— Ну ты блин Лёха даешь. Мы их что, всех в рожу знаем? — Влез Строганов.
Он поднял рукав с земли и теперь упорно лепил его к драной рубашке, видимо, надеясь на чудо.
— И что? Вы на кой черт к ним полезли? — Продолжал я допрос.
— Так это вон, Серега. — Демид ткнул пальцем в Строганова. — Уходят, говорит, надо догнать. Ну мы и догнали…
В общем-то, как выяснилось из рассказа моих товарищей, с этого все и началось.
Строганов отчего-то решил, что кучка старших парней, целенаправленно топающих через парк — это «монастырские», которые вдруг стали пацифистами и решили просто прогуляться на свежем воздухе, игнорируя моих товарищей, которые в момент появления условного противника приняли соответствующий вид. По мнению Сереги и следуя его словам, вид был устрашающий, но, честно говоря, в этом я здорово сомневаюсь.
В любом случае, пацаны повелись на Серегино мнение, согласившись, что «лжемонастырские» сейчас просто прогуляются, а потом уйдут. О приставке «лже», конечно, в тот момент никто не думал, свято верят, что мой гениальный план трещит по швам.
Если компания противника смоется из парка, то как и от кого потом спасать Ромова? К тому же, судя по всему, у этой компании настроение было вполне благодушное. Потому что внешне все ее члены выглядели спокойно и даже доброжелательно. То, что условным противником оказались пацаны с Чижовки, естественно, никому в голову не пришло, потому как их в нашем парке быть не могло. Чисто теоретически.
Чижовкой звали райн, который находился на правом берегу водохранилища. Чтоб попасть в это «чудное» местечко, целиком и полностью застроенное частными домами, достаточно было просто переехать мост.
В отличие от наших взаимоотношений с «монастырскими», война с «чижовскими» была более серьёзной, а не вялотекущей. Причем, не только у нас, но и у самих «монастырских». Уровень опасности — красный. То есть ни один из парней с нашего берега, даже не с района, никогда в здравом уме не сунется на Чижовку. Впрочем, в нездравом тоже. Ибо последствия могут быть слишком тяжелые. И я сейчас не про парочку фингалов и даже не про сломанное ребро.
В ответ «чижовские» не рискнут сунуться к нам, на Левый берег. Причина та же. Да, в юном возрасте многим кадется, будто есть возможность сохраниться, как в игре, и выйти из любой жопы победителем, но вот насчет территориального раздела близлежащих районов, даже мы всегда знали — опасно.
При таком раскладе, естественно, никому из моих пацанов не пришло в голову, что эта компания почти из десяти человек может припереться с Чижовки в Авиационный парк. Если только причиной их приезда не является желание коллективной «харакири». Потому что для «чижовских» — это форменное самоубийство.
— Мы же не думали, что они тут с «монастырскими» встречались для договорённости о перемирии. — Сказал Серёга, после моего вопроса, а на хрена вообще нужно было обзывать компанию, которая тихо-мирно собиралась свалить в сторону выхода из парка. — Подумали, надо догнать. Надо спровоцировать. А то они уйдут и все. От кого мы будем Ромова спасать?
— Не «мы» Серега, а «ты». — Оборвал его Демид. — Это ты Серега начал орать:«Эй, вы куда пошли, чмошники ссаные».
— Ну так я думал, они сейчас просто остановятся, вернутся. Мы начнем всякими фразочками перекидываться. А там и Леха подтянется. Он же у нас двигатель процесса. Просто хотел их задержать.
Ну… вот так все и началось. Строганов, приняв «чижовских» за «монастырских» высказался нелицеприятно сначала о них самих, а потом слегка задел родственные отношения. В принципе подобные словесные баталии у нас с местными бывали не раз. Просто и они, и мы знали, Парк — нейтральная территория. Тут можно потрындеть, наезжая друг на друга, распушить павлиний хвост, осыпая противника обещаниями ужасного возмездия, а потом тихо свалить домой. Проблема в том, что мы знали о нейтральности парка, а «чижовские» клали на эту нейтральность мужской половой орган.
Естественно, им сильно не понравилось, что какие-то непонятные подростки обзывают их не самыми приятными слрвами. К тому же, «чижовские» в свою очередь подумали, будто «монастырские» только что с ними о перемирии договаривались, а сами специально сопляков (сопляки это мы) подослали, дабы те их материть начали. Типа, спровоцировали на драку, что явилось бы нарушением договорённости.
«Чижовские» возмутились столь непацанскому подходу. Быстро посовещавшись, они пришли к выводу, нельзя прощать подставу. Позвали мировую заключать, а сами вон что устроили. Это они так про «монастырских» подумали.
Соответственно, компания старших парней, которая по количеству голов была больше, чем компания моих товарищей, развернулась, подошла к пацанам и популярно пояснила им, что сейчас они все дружно пойдут в конец парка и там так же популярно повторно пояснят, кто чмошник, а кто ссаный.
— Ну вот тут я и понял, что-то пошло не так… — Перебил Серегин рассказ Макс. — Просто они начали говорить про какой-то концерт. Типа, была же договорённость, до концерта, и во время его, друг друга не трогать. На выходных в парке какая-то группа местная будет выступать. Мы значит, дошли до «пятака», ну а дальше ты сам знаешь.
— Знаю… — Вздохнул я и многозначительно покосился на Илюшу.
Илюша мой взгляд проигнорировал. Он был счастлив. Ему удалось принять участие в настоящей драке. Более того, по сути он и явился ее главным вдохновителем.
Дело в том, что на момент моего появления, беседа между пацанами и «чижовскими» обрела более-менее разумный вид. В том смысле, что в процессе взаимных обзываний и угроз всплыла тема с этим предстоящим концертом и непацанским поведением. Мол, «чижовские» как порядочные пришли договориться, а тут такая срань началась.
Макс первый сообразил, что-то не складывается. С хрена бы «монастырским» с кем-то договариваться о возможности спокойно прийти на выходных в «клетку» и послушать выступление местной группы. Макс сообразил, произошла ошибка и тут же направил разговор в другое русло. Начал задавать уточняющие вопросы. По сути, практически все во всем разобрались и дело оставалось за малым. Строганову надо было извиниться. Но тут…
Когда Наташка рассказывала, чем и как она может быть полезна в драке, мы оба не учли присутствия рядом Илюши. Его чрезмерную любознательность и хороший слух тоже не учли.
Более того, в чем я очень каюсь, отвлеклись от младшенького. Потому как после моих слов о том, что Деева страшный человек, Наташка решила возмутиться и парировала обвинениями в моей не благодарности. Мол, она помочь хочет, а я… Учитывая, половую принадлежность Деевой, все это сопровождалось эмоциональными вставками и накручиванием ситуации. А потом…
— Менты! — Раздался до боли знакомый Илюшин голос.
Я заткнулся. Деева тоже. Мы оба, вытаращив глаза смотрели, как мой братец, ухитрившийся тихо свалить из кустов, пока я со старостой препирался, на всех парах подбежал к «чижовским», а потом, размахнувшись, швырнул главному, который стоял чуть впереди, горсть какого-то дерьма, подобранного с земли. Видимо, Илюша основательно подготовился к нападению. Он решил использовать все методы, упомянутые Наташкой.
— Твою мать! — Возмутился пострадавший главарь.
Потому что вместе с мусором, землей и черт его еще знает чем, Илюха прихватил пару камешков, которые чётко прилетели парню в лоб. Вернее, один в лоб, а второй ровно в бровь. Слава богу, что не ниже. Иначе быть парню без глаза. Камень рассек кожу, и мгновенно по лицу ошалевшего от неожиданности бедолаги потекла кровь.
— Наших бьют! — Изумились «чижовские». Просто беседа двигалась в русло взаимного понимания, и тут вдруг такой поворот.
Ну… А дальше понеслась драка. После подобного выступления братца уже стало не очень важно все, что было сказано до него.
Естественно, я выскочил из кустов и бросился в гущу событий. Первым делом ухватил за отворот Илюшу, откинул его в сторону, пообещав, если он хотя, бы высунет нос из кустов, убью его самым зверским способом. Времени на уточнения, каким именно будет этот способ не нашлось, поэтому в довесок я еще сделал максимально злое лицо.
Естественно, как всегда и бывает, через минуту драка уже напоминала побоище. Честно говоря, не знаю, чем бы все это закончилось. Скорее всего, итог вышел бы печальным. Все-таки, как ни крути, а противник был взрослее и сильнее нас. Численный перевес опять же. Но очень внезапно из-за деревьев появился Толкач с его дружками.
Надо отдать должное, в случае, когда третья сторона совершенно хамским образом мутузит «ваёвских» на территории парка, Толкач безучастным остаться не мог. Поэтому и численный перевес, и сила оказались на нашей стороне. «Чижовские» позорно бежали.
Еще, конечно, сыграло немаловажную роль появление милиции. Думаю, их позвал кто-то из гуляющих в парке. Мы находились, конечно, в самом дальнем его углу, но свидетели у нашего побоища, точно нашлись.
Лично с сотрудниками органов мы предпочли не встречаться. Едва только послышались крики и свистки, дружно рванули врассыпную. Я, естественно, прихватил с собой Илюшу и Дееву. Первого по причине родственных связей и мучительной смерти от материнских рук в случае, если с младшим что-то случится, вторую… Черт его знает. Наверное, потому что девочка.
Сбежать успели не все. Я заметил, что Толкач, парочка его товарищей и несколько человек из «чижовских» оказались в руках закона. То есть, их загребли те самые менты, которых пророчил Илюша.
— Сейчас они там поговорят между собой, выяснится, с чего все началось, и нам мандец от всех сразу. — Грустно подытожил Ермак. — Мы, получается, своим вмешательством сорвали их договоренности.
Я снова хмуро покосился на Дееву и на Илюшу. Они оба скромно сидели чуть в сторонке. Судя по внешнему виду девчонки, она все-таки успела принять участие в драке. Скорее всего не прямое, конечно. Такого еще не случалось, чтоб отличницы и старосты класса наравне с пацанами морду били врагу. Но руки у неё были грязные, в волосах запутались трава и мусор. Видимо, Наташка закидывала соперника метательными снарядами.