И в повести, и в последовавшем за ней романе «Попустительство» (Letting Go, 1962) показан конфликт молодого интеллектуала, представителя поколения, болезненно ощущающего на себе последствия маккартизма, насаждавшего идейную нетерпимость, с самодовольным мещанством и доминирующей в американском обществе той поры философией практицизма. Ироничное повествование, в котором точные бытовые и психологические зарисовки сочетаются с пародийно обыгранными штампами обывательского мышления, свидетельствовало о преимущественно сатирическом характере дарования Рота. Критика сулила ему назначение хранителя твеновских традиций. Такие предсказания получили дополнительные обоснования после выхода романа «Она была такая хорошая» (When She Was Good, 1967, рус. пер. 1971), в котором воссоздана запоминающаяся картина бесцветного провинциального существования, исподволь калечащего человеческие души.
Однако публикация романа «Жалобы Портного» (Portnoy's Complaint, 1969) опровергла подобные прогнозы. Обнаружилось, что истинное призвание Рота — проза, в основе которой трагифарсовые коллизии, порожденные специфическими обстоятельствами еврейского иммигрантского бытия. Герой Рота, исповедующийся перед врачом-психоаналитиком, в тщетной надежде избавиться от преследующей его подозрительности по отношению ко всему вокруг, а также от психологических травм детства, несет в себе неистребимые черты лицемера, убогого прагматика, и биография Портного раскрывается как естественный результат воспитания в среде, которая и под американским небом сохранила местечковую психологию с ее немыслимым смешением самонадеянности, сервилизма, ригористических запретов, окаменелых этических стереотипов, легко воспламеняющегося и столь же быстро угасающего фанфаронства.
Скандальный успех «Жалоб Портного», вызвавших в адрес автора упреки в грубом эротизме и антисемитизме — и в то же время обеспечивших ему репутацию едва ли не первого прозаика своего поколения, подсказал сюжетную основу большинства произведений Рота: романа «Моя мужская жизнь» (My Life as a Man, 1974) и цикла гротескно-трагифарсовых романов, объединенных общим героем, прославленным и ненавидимым писателем Натаном Цукерманом, посягнувшим на основы основ еврейского самосознания («Литературный негр», The Ghost Writer, 1979; «Освобожденный Цукерман», Zuckerman Unbound, 1981; «Урок анатомии», The Anatomy Lesson, 1983). В герое этого цикла, как и в писателе Питере Тарнополе, выведенном на страницах «Моей мужской жизни», распознается особая духовная «подпочва»: они питомцы нью-йоркского еврейского квартала, пропитанные его атмосферой, как бы ни старались они от нее избавиться, шокируя своих читателей вторжением в сокровенное бытие собственных братьев и отцов. В одночасье прославившись талантливой книгой, они сжигают за собой мосты, попадая в положение литературных звезд, которым, впрочем, трудно соответствовать репутации бунтарей, поскольку типично национальные черты, как их понимает Рот, а также с детства укоренившиеся поведенческие нормы у них обоих слишком прочны, чтобы жест неприятия, даже подчеркнуто радикальный, обозначал настоящее преодоление подобного духовного наследства.
Истинная жизнь для них начинается после того, как этот жест сделан, но вслед ему возникает ситуация распутья, и героев преследуют сожаления о случившемся, тайные помыслы о примирении, страхи, чувство вакуума, когда отсутствуют и связь с собственным прошлым, и ощущение причастности к своему настоящему. Зримым свидетельством подобного бытия на распутье становятся присущие героям Рота цинизм, плоско гедонистический стиль жизни, приверженность к изысканному эросу как единственному способу познать свое «я», постоянная насмешка над собой и опыты конструирования «контржизни», как назван один из романов Рота на ту же тему (Counterlife, 1986).
Контржизнь — фикция, конструируемая самим автором, напрасно пытающимся себя убедить, будто она способна когда-нибудь стать реальностью — ключевое понятие для романов о Тарнополе — Цукермане, представляющих собой пародийное осмысление в принципе возможных вариантов судьбы главного героя, остающейся по существу неизменной, предопределенной всей его биографией, хотя сами версии могут оказаться чрезвычайно экстравагантными. Приспособленчество к любым обстоятельствам и любым веяниям Рот считает доминирующим мотивом всей деятельности своего центрального персонажа, поэтому и способного меняться почти до неузнаваемости, превращаясь из вчерашнего искателя дешевых блаженств в строгого пуриста, а из бунтаря в провозвестника национальной исключительности. Бурлеск для Рота наиболее органичен среди всех используемых им форм смеховой культуры. При всей изобретательности в гротесковых ситуациях и абсурдистских изломах фабулы повествование Рота, как правило, не идет дальше выявления самоочевидных парадоксов будничного существования героя, вызываемых его разнообразными психологическими обсессиями. Притязая на философскую комедию, Рот, однако, остается в рамках затейливо выполненного бытового скетча.
Рот создал несколько повестей на актуальные политические сюжеты, примечательных откровенным травестированием поднятых в них проблем («Наша шайка», Our Gang, 1971; «Пражская оргия», The Prague Orgy, 1985 — эпилог цикла о Цукермане).
Рэнсом (Ransom), Джон Кроу (30.IV. 1888, Пуласки, Теннесси — 3.VII.1974) — поэт, публицист, критик, редактор и педагог. Родился в семье богослова, учился в Вандербильтском и Оксфордском университетах. Участвовал в первой мировой войне. Преподавал в Вандербильтском университете (1914–1937) и Кеньонколледже (1937–1958), где основал влиятельный литературный журнал «Кеньон ревью».
Впервые приобрел известность в качестве издателя и редактора журнала «Беглец» (Fugitive) (1922–1925), в котором сотрудничали писатели-южане Д. Дэвидсон, А. Тейт, Р. П. Уоррен. «Беглец» выступал с критикой индустриализации, роста городов, меркантилизма. Безотрадной действительности «беглецы» («фьюджитивисты») противопоставляли духовные ценности общества, построенного на аграрной экономике, жесткой социальной иерархии, эстетическом и религиозном единстве, гармонии с природой. Таким обществом в их представлении был довоенный, рабовладельческий Юг. Идеи «фьюджитивизма» конкретизировались и приобрели четкую политическую направленность в книге-манифесте нашвиллской группы «Вот моя позиция» (I'll Take My Stand, 1930), содержавшей и «Изложение принципов» (Statement of Principles) самого Рэнсома. В отличие от Тейта и Уоррена «идеал Юга» у Рэнсома непосредственно связан с общественными институтами рабовладельческого Юга, что делало его позицию наиболее тенденциозной и политически консервативной.
Идеализация Юга явилась существенной чертой и поэтической деятельности Рэнсома, ограниченной, по существу, одним десятилетием. Первый свой сборник — «Стихи о боге» (Poems About God) — он выпустил в 1919 г., однако поэтической репутацией Рэнсом обязан книгам «Простуда и лихорадка» (Chills and Fever, 1924) и «Два джентльмена в оковах» (Two Gentlemen in Bonds, 1927). Южное общество предстает в поэзии Рэнсома образцом соразмерности, изящества, рыцарских манер, а его гибель понимается как крах цивилизации под натиском нового варварства. В стремлении к конкретно-зрительной образности, к иронической изысканности прослеживается связь Рэнсома с английскими поэтами XVII в.
В 40-е гг. Рэнсом заявил о себе как влиятельный теоретик, практически став главой американской «новой критики». Ему принадлежит сам этот термин (одноименная работа 1941 г. New Criticism); анализ произведения у Рэнсома формализован, утрачивает связь не только с историей, но и с современным общественным бытием.
С
Саймак (Simak), Клиффорд [Доналд] (3.VIII. 1904, Милвилл, Висконсин — 25.IV.1988, Миннеаполис, Миннесота) — прозаик-фантаст. Первый НФ рассказ опубликовал в 1931 г. С конца 30-х сотрудничает с Дж. Кэмпбеллом, чья реформаторская деятельность на посту главного редактора журнала «Эстаундинг сториз» во многом определила лицо американской НФ-литературы 40-50-х гг., называемых «золотым веком» жанра в США. Широкое признание принес роман «Город» (City, 1952, рус. пер. 1974). Наиболее продуктивным для Саймака стал период с середины 50-х до конца 60-х гг., когда были созданы его лучшие произведения: романы «Время — самая простая вещь» (Time Is the Simplest Thing, 1961), «Почти как люди» (They Walked Like Men, 1962, рус. пер. 1970), «Пересадочная станция» (Way Station, 1963), «Все живое — трава» (All Flesh is Grass, 1965, рус. пер. 1968), «Заповедник гоблинов» (The Goblin Reservation, 1968, рус. пер. 1972), «Принцип оборотня» (The Werewolf Principle, 1967), наиболее значительные рассказы, такие, как «Необъятный двор» (The Big Front Yard, 1959, рус. пер. 1965). В 70-е и 80-е гг. продуктивность Саймака снижается, хотя его фантастика по-прежнему пользуется популярностью, свидетельством чему — премия «Небьюла» за рассказ «Грот танцующего оленя» (Grotto of the Dancing Deer, 1981). Среди произведений этого периода выделяются сборник рассказов «Лучшие новеллы Саймака» (The Best of Clifford D. Simak, 1975), романы «Кладбищенский мир» (Cemetery World, 1973), «Дети наших детей» (Our Children's Children, 1974), «Планета Шекспира» (Shakespeare's Planet, 1976), «Звездное наследство» (A Heritage of Stars, 1977), «Братство талисмана» (The Fellowship of Talisman, 1978), «Гости» (The Visitors, 1980), «Где обитает зло» (Where the Evil Dwells, 1982), «Путь вечности» (High Way of Eternity, 1986). Саймак-лауреат многочисленных национальных и международных литературных премий, удостоен Американской ассоциацией писателей-фантастов звания «Великий Магистр премии „Небьюла“». Основная тема Саймака — встреча землян с представителями инопланетных цивилизаций. «Пришельцы в качестве соседей» (Aliens as Neighbors) — это название одной из книг Саймака можно поставить эпиграфом к творчеству писателя, порой называемого «певцом Контакта».