СУМКА, ОТКРОЙСЯ!Пьеса для театра кукол в двух действиях, девяти картинах, по мотивам венгерских народных сказок
М е т е л ь щ и к.
Ю́ л и ш к а }
М а́ р и к а } — его дочери.
Л а в о ч н и к, их сосед.
П о р т н о й.
С а п о ж н и к.
С т а р у ш к а-в о л ш е б н и ц а.
М а л ы ш — осел.
П е с.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Улица. Дом Метельщика. Дворик с цветами. Ю л и ш к а выходит из двери дома с лейкой в руках и начинает поливать цветы напевая.
Музыка.
Ю л и ш к а.
Жить не скучно и не трудно,
Если дело есть в руках.
Встану с солнцем, ранним утром,
Вместе с пеньем петуха!
Лишь была б у нас работа,
Будет ужин и обед.
Лишь к труду была б охота, —
Проживем хоть до ста лет!
Пока хватает сил, — трудись!
Пока ты молод, — веселись!
Не терпят горе и нужда
Веселых песен и труда!
Слышен крик осла.
Ю л и ш к а (глядя в сторону забора). Оте-ец!
Г о л о с М е т е л ь щ и к а. Ого-о! Он самый! (Появляется за забором, ведя осла, нагруженного связками прутьев и ветвей.) А ты кого ждала?
Ю л и ш к а. Только тебя, батюшка, и нашего ослика… О, да ты с целым ворохом прутьев! Вы обобрали нынче весь лес!
М е т е л ь щ и к. Куда там… Самую малость, не больше сотни березок… Принимай скорее. (Снимает с осла связки прутьев и через забор передает их Юлишке.)
Ю л и ш к а (принимая от отца сначала одну связку, потом другую, складывает их около колодца). Давай скорее, и мы сразу сядем за работу. (Обращаясь к ослику.) Малыш, как ты свез такую гору товара?
М е т е л ь щ и к. Товаром это станет, только выйдя из наших рук. А материала тут хватит на неделю работы…
Ю л и ш к а. А если бы каждый день привозить по стольку, — мы через месяц выплатили бы лавочнику весь долг! Правда, Малыш? (Гладит ослика, он кричит.)
Метельщик отводит осла за сцену.
Отдыхай! Поспи! (Возвращается к прутьям.) А ну, отец! Давай наперегонки! Кто больше метел свяжет до обеда? (Садится за работу.)
М е т е л ь щ и к (входит из-за кулисы). Быстра ты на руку, что и говорить. Смотри только, чтобы метлы твои не рассыпались так же скоро, как ты их вяжешь.
Ю л и ш к а. Батюшка!.. Вот увидишь — они будут крепче твоих!
М е т е л ь щ и к. Не то они окажутся розгами на моей спине, в руках наших покупателей… А? (Садится за работу.)
Ю л и ш к а. Не будет этого (целует его) никогда в жизни! (Снова вяжет и поет.)
Пока хватает сил, — трудись!
Пока ты молод, — веселись!
Не терпят горе и нужда
Веселых песен и труда!
М е т е л ь щ и к. Юлишка! А где же твоя сестра?
Ю л и ш к а. Марика? Она ушла…
М е т е л ь щ и к. Сдается мне — ее никогда не бывает дома, когда мы садимся за работу.
Ю л и ш к а. Случайно, батюшка!
М е т е л ь щ и к. Что я, собственной дочки не знаю? Случайно… С детства она от работы бегала, а теперь, как выросла, — одни наряды в голове.
Ю л и ш к а. Всякой девушке хочется нарядиться, отец, а красивой — особенно.
М е т е л ь щ и к. Красивой?.. Скажи лучше — ленивой.
Ю л и ш к а. Вот подожди, отец: Марика станет хорошей, когда выйдет замуж.
М е т е л ь щ и к. Э-э… Куда хватила! А что тогда нам проку в ней? Да и замуж отдавать стыдно такую упрямую лентяйку.
На улице за забором появляются Л а в о ч н и к с П о р т н ы м. Они останавливаются и смотрят на работу Метельщика.
П о р т н о й. Здравствуй, старина! И Юлишка, здравствуй!
М е т е л ь щ и к. Здравствуйте…
Ю л и ш к а. С добрым утром, соседи!
П о р т н о й. Прекрасное утро, в самом деле, прекрасное! Верно я говорю?
Ю л и ш к а. Конечно.
П о р т н о й. Да… И у тебя, знаешь, прекрасные цветы, Юлишка!
Ю л и ш к а. Конечно… Хотите зайти в наш сад?
П о р т н о й. Обязательно… с удовольствием… Верно я говорю, сосед?
Л а в о ч н и к. Зайдем, зайдем к соседу…
Портной и Лавочник входят из-за кулисы справа.
П о р т н о й. Прекрасные цветы у вас растут… Да… И прекрасные дочки тоже растут у соседа. А? Верно я говорю?
М е т е л ь щ и к. Уж это, как на чей вкус…
П о р т н о й. Что там говорить, прекрасные!.. И, верно, прекрасных нашли себе женихов, а?
М е т е л ь щ и к. Не знаю… Пока никто еще не сватался.
П о р т н о й. Полно скрытничать, старина! Уж от кого другого, а от портного такого дела не спрячешь! Верно я говорю, сосед?
Л а в о ч н и к. Хе-хе-хе…
П о р т н о й. Кому же, как не мне, заказывают приданое, а?
М е т е л ь щ и к. Какое там, к шуту, приданое!
П о р т н о й. Прекрасное приданое… Да… Прекрасное платье для Марики уже готово…
Ю л и ш к а. Для Марики?
М е т е л ь щ и к. Платье?
П о р т н о й. Знаешь что! Довольно шуток. Попросту выкладывай мне деньги за платье, которое я сшил по заказу твоей Марики.
М е т е л ь щ и к. Вот так здорово!
Ю л и ш к а. Марика ничего не говорила отцу…
С а п о ж н и к появляется у забора.
П о р т н о й. Говорила или нет, меня это мало касается. Платье я шил для Марики…
С а п о ж н и к. Вот, вот, вот… Такой разговор для меня в самый раз… Сапожки я тоже шил для Марики…
М е т е л ь щ и к. Еще недоставало!
С а п о ж н и к. А как же? Сапожки готовы, уже три дня стоят на полке…
Ю л и ш к а. Войдите, пожалуйста, к нам!
С а п о ж н и к (входит из-за кулисы). А я не получил еще ни гроша за работу.
М е т е л ь щ и к. Рассудите же: чем мне платить…
Ю л и ш к а. У отца совсем нет денег…
П о р т н о й. А мне что до того?
С а п о ж н и к (раздраженно). Зачем же тогда заказывать?
Ю л и ш к а. Соседи, отец, не надо так кричать! Пожалуйста, войдите в дом!
П о р т н о й. Что касается меня, так мне безразлично, где получить свои деньги.
С а п о ж н и к. В самом деле, — в саду или в доме, лишь бы их получить!
П о р т н о й. Мы же их заработали оба: и портной и сапожник. Верно я говорю?
М е т е л ь щ и к. Идемте, идемте, соседи, поговорим в доме.
Все трое уходят в дом.
Л а в о ч н и к (присаживаясь к колодцу). Ты, однако, стыдишься своей бедности, Юлишка?
Ю л и ш к а. Мне жалко отца.
Л а в о ч н и к. Не знаю… что это Портному и Сапожнику вдруг так приспичило?
Ю л и ш к а. Может быть, они согласятся подождать.
Л а в о ч н и к. Я бы, к примеру, разумеется, согласился. Мне твой отец гораздо больше должен, а я жду терпеливо и молчу!
Ю л и ш к а. Еще бы! Чем дольше вы будете ждать, тем больше получите! Проценты прибавляются с каждым днем, и наш долг все растет!
Л а в о ч н и к. А ты хотела бы, чтоб я даром помогал твоему отцу? Ищи дурака!
М е т е л ь щ и к (выходит из дому, за ним Портной и Сапожник). Юлишка! Прощайся с ослом, — веди его сюда.
Ю л и ш к а. Зачем, батюшка?
М е т е л ь щ и к. Отдадим его Портному и Сапожнику — в покрытие долга.
Ю л и ш к а. Нашего Малыша?
М е т е л ь щ и к. Что еще остается? Денег у меня нет, а ждать они не согласны. (Уходит за кулисы.)
Ю л и ш к а. Но ведь без него мы не сможем работать, отец!
Л а в о ч н и к. Не хнычь, Юлишка! Так и быть, — можешь поблагодарить меня, — я одолжу вам свою лошадь для перевозки метел.
Ю л и ш к а. Вашу лошадь?
Л а в о ч н и к. Свою лошадь, да. О цене мы с твоим отцом как-нибудь сговоримся!
М е т е л ь щ и к (выводит осла). Ну, нет! Довольно с меня этих одолжений, за которые потом с нас последнюю шкуру дерут!
Л а в о ч н и к. Олух неблагодарный! Увидишь, без меня тебе все равно не обойтись…
М е т е л ь щ и к. Премного благодарен! Я и так из твоей петли не чаю, как выбраться!
Осел упирается. Метельщик пробует передать его Портному, — осел не идет. Сапожник помогает, Лавочник подталкивает осла сзади.
Л а в о ч н и к. Старый упрямец, — не лучше своего хозяина…
Ю л и ш к а. Только не бейте его! Малыш, идем, идем со мной.
Юлишка выводит его за противоположную кулису, но осел успевает сильно лягнуть Лавочника, тот летит кувырком. Портной и Сапожник уходят вслед за Юлишкой и ослом. Осел кричит. Ю л и ш к а возвращается.
Л а в о ч н и к (встает, потирая спину, садится у колодца). Скоты! Что осел, что хозяин — одной породы…
М а р и к а появляется у забора.
Ю л и ш к а. Вот и Марика пришла, батюшка!
М е т е л ь щ и к (разбирая свои метлы). Во-время являешься, дочка!
М а р и к а (входит из-за кулисы). А что?
М е т е л ь щ и к. А ты не видела, что Портной и Сапожник повели осла?
М а р и к а. Видала…
Ю л и ш к а. А ты не узнала нашего Малыша?
М а р и к а. Это ты с ним в подружках, а по мне все ослы на одно лицо!
М е т е л ь щ и к. А ты не догадываешься, что его взяли у нас по твоей милости?
М а р и к а. Как это?
М е т е л ь щ и к. Не ты ли заказывала себе платье и сапожки?
М а р и к а. Я. Пришлось самой этим заняться, если ты обо мне не заботишься.
М е т е л ь щ и к. Я не забочусь?
М а р и к а. Конечно! Нужно мне в чем-нибудь ходить, ты видишь, на мне все износилось. (Показывает на сапожки.)
М е т е л ь щ и к (машет рукой). А-а… Мать покойная с тобой билась, — сделать ничего не могла; где уж мне справиться!
Л а в о ч н и к. А знаешь, сосед… нужно тебе правду сказать: ведь ты о дочерях совсем не печешься.
М е т е л ь щ и к. О ком же я пекусь, если не о них?
Л а в о ч н и к. Уж не знаю… только Марика права. Нельзя же ей в драных башмаках ходить!
М а р и к а. Видишь, отец! Соседям, и то больше дела до меня, чем тебе!
М е т е л ь щ и к. Замолчи!
Марика уходит в дом.
Л а в о ч н и к. А Юлишка твоя просто босиком бегает!
Ю л и ш к а. Мне очень хорошо босиком!
Л а в о ч н и к. Не суйся не в свое дело… Я вам же добра желаю. Надо когда-нибудь встряхнуть мозги твоему старику.
М е т е л ь щ и к. Как ты смеешь?!
Л а в о ч н и к. Твоих же девчонок жалея, говорю. Постыдился бы! Ты что, из них таких же метельщиц готовишь, как сам?
М е т е л ь щ и к. А если бы и так?.. Честный труд!
Л а в о ч н и к. Ха-ха-ха! Какая там честь, коли нечего есть! Взглянул бы вокруг, — как добрые люди живут. Возьми хоть меня: что я, метельщик, что ли?
М е т е л ь щ и к. Известное дело, лавочник не станет метелки вязать…
Л а в о ч н и к. Вот то-то! А у меня в семье никто босиком не ходит.
М е т е л ь щ и к. Да как у тебя совести хватает? Из-за кого же мы терпим нужду, как не из-за тебя!
Л а в о ч н и к. Та-та-та! Из-за меня нужду? Я же тебе во всем помогаю, ты же мне кругом должен, — а еще дерзишь!
М е т е л ь щ и к (подымаясь в злобе). Знаешь, что… Помолчи лучше, пока я тебя не вышвырнул через забор.
Л а в о ч н и к. Через забор?.. Обормот… Нищий… (Пятится и уходит за кулису, потом появляется за набором и оттуда грозит кулаком.) Подожди ж ты у меня… я долго терпел, но теперь!.. К судье иду немедленно! Так и знай! Научишься, как со мной разговаривать!
Метельщик садится на приступке колодца, в отчаянии обхватив голову руками.
Ю л и ш к а. Батюшка, батюшка! (Обнимает и гладит его.) Ну, полно же, не горюй!
М е т е л ь щ и к. Как же не горевать, дочка! Судья — это ведь не свой брат-сосед, с ним не сторгуешься.
Ю л и ш к а. Э-э, батюшка, голову не вешай! До суда нам еще сколько времени остается!
М е т е л ь щ и к. Сколько бы ни было, а все равно расплачиваться нечем!
Ю л и ш к а. А вот подожди, отец. Пойду-ка я, попытаю счастья. Авось к кому-нибудь наймусь, да и заработаю. (Целует его, идет к забору и скрывается за кулисой.)
М е т е л ь щ и к (идя за нею следом до забора). Куда ж ты идешь, Юлишка?
Ю л и ш к а (пробегая за забором). Куда глаза глядят, не пропаду.
З а н а в е с.
Слышится песенка, напеваемая Юлишкой, и жалобное повизгивание собаки. Из-за закрытого занавеса появляется Ю л и ш к а, за нею идет П е с.
Ю л и ш к а. Песик… Откуда ты взялся, голубчик?
П е с (трется о ноги Юлишки и подымается на задних лапах).
Ю л и ш к а (гладя его). Я давно уже слышу — кто-то скулит… Ты заблудился в лесу?
П е с (ласкается к Юлишке).
Ю л и ш к а. Ты ласковый песик. Тебе скучно одному? Где твой хозяин?
П е с (прыгает вокруг Юлишки с поднятой лапой).
Ю л и ш к а. Ты хромаешь? Что у тебя с лапой?
П е с (протягивает лапу и скулит).
Ю л и ш к а. Болит? Порезал? Покажи мне!
П е с (кладет лапу на колени севшей на грядку Юлишки).
Ю л и ш к а. Бедняжка! Ты всадил себе большую занозу! Стой-ка… (Поглаживая пса.) Я сейчас вытащу… Подожди…
П е с (скулит).
Ю л и ш к а. Вот она! Смотри, огромный шил! Немудрено, что ты не мог ступать.
П е с (виляет хвостом и трется о колени Юлишки).
Ю л и ш к а. Ты доволен? Тебе уже легче?
П е с (радостно повизгивает).
Ю л и ш к а. Ты рад, благодаришь меня, дружок?
П е с (лижет свою лапу, лижет руки Юлишки и норовит лизнуть ее в лицо).
Ю л и ш к а. Довольно. Ты повалишь меня!
П е с (тянет Юлишку за платье).
Ю л и ш к а. Подожди, песик. Я устала. Я почти целый день иду, а до города еще далеко. Придется мне ночевать в лесу.
П е с (отбегает и возвращается, лает).
Ю л и ш к а. Ты не уходи, дружок! Мне без тебя будет страшно!
П е с (хватает Юлишку за платье и тянет ее).
Ю л и ш к а. Ты, может быть, хочешь показать мне удобное место для ночлега?
П е с (лает и скачет, доволен).
Ю л и ш к а (встает). Ну, идем, идем… Я послушаюсь тебя.
Юлишка и Пес уходят за занавес.
З а н а в е с о т к р ы в а е т с я.
Комната в доме Старушки. За сценой радостный лай. С т а р у ш к а выходит из-за занавески, прикрывающей нишу, я выглядывает в окно.
С т а р у ш к а. Дружок, ты? Где ты пропадал? Что такое? Кто здесь? А, гостью ко мне привел? Откуда?
Ю л и ш к а (появляясь в окне). Здравствуйте.
С т а р у ш к а. А кто ты такая?
Ю л и ш к а. Я дочь метельщика. Меня зовут Юлишкой…
С т а р у ш к а. А зачем ты оказалась в лесу в такой поздний час, одна?..
Ю л и ш к а. Я шла в город.
С т а р у ш к а. Ну-ка, входи ко мне и расскажи все по порядку.
Юлишка входит в комнату.
С т а р у ш к а. Так ты говоришь, — идешь в город?
Ю л и ш к а. Да. Но я не успела до ночи…
С т а р у ш к а. Так… И не боялась итти одна?
Ю л и ш к а. Я испугалась, когда начало темнеть. Но тут я встретила вашу собачку.
С т а р у ш к а. Ее зовут Дружок. Хороший пес.
Ю л и ш к а. Очень хороший. Он привел меня к вам.
С т а р у ш к а. Дружок сделал то, что нужно. Я думаю, ты хочешь поесть, Юлишка?
Ю л и ш к а. Спасибо. Я не голодна.
С т а р у ш к а. Мне кажется, ты говоришь неправду. Зачем?
Ю л и ш к а. Простите… Но я думаю, не во всяком доме найдется, чем накормить чужую девушку…
С т а р у ш к а. Может быть, ты права. Но здесь можешь не бояться. Я живу одна, и мне с излишком хватает. Загляни-ка в печь, что там есть, и садись ужинать.
Ю л и ш к а. Спасибо. (Достает из печки миску.) Вы тоже будете ужинать?
С т а р у ш к а. Нет. Я уже ела. И мне еще нужно поставить тесто прежде, чем ложиться спать.
Ю л и ш к а (хочет поставить миску обратно в печь). Позвольте, я помогу вам!
С т а р у ш к а. Садись и ешь. А дальше посмотрим.
Ю л и ш к а. Спасибо. (Подходит к сундучку, присаживается, пьет.) Какой вкусный кисель!
С т а р у ш к а (снимает с квашни прикрывающую ее тряпочку и заглядывает в квашню). Твоя семья, должно быть, небогата, Юлишка?
Ю л и ш к а. О да! Отцу мало удается заработать своими метлами, а с тех пор, как у нас взяли осла…
С т а р у ш к а. Кто ж у вас взял осла?
Ю л и ш к а. Соседи, они забрали его за долги.
С т а р у ш к а. Так-так…
Ю л и ш к а (вскакивая). Пожалуйста, дайте мне замесить тесто. Вам трудно самой, а я, право, сумею справиться с этим.
С т а р у ш к а. Ну-ка, я посмотрю. Имей в виду я люблю, чтоб тесто было хорошо вымешано, иначе оно не подходит.
Ю л и ш к а. Я постараюсь… (Взбивает тесто в квашне.)
С т а р у ш к а (стоя рядом с ней). Так… Значит в город ты шла не для того, чтоб купить себе новое платье или сапожки?
Ю л и ш к а (смеется). Нет, что вы! Я иду в город наняться на работу.
С т а р у ш к а. Мне думается, ты еще мала, чтоб батрачить.
Ю л и ш к а. Мне четырнадцать лет, и я сильная. Мне непременно нужно помочь отцу.
С т а р у ш к а. Так, так… Ты прекрасно замесила тесто. Теперь закрой квашню аккуратненько тряпочкой. К утру тесто подойдет.
Ю л и ш к а (делает все, что ей велит старушка). У вас совсем пустое ведро. Можно, я принесу воды?
С т а р у ш к а. А ты не боишься темноты?
Ю л и ш к а. Нет! Дружок проводит меня до колодца. (Уходит.)
С т а р у ш к а. Так… так-так… Мне нравится эта девушка. Я думаю, ей нужно помочь.
Ю л и ш к а (возвращается с полным ведром). Колодезь оказался совсем близко.
С т а р у ш к а. Да. Но ты не доела свой ужин. Он остынет.
Ю л и ш к а. Спасибо. Успею… Можно я приготовлю вам постель? Уже поздно.
С т а р у ш к а. Но я люблю, чтоб перины у меня были очень хорошо взбиты, Юлишка. Попробуй, если тебе не лень.
Ю л и ш к а. Я еще никогда не видала таких чудесных перин и подушек. Одно удовольствие их взбивать. (Готовит постель.)
С т а р у ш к а. Так-так… За мной давно уже никто не ухаживал так, как ты, девочка. Спасибо тебе.
Ю л и ш к а. Теперь ложитесь.
Старушка ложится в постель.
Спите спокойно. Часы, наверно, нужно завести… Можно я это сделаю?
С т а р у ш к а. Заведи. А то как бы нам не проспать завтра.
Ю л и ш к а (заводит часы на стене). Дома мне давно уж не приходилось заводить часов!
С т а р у ш к а. Не унывай, Юлишка! Все придет своим порядком. Будут и у вас в доме часы с кукушкой.
Ю л и ш к а (ложится спать на сундуке). Спокойной ночи!
С т а р у ш к а. Спи спокойно, Юлишка!
Музыка. Тихо закрывается занавес. Через некоторое время слышится кукование кукушки.
З а н а в е с о т к р ы в а е т с я.
Постель Старушки смята, но ее самой нет дома. Ю л и ш к а спит на сундуке, около нее Д р у ж о к. Из-за окна слышно, как еще раз кукует в лесу кукушка, ей вторит кукушка часов — шесть раз.
Ю л и ш к а (просыпается). Шесть часов… (Вскакивает.) С добрым утром, Дружок! Смотри, солнышко давно встало, а ты меня не будишь!
П е с (ласкается и радостно прыгает вокруг).
Ю л и ш к а. Дружок… Хозяйки уже нет дома?
П е с (утвердительно лает).
Ю л и ш к а. Стыдно мне вставать позже ее… Ай, ай, ай…
П е с (прыгает вокруг квашни и заглядывает в нее).
Ю л и ш к а. Пора уж печь хлеб, Дружок. Тесто подходит. Нужно затопить печь.
П е с (выскакивает из дому и возвращается с вязанкой дров).
Ю л и ш к а (заглянув в печь). У-у! Сколько золы! (Выгребает золу, затапливает печь, напевая.)
Жить не скучно и не трудно,
Если дело есть в руках.
Встану с солнцем, свежим утром,
Вместе с пеньем петуха!
В окно слышно пенье петуха.
Ю л и ш к а (подходит к окну). А, ты уже здесь и со всем семейством! Дружок, нужно покормить кур!
П е с (суетится около печки).
Юлишка берет горшок, сыплет за окно корм птицам. Слышно клохтанье кур: «Кооо-ко-ко-ко-ко».
Ю л и ш к а (поет).
Лишь была б у нас работа,
Будет ужин и обед.
Лишь к труду была б охота, —
Проживем хоть до ста лет!
Теперь займемся хлебом… (Достает тесто из квашни, несет его к печи, сажает внутрь.)
Пока хватает сил, трудись!
Пока ты молод, — веселись!
Не терпят горе и нужда
Веселых песен и труда!
Постель-то еще не убрана! (Начинает стелить постель.)
С т а р у ш к а (входит в дверь. У нее в руке сумка). Здравствуй, Юлишка! Как ты провела время без меня?
Ю л и ш к а. Прекрасно! Мы с Дружком не скучали. Но солнце уже высоко, а я не успела еще сварить обед и хорошо б еще постирать.
С т а р у ш к а. Всего не переделаешь. Спасибо и на том. Хоть и грустно мне с тобой расставаться, а придется отпустить. Ты, наверное, уже соскучилась по отцу?
Ю л и ш к а. О да! Как подумаешь, — мне кажется, что я уже давным-давно ушла из дому.
С т а р у ш к а. Так оно и есть. Ты уже месяц живешь у меня, Юлишка.
Ю л и ш к а. Месяц? Не может быть… Разве не вчера Дружок привел меня к вам?
С т а р у ш к а. Ты ни минуты не сидела сложа руки, девочка. А за работой время летит незаметно.
Ю л и ш к а. Целый месяц? Но что ж там делают без меня отец и Марика? И с чем я вернусь к ним? Я ничего не успела заработать для них!
С т а р у ш к а. Не беспокойся. Ты заработала, и не мало. Я заплачу тебе.
Ю л и ш к а. Как можно! Вы приютили меня, я обязана вам благодарностью…
С т а р у ш к а. Полно, Юлишка. Своей старательностью, работой и лаской ты заслужила награду. Я отплачу тебе, чем могу. Держи эту сумку. Она пригодится тебе. Всякий раз, как ты почувствуешь нужду в чем-нибудь, тебе стоит только произнести слова: «Сумка, откройся!» — и ты сейчас же получишь то, что тебе нужно.
Ю л и ш к а. Как мне благодарить вас? (Берет сумку и кланяется Старушке.)
С т а р у ш к а (кладет руку на голову Юлишки). Будь всегда трудолюбивой и доброй, какой была у меня. Больше ничего не нужно. (Целует Юлишку.) Теперь иди к отцу, он заждался тебя. И помни: сумка будет верно служить тебе всякий раз, когда ты будешь просить у нее то, что тебе действительно нужно. Но если ты потребуешь у нее что-нибудь лишнее, сумка потеряет свою силу, и ты останешься ни с чем.
Ю л и ш к а. Я никогда не забуду вас и вашего наказа. Спасибо! (Идет к двери.)
С т а р у ш к а. Прощай, Юлишка!
Ю л и ш к а. Прощайте!
З а н а в е с.
Интермедия перед занавесом.
Из-за занавеса появляется Ю л и ш к а с сумкой в руках, с нею П е с.
Ю л и ш к а. Мне кажется, будто все это было во сне: и домик и его хозяйка. И все так странно исчезло, точно я вдруг проснулась. Но ты со мной, Дружок, и чудесная сумка тоже. Как ты думаешь, можно мне попросить ее о чем-нибудь?
П е с (утвердительно лает).
Ю л и ш к а. Давай… Не хочешь ли колбасы, Дружок? Ну, сумка, откройся, пожалуйста.
Из сумки выскакивает колбаса. Юлишка ловит ее.
П е с (радостно визжит).
Ю л и ш к а. Дружок… Видал ты когда-нибудь такое? Сумочка, милая, а хлебца…
Из сумки выскакивает хлеб; Юлишка ловит его.
О!.. О!.. Это же чудесно! Держи, половину тебе, половину мне.
П е с (хватает колбасу).
Ю л и ш к а. Что бы нам еще попросить, самое нужное?
П е с (лижет ей ноги и ворчит).
Ю л и ш к а. Думаешь, башмаки?
Сумка выбрасывает пару сапожек.
Дружок… что ж это? Я не успела даже сказать… (Садится на грядку, надевает башмаки.)
П е с (радостно лает и прыгает вокруг нее).
Ю л и ш к а. Какие хорошие, и мне как раз впору! Но мне хочется чего-нибудь для отца… Ой, Дружок, я знаю… Только сказать боюсь. Такое большое желание, но такое нужное! Сумочка, дорогая, если можно… откройся пошире и подари нам… осла!!!
П е с (прилег на живот и замер, подняв голову).
Пауза. Из-за ширмы появляется о с е л.
Ю л и ш к а (бросается ослу на шею, обнимает). Ослик! Малыш… (Осматривает его со всех сторон.) Живой! Настоящий… Право, он совсем как наш собственный Малыш! Теперь скорей, скорей домой, к отцу! Больше нам ничего не нужно! (Уходит за занавес, обняв осла; пес бежит за нею.)
Музыка.
З а н а в е с.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Декорация 1-й картины. О т е ц сидит у колодца, вяжет метлы. М а р и к а сидит в доме у открытого окна.
М е т е л ь щ и к. Марика!
Пауза.
Марика, я тебе говорю!
М а р и к а (не оглядываясь). Я слышу…
М е т е л ь щ и к. Так и будешь сидеть целый день перед окном — женихов выглядывать?
М а р и к а. Буду!
М е т е л ь щ и к. Все равно никого не выглядишь. Никто к тебе не посватается. Вся деревня знает, какая ты бездельница!
М а р и к а. Да уж ты позаботился, ославил дочь!
М е т е л ь щ и к. И славить не стоит. Люди сами видят.
М а р и к а. Что они видят?
М е т е л ь щ и к. А то, что у Марики одна забота: от окошка — к зеркалу, от зеркала — к окошку.
М а р и к а. А что мне — надорваться, что ли, с твоими метлами? Отдохнуть нельзя?
М е т е л ь щ и к. От чего ж тебе отдыхать? Когда ж ты работала? Глянь-ка кругом: на огороде посохло все, у дома — и то цветы завяли! Всюду грязь! Пол не мыт ни разу за месяц, как Юлишка ушла…
М а р и к а. А!.. Не поминал бы хоть Юлишку! Она там в городе веселится, а я тут всю работу справляй! Очень мне нужно! Не стану!
М е т е л ь щ и к. Юлишка, Юлишка… Пропала девочка, как в воду канула. Месяц прошел — и весточки о ней нет!
М а р и к а. Теперь убедился, какова твоя хваленая дочка! Наслаждается веселой жизнью, — о нас даже и не вспомнит!
М е т е л ь щ и к. Не поверю, что Юлишка отца забыла. Значит, недосуг ей.
М а р и к а. Ей, видишь, недосуг!
М е т е л ь щ и к. Ну, ты перестань брюзжать да возьмись-ка перетащи метлы в сарай…
М а р и к а. И не проси, ничего делать не стану. Сказала — не стану, и баста! Пускай Юлишка возвращается!
М е т е л ь щ и к. Ну, дочка… наградила меня судьба… Ладно же!
Слышен крик осла.
У людей и дети и ослы хорошие, одному мне незадача…
Опять слышен крик осла.
Кричит, — совсем как наш Малыш.
За забором появляется о с е л, его подгоняет Ю л и ш к а.
Ю л и ш к а. Отец!
М е т е л ь щ и к (роняет все метлы, бежит к забору). Дочка! Юлишка!
Ю л и ш к а (над забором протягивает к отцу руки). Батюшка!
М е т е л ь щ и к. Где ж ты пропадала так долго?
Ю л и ш к а. Зато смотри, что я заработала!
М е т е л ь щ и к. Осла?
Ю л и ш к а (вводит осла во двор). Наш новый Малыш! Наш милый помощник! Ты рад, батюшка?
М е т е л ь щ и к. Еще бы не рад, дочка! Но как же тебе удалось?
Ю л и ш к а. Я попала к одной доброй старушке. Знаешь, отец, было все как во сне. Я не заметила, как провела у нее целый месяц! И смотри, смотри, — что она мне подарила! (Торжественно подымает сумку).
М а р и к а (появляется в дверях дома). Ну и обновка у нашей Юлишки! Ха-ха-ха! Над ней посмеялись, а она и обрадовалась!
Ю л и ш к а. Здравствуй, Марика-сестрица!
М а р и к а. Здравствуй, дурочка! Неужели ты не понимаешь, что тебя обманула твоя хозяйка?
Ю л и ш к а. Нет, Марика. Ты сама сейчас убедишься, что это не обман и не насмешка. Ну-ка, сумка, откройся и подари мне обед, чтоб угостить отца и сестру!
Из сумки выскакивают подряд горшки, миски, кувшины с едой и питьем и устанавливаются на приступке колодца, стоящего под деревом во дворе.
М е т е л ь щ и к. А-а-а! Батюшки-светы!.. Что ж это такое?
М а р и к а (подходит к колодцу). И все это можно есть?
Ю л и ш к а. Конечно! Садись и пробуй! Батюшка, прошу за стол!
М е т е л ь щ и к. В жизни такого еще не видывал!
Ю л и ш к а. Ты понимаешь, отец! Ведь теперь мы с тобой и Марикой всегда будем сыты!
М е т е л ь щ и к. Подумать только! (Берет сумку в руки.) Из такой маленькой штуки — и сколько напрыгало добра!
Ю л и ш к а. Отец, осла тоже мне дала эта сумка! Мы можем у нее просить все, что угодно!
М е т е л ь щ и к. Чудеса…
М а р и к а. Что угодно? Послушай, Юлишка, и платье она может дать?
Ю л и ш к а. Конечно! Ты видишь — на мне башмаки…
М а р и к а. Юлишка, ну закажи мне для начала пару браслетов.
Ю л и ш к а. Браслеты?.. Нет, Марика! Отдавая мне сумку, старушка сказала, что можно просить только самое нужное.
М а р и к а. Но мне в самом деле нужны браслеты!
Ю л и ш к а. Марика, дорогая! Ведь ты легко обойдешься без них!
М а р и к а. Что значит «обойдешься»? Ты еще будешь мне указывать?
Ю л и ш к а. Но ведь старушка нарочно предупредила меня…
М а р и к а. Дела мне нет до твоей старухи! Дай мне сумку, я попробую сама. (Хватает сумку.)
Ю л и ш к а. Марика, подожди, выслушай! Ведь сумка потеряет силу, если ты будешь требовать от нее лишнее!
М е т е л ь щ и к. Знаешь, Марика! Довольно с тебя и обеда. Сумка, разумеется, волшебная, но нечего зря тратить ее силу на всякие пустяки!
М а р и к а. Ну и не нужна мне ваша сумка! Сидите со своими колбасами и ослами! Найду эту старуху и сама от нее получу такую же сумку!
М е т е л ь щ и к. На здоровье! Иди заработай сама, коль удастся!
М а р и к а. А что ж? Не сумею, что ли? Посмотрите, с чем я вернусь! (Убегает.)
М е т е л ь щ и к. Скатертью дорожка!
Ю л и ш к а. Отец, Марика может не найти дорогу: заблудится в лесу!
М е т е л ь щ и к. Далеко не уйдет твоя Марика! Сгоряча ринулась, а как стемнеет, — испугается и вернется домой.
Л а в о ч н и к (за минуту до этого появившийся за забором и наблюдавший всю сцену). Доброго здоровьица, сосед! Гляжу, никак у тебя младшая дочка домой явилась?
М е т е л ь щ и к. Так и есть. Возвратилась наша Юлишка!
Л а в о ч н и к. Богатым угощением встречаешь дочку?
М е т е л ь щ и к. Как же… Ведь месяц целый девочка не была дома.
Л а в о ч н и к. И вернулась, смотрю, не с пустыми руками?..
М е т е л ь щ и к. Да, кое-что удалось заработать… Заходи к нам, отведай…
Юлишка идет к ослу, кормит его и ласкает.
Л а в о ч н и к. Что уж скромничать? Изрядно, должно быть, принесла? Гляжу, — успели осла приобрести?
М е т е л ь щ и к. Да, посчастливилось Юлишке.
Л а в о ч н и к. Да полно тебе прибедняться, старик! Деньги завелись, так почему мне долг не выплачиваешь?
М е т е л ь щ и к. Опомниться не успел… Только вошла Юлишка…
Л а в о ч н и к. Только вошла! Дать вам опомниться, — вы все припрячете, от вас копейки не дождешься!
М е т е л ь щ и к. Да у нас денег-то еще не было, сосед. Вот свезу метлы…
Л а в о ч н и к. Денег нет? Ха-ха-ха! Ты что, из себя дурака корчишь или меня младенцем считаешь? Ты эти штучки брось! Не на таковского напал!
М е т е л ь щ и к. Ну, посуди сам: какое у нас богатство? Ведь с сумки много не спросишь!
Ю л и ш к а (подходит к забору). Нам не позволили просить у нее ничего лишнего.
Л а в о ч н и к. Да о чем вы толкуете? Что за сумка такая?
Ю л и ш к а. Поймите: мне подарили сумку, у которой мы можем просить…
М е т е л ь щ и к. Но только самое необходимое!
Л а в о ч н и к. А-а… так значит, — долг отдать соседу вы не считаете необходимым? Ладно! Иду к судье! (Поворачивается, намереваясь итти.)
М е т е л ь щ и к. Подожди… Ведь мы с ослом теперь скоро отработаем тебе все!
Л а в о ч н и к. Мы с ослом! Знаем мы эти отговорки! Хватит! Больше не проведешь! Отдавай-ка мне осла своего да сумку впридачу! (Идет за кулису и оттуда входит на сцену и направляется к ослу.)
Ю л и ш к а (бросается к ослу). Что вы делаете?
М е т е л ь щ и к. Да где ж твоя совесть, разбойник?
Л а в о ч н и к. Попридержи язык, дырявая сковородка! А не то, — заворачивай к судье! (Тащит упирающегося осла и выдергивает сумку из рук Метельщика.)
Ю л и ш к а. Берите осла, — ладно уж! Но зачем вам сумка? Ведь у вас в доме всего довольно!
Л а в о ч н и к. Цыц!.. Знай помалкивай, девчонка! Уж я соображу, что мне с ней делать!
Юлишка бросается в слезах к отцу, он обнимает ее.
З а н а в е с.
Интермедия перед занавесом.
Лавочник тащит ревущего осла, тот изо всех сил упирается. Лавочник бьет осла сумкой и, наконец, уводит его за занавес.
З а н а в е с о т к р ы в а е т с я.
Декорация 3-й картины. С т а р у ш к а сидит у очага и раздувает угли. Собачка лежит, свернувшись клубочком. Вдруг она приподнимается, рычит, с громким лаем бросается к двери и выскакивает наружу. За сценой слышен ее заливистый лай.
Г о л о с М а р и к и (за сценой). Убирайся вон!
С т а р у ш к а (выглядывая в окно). Дружок, иди ко мне, успокойся! Зачем ты бьешь собаку, Марика? Что она тебе сделала?
М а р и к а (в окне). Она набросилась на меня… чуть не искусала до крови!
С т а р у ш к а. Ты говоришь неправду! Она не тронула тебя.
М а р и к а. Но… она не подпускает меня к дому…
С т а р у ш к а. А что тебе нужно в моем доме?
М а р и к а. Я хочу наняться к вам на работу.
Старушки. Так… А почему ты не спросишь сначала, нужна ли мне такая батрачка, как ты?
М а р и к а. Но ведь сестра моя, Юлишка, работала у вас?
С т а р у ш к а. Но ты мало похожа на свою сестру.
М а р и к а. Ну, так что ж?
С т а р у ш к а (с усмешкой). Ничего… Разумеется, ты хочешь получить такую же плату за свои труды, как Юлишка?
М а р и к а. Рассчитываю получить не меньше!
С т а р у ш к а. Так… Ну что ж, попытаемся. Дружок, впусти Марику.
Марика входит в дверь.
З а н а в е с з а к р ы в а е т с я.
Музыка.
Через некоторое время занавес открывается. Декорация та же, но Старушки нет в комнате, а кровать в беспорядке. М а р и к а спит на сундучке.
М а р и к а (храпит, потом поворачивается, снова поворачивается, медленно просыпается, продолжая лежать). Хоть бы ставни закрыли… Солнце прямо в лицо. Заснуть не дает. (Медленно, лениво подымается, оставаясь сидеть на сундуке.) И часы стоят. То ли вставать, то ли еще поспать… Хозяйки-то дома нет? (Встает, выглядывает в окно.) Чудно: ушла, ничего не сказав… (Заглядывает в печку.) И поесть ничего не оставила. Голодной мне, что ли, сидеть? Когда ее дождешься? Что ж, она будет гулять, а я на нее работать? Очень мне нужно! (Толкает ногой пса, спящего около печки.) И этот спит… Сторожить меня приставлен, что ли?
Пес ворчит.
Нечего ворчать, лучше скажи, куда твоя хозяйка девалась? В доме корки хлеба не найти, кружки воды нет! (Заглядывает в ведра.) Ведра все пустые, горшки грязные… (Заглядывает в квашню.) Батюшки! Тесто перекисло, ушло все. Станешь собирать его, — перепачкаешься, а дела не сделаешь… Пускай сама возится! Ну ее, в самом деле, старуха бестолковая! (Ложится на кровать старушки.) А постель ее не то, что сундук… На ее перинах только и отдыхать… Тоже хозяйка называется! Так работницу не нанимают.
С т а р у ш к а (заглядывает в окно.) Доброе утро, Марика!
М а р и к а (вскакивает). Здравствуйте…
С т а р у ш к а. Хорошо выспалась?
М а р и к а. На вашем сундуке отоспишься… все бока себе измяла…
С т а р у ш к а. Ах, бедняжка… (Входит в дом.)
М а р и к а. Куда это вы отправились так рано?
С т а р у ш к а. Рано? Уж полдень, голубушка.
М а р и к а. Почем я знаю, который час? Часы-то стоят.
С т а р у ш к а. А ты не позаботилась их завести с вечера?
М а р и к а. Почему это я должна их заводить?
С т а р у ш к а. Высоко висят… Мне уже трудновато залезать на скамейку. Но ты уже давно встала? Умылась?
М а р и к а. Как же! Умыться даже нечем! В доме капли воды нет!
С т а р у ш к а. Ты бы сходила, принесла…
М а р и к а. Я даже не знаю, где колодезь.
С т а р у ш к а. Так, так… Но печку ты затопила?
М а р и к а. Как ее затопишь? Дров — ни поленца, и все завалено золой!
С т а р у ш к а. Так, так… Но ты, по крайней мере, успела замесить хлеб?
М а р и к а. Взгляните-ка сами, что с ним творится! Опара перекисла, все вытекло, — с ним теперь и не сообразишь, что делать!
С т а р у ш к а. Так, так, так… Знаешь, Марика, ты не работница, а просто клад!
Пауза.
Отправляйся-ка домой.
М а р и к а. То-есть как это?
С т а р у ш к а. Очень просто: иди туда, откуда пришла!
М а р и к а. Но ведь я нанялась к вам на работу!
С т а р у ш к а. Да, но мне больше не нужна твоя работа.
М а р и к а. Но ведь вы еще не видали, как я работаю!
С т а р у ш к а. Верно. И не увижу. Ступай домой.
М а р и к а. Конечно, я уйду от вас, и охотно! Но я должна получить свою плату.
С т а р у ш к а. За что, голубушка?
М а р и к а. Но ведь вы же нанимали меня!
С т а р у ш к а. С тобой толковать, что воду в решете носить. Ладно. (Подходит к кровати, достает из-под подушки сумку.) Получай. По работе — и плата!
М а р и к а. Давно бы так. (Хватает сумку.) Это такая же сумка, какую вы дали Юлишке?
С т а р у ш к а. Поди — испытай!
М а р и к а. Спасибо! Прощайте! (Поспешно убегает.)
З а н а в е с.
Интермедия перед занавесом.
М а р и к а (выходя из-за занавеса). Нечего откладывать. Ну-ка, сумка, откройся! Дай мне два золотых… нет, четыре или пять золотых браслетов!..
Из сумки выскакивают две палки и начинают колотить М а р и к у по спине, по голове, по рукам, как попало, но так, что увернуться от них Марика не может. Бросив сумку, с криком: «Ой, ой, ой!», она убегает в разрез занавеса. Палки за нею. Сумка, подскакивая, тоже следует за Марикой.
З а н а в е с о т к р ы в а е т с я.
Декорация 1-й картины. Во дворе М е т е л ь щ и к вяжет метелки. Из дома слышно, как напевает Ю л и ш к а. За забором с криком и слезами пробегает М а р и к а.
М а р и к а. Отец, отец! Укрой, защити меня! (Вбегает во двор, бросается к отцу.)
М е т е л ь щ и к. Марика!.. Откуда?.. Что с тобой?
М а р и к а. Они гонятся за мной, избили меня всю…
Ю л и ш к а (выскакивает из дому). Что случилось, Марика? Кто преследует тебя?
М а р и к а. Палки, ужасные палки из сумки! Я не знаю, как от них избавиться! Я бежала всю дорогу! Спрячьте меня!
М е т е л ь щ и к. Что же ты сделала? За что тебе так досталось?
Ю л и ш к а. Бедная Марика! (Обнимает ее и ласкает.) Откуда взялись эти палки?
М а р и к а. Твоя же старуха дала мне сумку. По виду она точно такая же, как твоя, но когда я попросила у нее браслеты…
М е т е л ь щ и к. А-а-а! Вот в том-то и штука! Досталось тебе поделом, за жадность твою!
Ю л и ш к а. Разве старушка-хозяйка не предупредила тебя, что нельзя просить лишнее?
М а р и к а. Она дала мне совсем другую сумку! Я теперь только поняла: я наказана не только за жадность…
Ю л и ш к а. За что же, Марика?
Из-за забора показывается на секунду голова Собаки, после чего во двор, точно подброшенная невидимой рукой, падает сумка. Из нее выскакивают палки, бьют Марику, и голос невидимой Старушки отчетливо произносит: «За нерадивость, за лень, за грубость!..»
М а р и к а. Ай, ай, ай! Они догнали меня! Батюшка, Юлишка, помогите!
Ю л и ш к а (обнимает и защищает собой Марику). Успокойся!
М е т е л ь щ и к (ловит палки и укладывает их в сумку). Хватит! Раз ты поняла, наконец, в чем твоя вина, — значит, палки выполнили свое дело. Пускай отдохнут до другого случая.
М а р и к а. Батюшка, выброси сумку, уничтожь, сожги! Чтоб ее не было больше у нас в доме. Обещаю тебе, что я не буду лениться, — никогда!
М е т е л ь щ и к. Подождем, дочка. Сумка еще может нам пригодиться.
Л а в о ч н и к (появляется за забором, машет сумкой и грозит). Негодяй, трухлявая метелка! Иди-ка сюда на расправу!
М е т е л ь щ и к. В чем дело, сосед? Ты отнял у нас уже все, что мог. Я думал, что расплатился с тобой сполна.
Л а в о ч н и к. Как бы не так! Ты обманул меня, как последнего мальчишку! Идем к судье!
М е т е л ь щ и к. Позволь! Чем же ты еще недоволен?
Л а в о ч н и к. К шуту твою сумку, на что она годна? На пугало огородное ее повесить! Получай ее обратно, она не работает больше! (Бросает сумку через забор.)
М е т е л ь щ и к. Так чем же я виноват? Тебя предупреждали, что у сумки нельзя требовать лишнего.
Л а в о ч н и к. Лишнего? Ха! Сам нищий, а меня учить берешься? Что тебе лишнее, то мне, может, самое необходимое!
М е т е л ь щ и к. Разве, что так!
Л а в о ч н и к. Довольно болтать! Идем к судье!
М е т е л ь щ и к. Постой, постой! Ко мне вернулась другая дочка. Она заработала еще одну сумку. Возьми ее себе, может быть, она удовлетворит тебя.
Л а в о ч н и к. Новую? А ты уверен, что она в исправности?
М е т е л ь щ и к. Она превосходно работает, я только что в этом убедился.
Л а в о ч н и к (входя из-за кулисы и беря сумку). Смотри, старик! Больше тебе не обмануть меня. Я тут же ее испробую. Только, чур! Все, что из нее выскочит, — мое; не сметь и прикасаться! Ну-ка, девчонки, подальше отсюда, и фартуков не подставлять!
Юлишка и Марика, обнявшись, шепчутся и отходят.
М е т е л ь щ и к. Отойдите, девочки, отойдите подальше.
Л а в о ч н и к. Сумка… откройся! Дай мне сто золотых!
Выскакивают палки, бьют соседа, девушки смеются. Метельщик хлопает в ладоши и приговаривает: «Один золотой, второй золотой», и т. д.
Л а в о ч н и к. Ай! Ай! Ай! Что это такое? Негодяй, разбойник, что ты делаешь?
М е т е л ь щ и к. Я только расплачиваюсь с тобой! Ты сам этого требовал! Седьмой золотой, восьмой…
Л а в о ч н и к. Безобразные шутки! Брось же, перестань, наконец! Довольно!
М е т е л ь щ и к. Потерпи… Я еще только начал счет! Пятнадцатый, шестнадцатый…
Л а в о ч н и к. Убери эти страшные палки! Сосед, помилосердствуй! Они изобьют меня досмерти!
М е т е л ь щ и к. Зачем? Они только слегка проучат тебя, как обирать бедных соседей.
Л а в о ч н и к. Больше никогда в жизни не буду! Сейчас приведу тебе твоего осла. Отдам все, что взял у тебя! Только пощади, голубчик, останови их!
М е т е л ь щ и к. Ладно, хватит с тебя пока. Авось запомнишь! (Ловит палки, укладывает их в сумку.) Да приведи сюда нашего осла! Нечего ему делать у тебя в стойле.
Л а в о ч н и к. Бегу, бегу. Только палки придерживай покрепче.
Лавочник уходит за ослом и через секунду ведет его во двор Метельщика. О с е л радостно ржет.
Ю л и ш к а (кидаясь к ослу навстречу). Наконец-то ты опять с нами! (Берет повод из рук Лавочника.)
М е т е л ь щ и к. Теперь получай свою сумку. (Протягивает ему ее.)
Л а в о ч н и к. Что ты, что ты… Чтоб я к ней когда-нибудь притронулся? (Бежит прочь.) Никогда в жизни! Сыт по горло!
М е т е л ь щ и к. Как знаешь, как знаешь… А нам она не помешает. Верно я говорю, девочки? (Раскрывает объятия.)
Юлишка и Марика подходят к отцу и обнимают его. Осел просовывает голову между ними.
М а р и к а. Верно, батюшка!
Ю л и ш к а. Конечно, отец!
М е т е л ь щ и к (обнимая их). Расквитались, наконец, с соседом, и теперь…
М а р и к а. Будем работать!
Ю л и ш к а. Будем жить припеваючи!
В с е в м е с т е.
Лишь была б у нас работа.
Будет ужин и обед!
Лишь была б к труду охота, —
Проживем хоть до ста лет!
Пока хватает сил, — трудись!
Пока ты молод, — веселись!
Не терпят горе и нужда
Веселых песен и труда!!!
З а н а в е с.