— Ты не расстраивайся, — продолжил Генри, словно прочитал мои мысли, — я буду к тебе заскакивать, когда никто не видит.
— Это как? — фыркнула я. — Через окно, что ли? Ты что, хочешь, чтобы убийца вышел на меня, да?
— Да, — кивнул этот несносный мужчина. — Иначе мы его не поймаем. Поможешь? Ты, конечно, можешь отказаться, Диана. Тогда мы сейчас просто улетим в космопорт и покинем Заоранию.
Я смотрела в его глаза и думала, что мне делать. Отказаться? И тогда это всё закончится через несколько часов. Или вернуться в отель «Ветер странствий» и ещё два дня побыть в этом взбалмошном, как и я сама, мире?
— Я согласна, — нырнула с головой, не желая думать о плохом. «Будь, что будет, — решила я. — Оторвусь ещё дня два, тем более там Алан, и я бы хотела с ним попрощаться. А ещё море, которое возможно я никогда больше не увижу. А ещё это два дня рядом с Генри, которого я буду видеть хотя бы издалека.
— Я рад, что ты решила поддержать меня, — Генри улыбнулся, — спасибо тебе.
— Пока не за что, — честно ответила, — я просто изыскиваю возможности, чтобы завершить свой отпуск. Очень хочу искупаться, у меня так и не получилось побыть на море, хотя я побывала в горах, как и хотела, — рассмеялась я.
— Сознаёшься, что умеешь лазить по скалам, — он рассматривал меня так, словно ласкал взглядом.
— Сознаюсь, — призналась я и, не удержавшись, потянулась к его таким манящим губам.
— Я думал, что ты никогда уже это не сделаешь, — прошептал он мне, обхватывая голову руками и притягивая к себе. Горячий сухой от ранения рот коснулся мой, и я пропала.
— Скайлёт, — заверещал где-то на улице Том, и я отпрянула от Генри.
— Ну вот, — вздохнул он, — опять прервали, ну что до следующего раза?
— Батя, батя, — верещал детский голос, — он прилетел, скайлёт прилетел.
Я помогла Генри подняться, в это время в комнату зашёл Торион, окинул нас сумрачным взглядом.
— Помочь? — спросил у меня, кивая на полусогнувшегося мужчину.
Мы вместе помогли выйти Веравски, скайлёт завис над домом Ториона. Мальчишки скакали козликами, задрав головы. Небольшой космический корабль был последней модификации, эти модели запросто летали в космосе на дальние расстояния. Сверху нам спустили посадочный модуль.
— Спасибо тебе, Торион, — попрощалась я, — у тебя прекрасная семья, береги её. Том, — крикнула я мальчишке, не подходившему ко мне из-за того, что я вернулась, — счастливо, мой хороший, видишь, я сдержала слово и улетаю, — помахала ему рукой.
Мальчонка бросился ко мне придерживая сползающие штанишки. Подбежав обнял.
— Спасибо, тётенька Диана, — прошептал мне в живот.
Мы перешли в модуль, и нас плавно потянуло наверх. Пара минут, двери распахнулись, и мы оказались в скайлёте. Встретило нашу парочку полукруглое помещение, отделанное широкими белыми панелями и деревом. От него тянулись в разные стороны три коридора. Возле одной из стен, отделанных деревом, стоял столик и три кресла, наверно, место для незваных гостей типа меня.
— Генри, — бросился к раненному высокий светловолосый мужчина с пронзительным взглядом карих глаз. Он только мельком взглянул на меня, но успел раздеть догола, прощупать и снова одеть. — Ты что ранен? Почему не сказал, я бы спустился помочь.
— Мне и так помогли, знакомься Диана.
— Лорански? — переспросил тот, буравя меня взглядом.
— Похоже, что да, — рассмеялся Генри и поморщился. — Диана, — повернулся он ко мне, — подожди меня, мне надо привести себя в порядок.
Ардан подставил плечо и повёл его вперёд, я потопталась посередине и, от нечего делать, пошла к столику. Скайлёт мягко пришёл в движение, я это почувствовала только по небольшой дрожи, пробежавшей по полу.
Опустилась в мягкое кресло, и устало прикрыла веки. «Лишь бы ни о чём не думать, а то мало ли», — пронеслось в голове. Не заметила, как заснула, снилось голубое небо Заорании и безбрежное синее-синее море.
— Диана, — вздрогнув, открыла глаза и уставилась в лицо Ардана. Он снова внимательно рассматривал меня, а я его. — Генри заснул, думаю, что через пару часов он будет в форме.
— Хорошо, — кивнула, продолжая всматриваться в лицо мужчины. Он или не он предаёт Веравски? — А то я за него уже стала переживать. Не знаю, сколько он себе сделал обезболивающих уколов, но, по-моему, много.
— Ты в курсе, что мы летим в Вальпуне? — Ардан сел напротив.
— Да, Генри сказал мне об этом.
— Не боишься? — мужчина снова взялся внимательно рассматривать меня. Интересно, что он надеется увидеть. Расшифровку от чего у меня пятна?
— Боюсь, — честно ответила ему, — тем более что он уже два раза в меня стрелял. Должен был пристреляться.
— Он тебя не убьёт, — попытался объяснить Ардан, — во всяком случае, сразу. Ранить, может, это да. Дело в том, что как только твоё сердце остановится, и рядом никого не окажется, чип самоликвидируется.
— То есть ты меня сейчас успокоил, что меня медленно убивать будут, — я уставилась на своего собеседника.
— Извини, — он пожал плечами, — но как-то так.
— А ты на что? — поставила его в тупик своим вопросом. — Ты же вроде как должен предупредить нападение?
— Он наёмник, поэтому очень тяжело просчитать кто это. Непонятно, кто заказчик. Все корпорации, заинтересованные в наших разработках, хранят странное безразличие.
— А утечки у вас самих? — я следила за его лицом, прекрасно понимая, что возможно дёргаю тигра за хвост.
— Это вообще непонятно, — он покачал головой.
— Прослушка? — предположила я.
— С ума сошла, у нас по несколько раз в день проверяются все кабинеты на отслеживание всяких подобных устройств и других средств шпионажа.
— Ардан, ты меня, конечно, извини, но тогда только ты, — пошла я ва-банк.
— Что я? — мужик явно оторопел от такой моей наглости.
— Ты сдаёшь? — наехала я.
— Ты сумасшедшая? — прошипел он.
— Нет, — покачала головой, — но думай сам, Генри разговаривает только с тобой и каждый раз убийца идёт по нашим следам. Откуда он знает?
Мужчина зло смотрел на меня. Ноздри его породистого носа раздувались. На щеках вспыхнули красные пятна. Я не сдавалась, не отводила глаз от его лица.
— Ну…, Лорански, — он откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза. — Я сам всю голову сломал. Представляешь, каково это — чувствовать, что все ниточки идут к тебе.
— А ты ни при чём? — я уже видела что, скорее всего, да. Тогда кто-то должен быть очень близко к нему. «Кто? — раздумывала я, но в голову ничего не приходило. — Какой-нибудь подчинённый? Надо подумать на эту тему. Пока ничего умного в голову не приходило».
— Ты голодная? — неожиданно спросил Ардан.
— Знаешь, — рассмеялась я, — последнее время этим настолько мало интересуются, что я скоро забуду, что такое телесная пища.
— По тебе заметно, — кивнул он на моё отощавшее тельце, — пойдём, во всяком случае, на скайлёте с этим проблем точно нет. Мы прошли по одному из коридоров, Ардан нажал кнопку под табличкой с цифрой семь, и дверь отъехала, являя моему взгляду столовую для персонала. Аккуратные ряды столиков, стулья, на стенах пейзажи с фруктами и цветами.
— Смотри, выбираешь замороженное блюдо в автомате, выставляешь температуру подогрева, и через пару минут твой заказ готов. Что ты будешь?
Я подошла, быстро прочитала меню, если честно, то я бы съела всё, что тут есть. Но ограничилась поджаренной курицей с картофелем, пирожком с мясом и горячим шоколадным напитком. Ардан, улыбаясь, следил за мной. Себе он взял только чёрный кофе. Я уселась за столик, посмотрела на еду, блаженно вдохнула её аромат и за пять минут всё съела.
— Так быстро, — удивился мужчина, — обычно женщины едят неспешно, смакуя вкус.
— Я немного необычная женщина, — развеселилась я, — а страшно голодная, это две разные вещи.
— Ну, конечно, это существенно всё меняет, Диана, — улыбнулся он уголками губ.
— Ардан, как ты думаешь, с Генри всё будет в порядке? — на душе было неспокойно, станет ли ему легче?
— Надеюсь, что да, мы узнаем об этом, как только подлетим к Вальпуне. Он сейчас находится в камере Гориоба, слышала о такой?
— У вас что, она есть на космолёте? — удивилась я.
— Конечно, это же боевая единица, здесь запросто могут быть пострадавшие, которым необходимо срочное лечение, — хмыкнул Ардан.
— То есть, мы можем прямо сейчас лететь домой, насколько я поняла, ваш космолёт межгалактический?
— Мы — да, потому что вылетали на нём, так как билетов не было, а ты — нет, тебе необходимо вернуться на пункт регистрации вылета, так как ты по путёвке, иначе возникнут ненужные вопросы.
— Час от часу не легче, — вздохнула я, — то есть Генри обманывал, когда говорил, что увезёт меня сразу.
— Нет, если мы будем возвращать тебя как преступницу, пойманную на воровстве.
— А вы не будете? — я уставилась на Ардана, ожидая ответа.
— Генри сказал, что нет.
Я отвернулась и стала разглядывать пейзаж с какими-то странными голубыми цветами на стене. Они были похожи на небольшие шарики, подвешенные на тонких веточках.
— Нравится? — решил нарушить молчание Ардан.
— Я, вообще, люблю цветы, но эти какие-то странные.
— Это Заоранские неразлучники, если ты присмотришься, то увидишь, они висят парочками, которые можно только разорвать. Просто стены меняют картины в зависимости от того, на какой планете космолёт.
— Интересно.
«Вот бы дома такую стену, — подумала я, — чтобы меняла картину в зависимости от настроения».
— Ну вот, мы на подлёте, — сообщил Ардан, — Генри уже должен восстановиться, думаю, что он скоро подойдёт к нам.
Но он не подошёл. Ни сейчас, ни позже. Мужчина, оставив меня, отправился выяснять, что случилось и где он. Вернулся хмурый, камера не открылась, показав, что человек внутри не здоров. Мы подлетели, Ардан спустил меня рядом с «Ветром странствий». День уже давно перевалил за вторую половину, чем заняться я, мягко говоря, не представляла. Что-то сообщение о том, что с Генри что-т