— Вечер перестает быть томным. — Еще шире разулыбался я. Меня просто сложившаяся ситуация начала изрядно веселить. — Все по классике? Сидите, примус починяете? Ну, извините. У нас с Деевой — рейд.
— Какой рейд? — Занервничал сзади Ромов.
— Да ты пройди уже! Чего раскорячился на пути!
Это Наташка психанула. Ей, видимо, надоело торчать в коридоре, крайней в очереди. Отличница, блин.
Я небрежно пожал плечами, мол, ну если просите… А затем «летящей» походкой, вразвалочку, прошел к свободному креслу.
Комната Ромова была достаточно просторной, к счастью. Например, в нашей с Илюшей спальне такое количество гостей точно будет чувствовать себя дискомфортно. У нас — кровать, кровать, шкаф. Все. Пространство закончилось.
У Ромова же в наличие имелись учебный стол, тахта, два кресла, сервант с книгами, огромная магнитола, похожая на тумбу, и при этом можно было спокойно устраивать танцы.
— Рейд, да. — Невозмутимо продолжил я, устраиваясь поудобнее. — Наташка у нас кто? Правильно! Староста. Ей поручили узнать, как чувствуют себя ученики, требующие особого внимания. Например, новенький. Вот он меня и попросила составить ей компанию. Так сказать, проявить товарищескую сознательность.
— Я попросила⁈ — Спросила возмущенно Деева.
Она, как и Ромов, уже оказалась в комнате и теперь стояла напротив, испепеляя меня взглядом. Моя версия ей явно не пришлась по душе.
— Конечно! — Я выразительно посмотрел на девчонку. — А иначе зачем ты нам приходить к Никите?
Наташка помолчала секунду, соображая, что я исполняю, а потом, наконец, поняла. Естественно, Рыковой не нужно знать настоящую причину нашего появления. Эта информация — только для Ромовых. Ленка далеко не тот человек, который умеет хранить секреты. Если она узнает про чекистов, информация уже завтра будет гулять по школе.
— Да. — Староста с важным видом кивнула, затем прошла ко второму креслу и плюхнулась в него. — Рейд. Классная поручила. А я, знаете, в последнее время, еще и Петрова на поруки взяла. Помните, когда его мячом по башке ударили? Он и раньше у нас не особо сообразительный был. Теперь вообще… Приходится постоянно приглядывать.
Рыкова хмыкнула, но при этом чисто внешне стала выглядеть спокойнее. Она не особо нам поверила насчет рейда, но с другой стороны, если бы Деева пришла одна — сразу понятно. Ей нужен Ромов. А тут — я. Вот факт моего присутствия Ленку слегка успокаивал. В Тулу никто со своим самоваром не ездит. Значит, причина не в личном интересе.
— Очень странно… — Протянул задумчиво Никита. — Ну… Ладно. Что ж…
Он покрутил головой, соображая, када же ему пристроится. Мы с Наташкой заняли оба кресла. Ленка развалилась за столом. Вариантов осталось немного.
Ромов подошёл к тахте и уселся на краешек.
— Вот. — Он развёл руками. — Все хорошо, как видите.
Тут я с новеньким категорически был не согласен. Ни черта не хорошо. Мало того Деева — лишний элемент. Так еще теперь и Рыкова тоже впёрлась. И каким тогда образом мне поговорить с Никитой?
В этот момент в коридоре хлопнула входная дверь. Не иначе, как высшие силы решили помочь в моём нелёгком деле.
— Сын! Я дома!
Голос был мужской, узнаваемый. Ну и вряд ли кто-то левый будет называть Никиту сыном. Значит, вернулся с работы Ромов-старший.
— Пап, я тут! — Крикнул Никита в сторону прихожей.
Буквально через пару секунду в спальню заглянул главный инженер завода. Судя по уставшему виду, денек у него выдался тяжёленький. Ну ничего. Все познаётся в сравнении. Скоро он узнает, что жизнь еще тяжелее.
— О… Ты с друзьями? Хорошо, не буду мешать. — Ромов-старший окинул всю нашу компанию внимательным взглядом. — Ты хоть чаем ребят напои. Чего ж вы сидите без чая. Там — печенье есть, конфеты.
Что интересно, этот взгляд дольше всего задержался на Деевой. Я бы сказал, Наташкиному присутствию отец Никиты был совсем не рад. Более того, оно напрягло Ромова-старшего. Но он тщательно постарался скрыть это.
Впрочем, Наташка тоже повела себя немного странно. Она вдруг резко отвернулась к окну, словно что-то там увидела. Однако могу дать руку на отсечение, дело вовсе не в крайне активной жизни птичек за стеклом. Девчонка просто не захотела встречаться глазами с товарищем инженером.
Вот тогда-то я и вспомнил ситуацию, которая меня насторожила во время прослушивания, когда мы «звёздно» выступили перед директрисой. Реакция у Наташки в тот день была крайне загадочная. Она словно приведение увидела, когда разглядела в зрительном зале гостя.
А теперь, наблюдая со стороны, как один внимательно пялится, а вторая делает вид, словно на улице происходит нечто гораздо более интересное, я убедился на сто процентов, они друг друга знают. Не лично. Вот это как раз и цепляет сильнее всего. Нет здесь в пошлом факта открытого знакомства, когда лицо в лицо. Однако при этом Наташка обладает какой-то информацией о Ромове-старшем, а Ромов-старший, в свою очередь, в курсе каких-то деталей, связанных с Деевой.
— Действительно, Никит. — Поддакнул я, — Чай — это прекрасная идея. И староста наша тебе поможет. Да, Наташ? Старосты они такие, всегда, всем помогают.
Деева посмотрела на меня так, будто я предложил ей отправиться в пасть крокодила.
— А, да! Конечно! — Ромов вскочил с тахты. — Идём? Поможешь стол накрыть.
— И я помогу! — Рыкова одним прыжком стартанула со стула, на котором сидела, в сторону двери.
Ее активное рвение даже Ромова-старшего впечатлило. Он непроизвольно отшатнулся назад.
— Хорошо, ребят. Не буду вам мешать. — Высказался главный инженер завода, а потом действительно исчез из поля зрения.
В общем-то, страстное желание Рыковой сторожить объект своей любви, было мне только на руку. Потому что в итоге и Никита, и Наташка, и Ленка ушли в кухню, оставив меня одного.
— Вот и чудно́… — Тихо пробормотал я, встал с кресла и вышел в коридор, отправившись на поиски Ромова-старшего.
Мне точно есть о чем с ним поговорить. И дело не только в чекистах.
Глава 18
Стараясь не привлекать внимания «друзей», которые активно принялись накрывать в кухне стол, я тихонечко, на носочках выбрался из комнаты и отправился на поиски товарища инженера. Хотя, думаю в данный момент даже если в квартиру Ромовых со всей дури вхреначится астероид, Рыкова и Никита его тосно не заметят. Они оба максимально заняты чрезвычайно «важными» вещами.
Ленка, судя по ее громким высказываниям, делала все, чтоб отвлечь объект своей юношеской страсти от Деевой.
— Ну кто так заваривает⁈ Кто так заваривает, Наташа? Сначала кипяточком нужно ошпарить заварник. Вот так. Да, Никита? Потом насыпаем чай, наливаем на одну треть воды…– Громко, уверено трындела Рыкова, желая блеснуть глубиной знаний о чайных церемониях. Уж не знаю, откуда у нее взялась уверенность, будто эти знания поразят воображение Ромова.
Я слышал Ленкин голос даже из-за прикрытой кухонной двери. Ей ужасно, просто до одури, хотелось показаться на фоне старосты более умной, более интересной.
Конечно, Рыкова не дура и прекрасно видит, как Никита все время пялится на Дееву. У него на физиономии все написано. Сразу понятно, новенький имеет сильный интерес к персоне старосты.
Тем более женщины, в каком бы они возрасте не были, нутром чуют соперницу. Это мы, мужики, — аля-улю, гони гусей. По крайней мере во всех игрищах, связанных с ревностью, точно. В морду дать — пожалуйста. А строить хитрые планы уровня Макиавелли — тут нам любая девчонка форы даст.
Не смотря на активные усилия Рыковой, Ромов оставался к ее стараниям глух и нем. Эффект получался обратный. Он, вместо того, чтоб переключиться на Ленку, настойчиво проявлял знаки внимания к Наташке.
— Что такое? Обожглась? Давай, вот… Водичка холодная. Наташа, давай под струю.
Я замер в коридоре, прислушиваясь к взволнованному голосу Никиты. Что там у них случилось? Открытое противостояние с нанесением легких телесных повреждений? Хотя, не удивлюсь. Рыкова так злится, что иной раз кажется, вот эти случаи, в которых обиженная дамочка покалечила ненавистную соперницу — наша история.
Тем более сейчас, когда двум отличницам предстоит борьба не только за сердце Ромова, но и за должность старосты. Я, кстати, на фоне всех перипетий забыл о принятом классухой решении. Мне кажется, сама Наташка даже не помнит, что учавствует в соревновании. А вот Рыкова точно не забыла.
— Я не обожглась. Все хорошо. Не надо холодного… И мазь тоже не надо… — Терпеливо ответила Деева.
Пока терпеливо. Хотя, я услышал в ее голосе глухое, медленно набирающее обороты раздражение. Девчонку излишнее внимание новенького словно подбешивает. Честно говоря, в этот момент даже стало немного приятно. Уже вполне очевидная реакция. Я сам, как дурак, теперь вроде влюблен. Черт знает что…
В общем троице увлеченных друг другом подростков точно было не до меня. Соответственно, я спокойно мог пройтись по квартире, осторожно заглядывая в комнаты. Тем более, их, этих комнат, у Ромовых чего-то до хрена. А говорят, плохо жили мы… Ну смотря кто, смотря кто…
На самом деле, наверное, только Деева сейчас реально оценивает ситуацию, поэтому терпеливо переносит общество Никиты и Рыковой. Староста поняла, я специально завел разговор про этот чай, поддержав предложение отца Никиты, дабы Рыкова поскакала вслед за обожаемым Ромовым. Соответственно, у меня появилась возможность поговорить с главным инженером завода наедине, без лишних свидетелей. А Никита…Думаю, благодарность со стороны его отца будет весомым аргументом.
Проверив все комнаты, я, наконец, нашел товарища инженера в зале. Там, где в прошлый раз увидел фото молодых родителей. Ромов-старший замер возле одного из шкафов, пялясь в невидимую точку. Естественно, это не приступ внезапного кретинизма с его стороны приключился. Он просто что-то очень внимательно рассматривал. И мне кажется, я знаю, что именно. Шкаф был тот самый.
Я осторожно, практически бесшумно, словно вор-домушник протиснулся в приоткрытую дверь. Старался делать это максимально тихо, чтоб товарищ инженер раньше времени не заметил моего появления. Естественно, тоже не просто так. Хотел кое в чем убедиться.