и нашла способ её решить.
Айрис, ещё раз благодарю тебя за то, что написала нам и поделилась своей идеей. Мы действительно с нетерпением предвкушаем возможность проверить её на практике: сможет ли твоя песня удержать Синего-55, чтобы мы могли его пометить и узнать о нём ещё больше.
От восторга я не выдержала и принялась скакать по всей комнате, то и дело останавливаясь перед фотографией Синего-55 на стене.
– Я сочинила песню для тебя! Я надеюсь, она тебе понравится! – Я погладила фотографию и опустила руку, пронзённая новой мыслью. Какую бы радость ни принесло мне сознание того, что Синий-55 услышит мою песню, мне показалась несправедливой возможность увидеть это только онлайн. Вся команда заповедника будет там, на встрече с Синим-55, а я останусь сидеть перед экраном компьютера. Этого мало! Я должна быть там, когда он услышит песню!
Дорогая Энди!
Я так рада, что вы действительно собираетесь использовать мою песню! Даже если Синий-55 никогда такого не слышал, это наверняка то, что он так долго ищет. Я в этом не сомневаюсь. Огромное спасибо за то, что написали мне об этом и пригласили в заповедник. Я обязательно попрошу у родителей разрешения как можно скорее приехать, чтобы оказаться на месте, когда к вам приплывёт Синий-55.
Можно ли мне тоже участвовать в экспедиции? Я буду рада оказаться полезной. Таким образом вы могли бы целиком посвятить себя закреплению чипа, а я займусь микрофонами и динамиками. Я уже несколько лет профессионально ремонтирую радиоприёмники и хорошо разбираюсь в электронике. Занятия в школе уже заканчиваются, так что я не отстану от других учеников, если пропущу последние уроки. И родители не будут возражать, если я пропущу школу ради такой познавательной поездки.
Я не стала добавлять, что школа не будет возражать, если я вообще исчезну.
Думаю, нам удастся скоро увидеться. Сообщите мне, когда, по-вашему, Синий-55 будет в ваших водах.
Может, Энди пригласила меня к ним в заповедник на экскурсию всего лишь из вежливости, но меня ничто не остановит. Я должна повстречаться с этим китом.
Не откладывая в долгий ящик, прямо за обедом я изложила своим родным историю Синего-55, как всё началось с видеозаписи, показанной в классе мисс Аламиллой, об Энди и команде спасателей, не успевших его пометить.
Маме пришлось переводить многое из того, что я говорила, для папы, потому что он не успевал за мной следить. Я честно пыталась жестикулировать медленно, но всё равно руки начинали летать сами. Потом я рассказала им о том, какую работу проделала, сочиняя песню для Синего-55, и как мне пришло в голову создать новую музыку с помощью записи школьного оркестра и музыкального приложения.
– И… – тут я заставила себя жестикулировать медленно, следя за тем, чтобы никто из них не отвлекался, – скоро Синий-55 снова будет мигрировать в водах заповедника. Команда выйдет в море, чтобы ещё раз попытаться прикрепить чип, а чтобы удержать его подольше, они прокрутят под водой мою песню.