– Не покинь свет его душу…
– Если ученик не против, то я предлагаю проголосовать! – постарался закончить дискуссию Эбиндор. – Кто за то, чтобы сделать Ратмира Бесхребетного наставником Песта Среднего?
Сразу подняли руки маг в красном, затем в зеленом, синем, голубом, коричневом… Поднялись все руки кроме рук мага в белом и черном.
– Что же, раз голосование проведено, то так тому и быть! – Председатель комиссии взялся за амулет на шее в виде продолговатого завитка и принялся в него что-то шептать, а маг в коричневом начал кривиться.
– Сейчас будет очередной концерт! – выдал он, сложив руки на груди.
– А мне нравится! Он всегда приходит по-разному! – ответил маг огня, потирая руки. Он сидел по правую руку от мага в коричневой мантии.
Сразу после того, как маг в сером договорил, одна из половиц посреди комнаты «потекла». По ней пошла рябь, словно в лужу кинули камешек. Из половицы вынырнула рука в высокой перчатке. Затем вторая. Они уперлись рядом с «лужей» и начали вытаскивать владельца. Сначала появилась голова, которая была лысой и перепахана шрамами, а затем и все остальное.
Спустя несколько секунд посреди комнаты стоял еще один маг. На нем не было мантии, а вместо нее было что-то, напоминающее кожаный доспех. Под доспехом виднелась черная материя рубахи и штанов. С одной штаниной. Одной ноги не было, а вместо нее – деревянный протез. Он начинался от колена.
– Факультет? Специализация? – спросил по-военному четко хрипящим голосом незнакомый маг.
– Без факультета и специализации. Универсал. Сам настаивает на универсальной специализации, – ответил Эбиндор. Он старался держаться достойно, но голос предательски дрогнул.
Пест не видел лица незнакомого мага, лишь его затылок, украшенный парой шрамов. Маг вздохнул и таким же четким голосом спросил:
– Когда можно приступить?
– Немедленно, – выдавил Эбиндор.
Маг обернулся и ухватил не понимающего ничего Песта за шиворот. Он оторвал его от пола и тут же, вместе с ним провалился обратно в деревянный пол. Во все стороны полетели брызги из древесины, словно они не в пол провалились, а в воду.
– Браво! Я каждый раз жду, что будет что-то необычное, и каждый раз удивляюсь! – воскликнул маг огня, хлопая в ладоши…
Пест не мог отдышаться. Он сидел на деревянном полу и глубоко дышал.
– Слушай меня внимательно. Меня будешь называть учитель или Ратмир. Никакой пустой болтовни или жалоб, – начал стоящий перед ним маг. – Система проста как три палки. Один день у меня. Второй в библиотеке. Два дня в неделю на самоподготовку. Раз в месяц сдаешь зачет. Не сдал – наказываю на свое усмотрение. Понятно?
– Понятно, – кивнул Пест, едва переведя дух. Маг же мрачно смотрел на мальчишку, о чем-то размышляя.
– Кто таков?
– Звать Пест. Род мой Средний, Ведичами названный. Сам с восточных вольных сел.
– Деревня, – сплюнув произнес маг. – Контракт?
– Нет. Селами деньгу немалую собирали, чтобы меня выучить. Наместный я из села Ведичей. – Пест почему-то чувствовал страх и не смотрел в лицо мага.
– Какого лешего тебя в универсалы потянуло, спрашивать не буду. И так понятно. Будешь в одиночестве по лесам шастать. Интересно мне, что ты надумал с экзаменами и практикой, кто учил тебя и кто твое существо-хранитель. – Маг подвинул к себе табурет и сел на него. Пест поднял наконец взгляд и разглядел мага. Сухое, обветренное лицо, которое было усыпано шрамами. Правая половина лица глянцевая, словно обожгло ее. Один глаз полностью белый, без зрачка и радужки. Второй был затянут кожей. Причем Пест прекрасно видел, что под кожей есть глазное яблоко.
– Учила меня ведьма. Старшой села ее несколько колен назад с костра выкупил. Вот и служила она у нас. С экзаменами надумал так. Буду лекарское ученье сдавать и хочу артефакты не зело сложные научиться делать.
Маг приподнял одну бровь и спросил:
– И почему ты так решил?
– Так, ведьма та, что меня учила, померла. Некому врачевать в селах наших. Люд лихой, что на дорогах шастает, пока не знает, а как узнает – на села наши ходить начнет. Акилуру боялись – и к нам не ходоки были. Я вот и надумал, что надобно штук каких, чтобы они громом гремели да огнем полыхали. Люд у нас простой и от таких штук с мокрыми подметками улепетывать будет…
Маг хмыкнул и перебил Песта, который хотел было продолжить.
– Я как твой наставник сам составлю твою программу обучения, – резко отчеканил маг. – Основная твоя специализация будет – война. Первый круг ее сдаешь через полгода. К практике сдашь второй. Дополнением сдаешь экзамены по артефакторике. Факультативом будет идти магия жизни и самолечение…
– Но… – начал было Пест, но кулак мага, который врезался в левую скулу, мигом заставил его замолчать. Парень отлетел назад на метр и упал на спину. Удара мага он даже не успел заметить.
– Я не разрешал тебе говорить, – спокойным голосом произнес Ратмир. – Война будет всегда твоя основа. Это тут, в городе, лекаришки и артефакторы – уважаемые люди. Полдня пути от города в глушь, и знающий вояка прирежет их и не вспотеет. Ты думаешь, что тебя никто не попытается прирезать, реши ты идти в родное село? Про артефакты мысль здравая. С этим согласен. Лекарство твое нужно будет только тогда, когда в свои земли отправишься насовсем. Пока будешь учиться не сдохнуть сам. Вопросы? – Пест замотал головой, а маг приказал: – Существо-хранителя зови.
– Черт, выходи давай! – тихо произнес Пест, и перед ним проявился черт. Маг взглянул на него и хмыкнул:
– Что еще ожидать от сельской ведьмы… – он потер заросший кожей глаз и продолжил, указав пальцем на черта: – Этого раз в неделю будешь силой своей кормить… Если оставаться будет.
Черт же, рассматривая Ратмира, зашипел. У него вылезли мелкие острые зубы, глаза затянула тьма, а шерсть на загривке и спине встала дыбом.
– Подсунул все-таки, сука крылатая… – шипел черт, пятясь к Песту спиной.
– В общежитии живешь? – спросил мальчика маг, с ухмылкой наблюдая за чертом.
– Нет. Постой в харчевне нашел в порту. Харчи готовлю и сам там ем, да сплю за грош в неделю, – робко произнес Пест. Он вытер разбитую губу, даже не обратив внимания на кровь. Его больше занимала пульсирующая скула, которая наливалась краснотой.
– Пока сойдет. Будут проблемы – говори. Решим. Первый урок тебе. Меня не перебивать. Делать, что говорю. Не сачковать и выкладываться полностью. Ко мне придешь в начале следующей недели. Ты у меня не запланирован и у меня есть дела. К следующему уроку ты должен уметь затягивать синяки за две минуты. Понятно?
– Нет… – Замотал головой Пест.
– Чего не ясно я сказал? – Начал хмуриться маг. Пест вжал голову в плечи, но довольно громко произнес:
– Минута – это сколько?..
Спустя пару месяцев
– Смотри внимательно и слушай! Этого не пишут в книгах, просто потому, что маги-универсалы, посвятившие себя войне, слишком занятой народ. Большинство таких, как мы с тобой, либо слишком слабы, чтобы как-то применить то, о чем я скажу, либо слишком заняты, чтобы попробовать записать это. Ни одного учебника для мага-универсала ты не найдешь. Таких просто нет. – Ратмир стоял с краю круглой комнаты с одним выходом, который сейчас был затянут полупрозрачной магической пеленой. На полу комнаты был песок, а камни стен были покрыты специальными символами.
– Разрешите вопрос, учитель? – задумчиво произнес Пест, который стоял перед ним.
– Ну?
– А как же Фауст Равновесный?
– Фауст, прежде чем уйти в целители и написать свой труд, отслужил ротным магом в гвардии его величества. За пятьдесят лет в его роте погибло всего пять воинов. Лечение – это его призвание, но прежде всего он получил специализацию войны. Все остальные, из тех, кого я знал, просто не дожили до права отставки. Еще вопросы? – Пест отрицательно покачал головой, и Ратмир продолжил: – Тогда пошли дальше. Если маг-специалист пытается сделать свои заклинания мощнее или глобальнее, защиту крепче и универсальнее, то маг-универсал всю свою жизнь пытается сделать свой набор заклинаний экономичнее. Чем меньше затрат силы на заклинание, тем больше ты их сможешь использовать. Почему?
Пест нахмурился, но спустя несколько секунд ответил:
– То потому, что маги универсальные стихией не мечены и заклинание сильное, такое, чтобы врагов не осталось, сотворить не смогут, – неуверенно произнес Пест и, немного помолчав, добавил: – Я так мыслю, что потому в полковых магах универсалов не было никогда.
– Правильно мыслишь. Полковые маги могут и дождь из огня сделать, и льдом реку покрыть. Вот только в мелких отрядах они никому не сдались. Ротный маг и лечить уметь должен, и поджечь если нужно, и глаз отвести от отряда, и мертвого поднять для допроса. Сможет такое маг полковой? – Пест в ответ отрицательно замотал головой. – Самое важное, чему ты должен научиться – это не сдохнуть в первые минуты боя. Сдохнешь – и весь отряд отправиться за тобой. В твоем случае мужики из твоего села.
Ратмир достал из-за пояса короткий кинжал треугольного сечения и с размаху вогнал его себе в грудь. Сам же он даже не поморщился, а из раны под кинжалом вытекло всего пару капель крови. Он так и стоял, продолжая читать лекцию Песту, у которого глаза округлились.
– Всем плевать, что с тобой случилось. Поймал ты стрелу, подпалили тебя артефактом или рубанули мечом. Ты должен остаться живым и выполнять свои функции до окончания боя. В идеале – до возвращения отряда в лагерь.
Кинжал в груди Ратмира очень медленно, миллиметр за миллиметром, вылезал. Оттуда капля за каплей текла мутная жидкость. Ратмир даже темпа размеренной и четкой речи не потерял. Словно так и должно быть.
– Не пялься так на кинжал! Меня слушай! То, что ты сейчас видишь – это годы тренировок и немало золота, вложенного в артефакты, которые я делал из своего тела. Тебе это не нужно. Достаточно будет, если ты не сдохнешь, когда попадешь в засаду или столкнешься с магической тварью у себя в захолустье. Для этого в первую очередь необходимо начать постоянно гонять магию жизни у себя по руслу. Чем меньше русло с твоей кровью у тебя получается наполнить магией жизни, тем сильнее регенерация… Ты знаешь, что это такое?