— Да в прямом, — глаза опять залучились весельем. — Там же надо точно знать, то что хочешь. Иначе рискуешь попасть впросак.
— Это как? — снова не разобралась я.
— Ну если ты пожелал чего-то, то надо желать от чистого сердца, тогда обязательно сбудется. Ты знаешь, что это планета, на которой за мысли можно сесть в тюрьму.
— Что, на самом деле?
— Конечно, — кивнул он. — Вот пожелаешь ты кому-нибудь, чтобы у него язык отсох, и тёмное пожелание мгновенно оставит у тебя на лице пятнышко, словно родинку. А у обидчика реально отсохнет язык. Как тебе?
— Кошмар. Я об этом не думала. Я почему-то решила, что все туда едут отдыхать. А не посылать друг другу пожелания.
— Ну никто же не отменял человеческий фактор, — рассмеялся Алан. — Так что смотри, точнее свои желания продумывай.
— А их надо произносить, ну там хочу то-то, то-то.
— Нет, — снова рассмеялся мужчина, — надо думать Диана, правильно.
— И все, кто туда летят, умеют правильно высказывать свои желания? — что-то мне всё меньше и меньше нравилась перспектива стать конопатой, зная свой характер.
— Ладно, не пугайся, — засмеялся Алан, демонстрируя белоснежные зубы, — смотри сколько народа, значит, не всё так страшно.
«Загадаю себе красавца мужика, как в книге о драконах, — мечтательно вздохнула я про себя, — и буду лежать на берегу синего моря. И всё. Больше ничего для счастья и не надо. Десять дней солнца, песка, воды и внимание голубоглазого блондина. О чём ещё может мечтать в отпуске девица моего возраста, не обременённая семейными узами? И больше ну вообще ни о чём думать не буду», — пообещала я себе.
Корпорация Раннав.
— Генри, — Ардан быстрым шагом ворвался в кабинет. Он всегда так ходил, когда хотел о чём-то рассказать. — Агент Камрон, переносивший чип, мёртв, — начал он от дверей. — Как ни банально, но у него диагностировали инфаркт. Сейчас в лаборатории проверяют кровь на наличие яда. Сопровождающие его ребята куда-то пропали, но я за них голову бы отдал на отсечение. Они не могли продаться.
— Тогда кто, Ардан? Как так получилось, что этот Камрон остался один в парке на скамейке? — Веравски рассматривал своего подчинённого, слегка прищурив глаза. Ему всё меньше и меньше нравилось происходящее.
— Может, просто шёл, — предположил безопасник, — стало плохо, и он присел?
— И помер на радостях, — не выдержал Генри. — Что-нибудь нашли, может, к нему кто подходил? Не мог чип сам по себе испариться? А вот перейти на живого носителя мог. Не поэтому ли Камрону организовали похороны? И куда делись твои остальные проверенные ребята? Не он ли их убрал, чтобы оказаться в парке одному?
— Наших агентов ищем, думаю, что скоро запеленгуем. Через двенадцать часов включатся дополнительные датчики, и мы их обязательно отследим. По парку проверяем все камеры слежения, установленные на входе и выходе, первые предположения уже есть. Вот смотри, — и он вывел на экран женскую фигуру, — она первая, кто заходил на парковую дорожку следом за Камроном.
Девица была странная, явно шла во второй половине ночи с работы, судя по офисной одежде. «Интересно, где можно работать по ночам? — хмыкнул про себя Генри. — Одета непривычно для ночной охотницы, как они любят называть себя на первом уровне». Он никогда услугами подобных девиц не пользовался, но у клиентов бывают разные предпочтения, решил и выбросил её предполагаемую работу из головы.
— Какая-то она страшненькая, метиска что ли, с инопланетными? — уточнил у Ардана, разглядывая узкие глаза-щёлки, вывороченные губы и нос картошкой.
— Да нет, — покачал тот головой, — полностью человек по ДНК. Сейчас по базе пробиваем фамилию и место жительства.
— Как что узнаете, сразу ко мне, — поморщился Веравски. Что-то в этой истории его напрягало, как будто не хватало главного действующего лица.
Вилла Тастания. Первый уровень.
— Я нашёл её, — голос говорившего с ним профессионального убийцы снова не поддавался идентификации.
— Её? — не понял Кордеций, последние часы он был словно на иголках. В это мероприятие вложена огромная куча денег и уже найдены покупатели, с которых сразу же и была содрана предоплата. Поэтому он был очень заинтересован в решение вопроса в ближайшие часы. — Это что, баба? — уточнил на всякий случай, думая, что ослышался.
— Девушка двадцати четырёх лет от роду. Не замужем, живёт во втором секторе, — прошипел снова в ответ собеседник.
— Ну тогда я думаю проблем у тебя быть не должно, решай скорее вопрос.
— Не всё так просто, — раздалось продолжительное молчание, и Кордеций не выдержал.
— Ну что там ещё?
— Мне нужны деньги.
— Что? — поперхнулся мужчина. — Я и так отвалил тебе кучу шенгов, — возмущению его не было границ. «Да что он о себе возомнил?» — билось в его мозгу.
— Она улетела на Заоранию, — так же беспристрастно сообщил собеседник. — Ну так мне её искать или вы снимаете заказ в связи с новыми обстоятельствами дела?
— Подожди, подожди, — засуетился Кордеций, — ты уверен? Ты же сказал, что она жительница второго уровня.
— Ей за смехотворную сумму продала горящую путёвку «клубничка» вашего соседа. Надеюсь, что не надо говорить, кого я имею в виду.
— Нет, нет, — сразу оборвал его мужчина, — я всё прекрасно понял, о каком любителе острого ты говоришь.
— Ну так что по нашему делу?
— Вылетай, я переведу тебе деньги, — сквозь зубы процедил Гордеций. — А как ты её там найдёшь?
— Это уже мои проблемы, — рассмеялся голос и в нём впервые появились человеческие нотки, — как всё сделаю, сообщу, — и отключился.
Диана.
Наш полёт подходил к концу. От этого было немного грустно. Мой сосед подустал и теперь дремал в кресле, а я просто фонтанировала энергией. Примерно на середине пути нам предложили открыть экраны. Я сразу не поняла, что это, а когда увидела, зависла, раззявив рот. В это время космолёт рассчитывал координаты для следующего прыжка и пассажирам, которые не спят, предлагали полюбоваться космическим мирозданьем. Судя по тому, что рот открыт был только у меня, я была здесь единственная, кто это не видел. Алан не зло пошутил, что ко мне уже все мухи залетели в рот, пока я рассматривала далёкие звёзды, висящие в чернильной пустоте.
Пока длился полёт, нас несколько раз кормили, отчего мне стало казаться, что постепенно начинаю приобретать форму шара, я никогда столько в своей жизни не ела. Если мечтаешь заработать себе на путёвку и необходимо ходить в салон, где тебя более-менее приведут в порядок, чтобы соответствовать уровню «Интерплазиса», о еде надо забыть. Поэтому я сначала отрывалась, пробуя всё, что можно, потом набивала желудок впрок, не зная, что меня ждёт впереди. За новыми впечатлениями время пролетело незаметно, и вот теперь я снова сидела пристёгнутая, готовясь к первой моей в жизни посадке.
Она порадовала тем, что только несколько раз нас тряхнуло основательно и всё. А то, вспомнив, как мы взлетали, я уже стала переживать, а не переела ли случайно. Космопорт Заорании, как две капли походил на космопорт Ириладии, только размерами был намного больше, и стартовых столов здесь было штук шестнадцать не меньше.
— Ты знаешь куда тебе? — поинтересовался идущий рядом Алан.
— Нет, — пожала я плечами, — только название, и всё. Наверно здесь есть указатели?
Он странно посмотрел на меня и расхохотался.
— Какие указатели, Диана? Ты находишься на самом дорогом курорте Вселенной. Здесь персонал будет за тобой бегать и исполнять все твои прихоти.
— Ой, не надо, — перепугалась я. — Я свои прихоти люблю сама исполнять.
— Кстати, а ты багаж собираешься забирать, если да, то тебе вон к той стойке, — кивнул он в сторону.
— Нет, — гордо покачала я головой, — я путешествую налегке.
Не объяснять же всем, что я неслась, выпучив глаза, чтобы успеть к отлёту. Он странно посмотрел на меня, потом опять рассмеялся.
— Знаешь, будь я чуть помоложе, обязательно бы приударил за тобой. Первый раз встречаю женщину на Заорании без багажа.
— Всё когда-то бывает в первый раз, — философски изрекла я, высматривая табличку с названием отеля, где мне предстояло провести десять волшебных дней.
— Как называется отель, куда ты приехала? — поинтересовался Алан.
— «Ветер странствий», — ответила я.
— О, это судьба, мне тоже туда. Пойдём уже, женщина, не обременённая багажом, у меня здесь есть личное транспортное средство.
— Ух ты, спасибо, — произнесла я и довольная отправилась за Аланом. Иногда судьба всё же подкидывает полезных попутчиков.
Как только покинули здание космопорта, я остановилась, как вкопанная. Передо мной простиралось бескрайнее голубое небо, по которому плыли редкие белоснежные облака, похожие на пирожное безе. Транспортным средством оказалась ландо, запряжённое двойкой породистых рысаков. Я никогда раньше не видела лошадей живьём, только на экране. Обернувшись, спросила молчаливое согласие и понеслась погладить животных. Всё, весь мой мир перевернулся, когда тёплый нос ткнулся в ладонь.
— Ой, мамочка, какой хорошенький, — шептала я, поглаживая его, он был мягкий и бархатистый на ощупь.
— Диана, — позвал Алан, — ты собираешься ехать?
— Конечно, — ответила и через минуту сидела рядом с ним. Ландо мягко покатило вперёд. По дороге росли удивительные по красоте деревья и кустарники, некоторые из них цвели, разливая в воздухе нежный аромат.
— Я, наверно, не надышусь, — пробормотала я.
— Смотрю на тебя и завидую, — Алан покачал головой, — всему радуешься, всё замечаешь и любуешься. Редкое качество.
— Нет, — не согласилась я, — просто, когда твоя мечта становится явью, понимаешь, что больше ничего и не надо.
— Диана, а что ты видишь вокруг себя?
— Как что? — не поняла я. — То же, что и вы. Голубое небо, цветущие деревья, вот этих лошадей, — ткнула я пальцем, — и ландо, в котором мы едем.
— Лошадей? — переспросил он и неприлично громко засмеялся.
— А что? — снова не поняла я.