Герои этой книги люди ничем не приметные, обыденные, помыслы которых обращены в прошлое. 90-летний Скэнлон грезит о фургонах первых поселенцев, вместе с которыми он еще мальчишкой добрался до Небраски. Для престарелого фермера время как бы остановилось, и в тайниках своей отгородившейся от всего света души он хранит уголок пионерской целины, того простора и той необжитости, какими отличался этот «штат пшеницы и говядины» в далеком 1901 г.
К среднему классу принадлежат центральные персонажи, супруги Макки, «столпы общества при свете дня, визионеры и мечтатели по ночам». Как и Скэнлон, Уолтер Макки тянется душой к устойчивому фермерскому быту, а его жена перебирает в памяти свои несостоявшиеся романы и вздыхает по упущенным шансам сделать свою жизнь чуть более разнообразной. Для четы Макки путешествие в Мексику, где в основном развертывается действие произведения, знаменует желанный сбой в ритме унылого существования. Ведь у себя дома, в США, они принадлежат к тому огромному большинству, кто лишен возможности трезво оценить обыденность, взглянуть на нее со стороны.
Вариацией на те же темы стали романы «Любовь среди каннибалов» (Love Among the Cannibals, 1957) и «Церемония в Лоун-три» (Ceremony in Lone Tree, 1960). Романом «Один день» (One Day, 1965) Моррис наряду с В. Бурджейли и некоторыми другими американскими прозаиками попытался откликнуться на убийство президента Дж. Кеннеди, осудить цинизм и апатию определенной части своих сограждан. В 70-80-е гг. творческая активность писателя не спадает, но резонанс от его книг в общенациональном масштабе становится менее ощутимым. Среди работ этого периода следует отметить эпическую «Песнь равнин» (Plains Song, 1980), воссоздающую историю нескольких поколений женщин Небраски, 3-томник воспоминаний (1981–1985), ряд новеллистических сборников, увенчанных «Полным собранием рассказов Райта Морриса» (The Complete Wright Morris' Short Stories, 1986). Несомненный интерес представляет литературоведческая книга «Территория впереди» (The Territory Ahead, 1958), посвященная творчеству послевоенного поколения американских прозаиков.
Моррисон (Morrison), Тони (р. 18.11.1932, Лорейн, Огайо) — прозаик, публицист; одна из ведущих представительниц афро-американской литературы 70 — 80-х гг. XX в. Родилась в захолустном городке на Северо-Западе США, училась в Говардском и Корнеллском университетах, с 1955 по 1964 г. преподавала историю афро-американской литературы в ряде учебных заведений страны. С 1965 г. Моррисон работает редактором крупной книгоиздательской фирмы «Рэндом хаус». Годы ее становления как писательницы пришлись на пик движения американских негров за гражданские права. Причастность к нему во многом предопределяет ее активную политическую позицию в сегодняшней Америке. Не случайно ее страстная речь на II Конгрессе американских писателей «За героическое движение» (For the Heroic Movement, 1981) содержала не только критику американской действительности, но и призыв к активной борьбе против засилья массовой культуры, к объединению всех демократических сил в литературе США.
В творчестве Моррисон отчетливо проявляется интерес к этническим корням американских негров, истокам народных традиций, фольклору, мифу, легенде. Жизнь современного черного американца, по мнению писательницы, теснейшим образом связана с прошлым опытом его предков. Поэтому объяснимо присутствие в ее произведениях двух художественных планов — социально-бытового и мифологического, особенно усиливающегося в последних книгах. Их удачное соединение привело к определенной популярности Моррисон у части американских читателей, причем не только черных.
Первый прозаический опыт писательницы — небольшой роман «Самые голубые глаза» (The Bluest Eye, 1970), повествующий о трагической судьбе юной героини-негритянки, которая с детства мечтала о голубых глазах и светлой коже, наивно полагая, что именно в этом залог жизненного счастья и успеха. Многочисленные испытания, среди которых и смерть ее маленького сына, приводят героиню к безумию, и ее единственным утешением остается мысль о «самых голубых глазах». Первая книга Моррисон не привлекла особого внимания читателей и критики, хотя в ней во многом были предопределены основные мотивы творчества писательницы.
Раздумья о нелегкой жизненной участи негритянских женщин присутствуют и в романе «Сула» (Sula, 1974). Здесь писательница, по собственному признанию, намеревалась «затронуть проблемы добра и зла». В «Суле» также ощущается заметный интерес к фольклорным первоисточникам, мифологической символике, сочетающийся с пристальным вниманием к жизни современной негритянской общины, взаимоотношений и противоречий внутри ее. В центре романа оказывается судьба Сулы Пис, молодой негритянки, безуспешно старающейся вырваться из заколдованного круга безысходного существования. В романе прослеживается отчетливое влияние негритянского фольклора и мистических культов, особенно в его финальной части, события которой происходят уже после смерти героини. Примечательно, что героини ее первых произведений — это глубоко несчастные афроамериканки, задыхающиеся от невыносимых условий жизни. Не случайно только смерть оказывается для них единственной возможностью обрести покой.
Свидетельством нового этапа в творчестве Моррисон стал ее третий роман — «Песнь Соломона» (Song of Solomon, 1978, рус. пер. 1981), — принесший писательнице поистине всеамериканскую известность. Он не только привлек внимание читателей и критики, но и был удостоен весьма престижных литературных премий, в частности премий Национальной ассоциации литературных критиков (по разделу прозы), а также Американской академии искусств и литературы. Соединяя историю и современность, процесс осознания собственного «я» черными американцами в 30-е гг. и расовые волнения, образования националистических групп 60-х гг., Моррисон предприняла попытку создания произведения, где социально-бытовой план сливался бы с хроникой, эпосом и легендой. История семейства Померов становится размышлением о судьбах черной Америки на протяжении XX в., о различных путях обретения независимости американскими неграми.
Поиск национальной самобытности приобретает в книге форму метаний представителя младшего поколения Померов — Молочника, в конечном итоге необходимость выбора между соблазнами компромисса с истэблишментом и открытым бунтом против «белого общества». Конфликт между его отцом Мэконом и теткой Пилат разворачивается как столкновение между духом стяжательства и накопительства и верностью незыблемым традициям прошлого. Концовка романа, исполненная в характерной для писательницы мифопоэтической манере (полет Молочника), оставляет финал открытым, однако несомненно свидетельствует о приобщении героя к истокам негритянской самобытности: он отправляется в полет, повторяя путь его легендарного предка Соломона.
Мифопоэтические элементы усиливаются в романе «Смоляное чучелко» (Tar Baby, 1981), самое название которого заимствовано из фольклора американских негров, из сказки о Кролике и Смоляном чучелке. Образ Чучелка, человека без роду, без племени, появляется, правда эпизодически, еще на страницах «Сулы», но не играет там серьезной роли. В романе вновь оказываются на первом плане поиск и осмысление этнического «я». Не одобряя космополитизма главного героя, «Сынка», она в то же время не видит выхода и в том идиллическом благоденствии, в котором пребывает белая чета Стритов и их черные слуги. Явный крах экстремистских установок героя, особенно отчетливо проявляющийся в его конфликте с героиней романа, молодой европеизированной негритянкой Джадин, становится еще одним подтверждением негативного отношения автора к «черному расизму».
В 1987 г. вышел ее роман «Любимица» (Beloved, Пулитц. пр.), сразу же занявший место в списке бестселлеров. В нем еще сильнее звучит тема афро-американских истоков, в поисках которых Моррисон обращается на этот раз к середине XIX в., важнейшему этапу в духовной истории негров в Америке. Присутствие фантастического элемента, связанного с неожиданным появлением умершей в детстве дочери главной героини Сет (ее имя Любимица и легло в основу названия романа), не помешало писательнице с исторической точностью воспроизвести детали прошлого своего народа. И хотя роман не стал открытием ни для афро-американской прозы 80-х гг., ни для творчества Моррисон в целом, он еще раз подтвердил ее высокую писательскую репутацию.
Мортон (Morton), Томас (1590? Англия — 1647? Йорк, Мэн) — автор сатирической книги «Новоанглийский Ханаан» (New English Canaan, 1637), одной из первых публикаций американских колонистов, которая носила ярко выраженный светский характер. Впервые посетил Америку в 1622 г., затем приехал в нее в 1625 г. и поселился неподалеку от Плимутской колонии на горе, получившей название Мерри-маунт (по одной этимологии Веселая гора, по другой — гора Марии). Отвергая пуританство, он держится обычаев елизаветинской Англии: устраивает народные празднества, водит дружбу с индейцами, выменивая меха на порох и спиртное. Это привело к столкновению с пуританами, которых особенно возмутило празднование с песнями и танцами на Веселой горе прихода весны. В 1628 г. против Мортона, который, по словам У. Брэдфорда, «стал господином анархии и содержал, по сути дела, школу атеизма», был снаряжен отряд под командованием Майлса Стэндиша. Сам он был взят под стражу и выслан в Англию, впоследствии это повторялось еще дважды. В 1637 г. Мортон выпустил в Амстердаме «Новоанглийский Ханаан», где описал все, что произошло с ним после переселения в Америку.
Мортон зло высмеивает пуритан, которые отвергают естественные радости жизни, видя в них происки дьявола, и насаждают унылое благочестие. Он показывает лживость и лицемерие самозваных проповедников, для которых благонравие лишь маска, скрывающая недостойные помыслы. Издевается Мортон и над невежеством пуритан, схоластикой и догматизмом их знаний, страхом перед наукой. Сам он, напротив, всячески подчеркивает свое уважение к знанию, которое «позволяет человеческому разуму обращаться к элементам более возвышенного рода, нежели те, что обретаются в обители Крота», как он непочтительно именует пуританство. Книга пестрит отсылками к античной мифологии, истории, литературе. В том же духе выдержаны и приводимые в ней стихотворения, сочиненные, вероятно, самим Мортоном, — в них славится приход весны, пробуждение природы, радости жизни. Все это говорит о его связи с ренессансной культурой, которая, однако, не получила развития на американской почве.