олнение ваших профессиональных обязанностей. — Закончила.
— А терапевтам что делать? — Послышался голос из зала.
— Стоматологам?
— Окулистам?
— Неврологам?
Подумав несколько секунд, я приняла решение.
— Кто из вас хочет учиться? Нам позарез нужны профессии связанные с деторождением. — Развела руками.
После минутных шепотков и тихих пререканий вперед выступили несколько женщин.
— Мы можем ассистировать при операциях. Медсестры ведь тоже нужны. — Я кивнула.
— А еще нам будут нужны преподаватели для обучения подрастающего поколения медицине, так что советую не забывать ваш опыт, а так же предлагаю начать изучать анатомию таров и ларов. Но это все уже после того, как вы пройдете брачное испытание. — Оповестила я.
Закончив, услышала шепоток справа.
— А король-то ничего такой. Вот бы от него ребенка…, - закончить женщина не успела, так как Ам резко оброс шерстью и повернулся к неудачливой даме с перекошенным яростью лицом.
— Рыр-р-р. — Женщины мигом отпрянули к стенам и попытались с ними слиться. Все, кроме той самой болтушки, заглядывающейся на чужих королей, она замерла на месте от страха. Пусть сама себе принца на белом нау ищет.
— Ам, возьми себя в руки. — Обхватила лицо мужа руками и заставила посмотреть мне в глаза. — Все хорошо. Она пошутила и больше так делать не будет. — Женщина быстро закивала головой, что мол, действительно, не буду.
Амиа притиснул меня к себе, уткнулся носом в мою макушку и принялся делать глубокие вдохи, постепенно успокаиваясь и возвращая себе нормальный вид. И что его так разозлило? Подумаешь, другая женщина оценила его достоинства вслух.
— Извини. — Глухо пробормотал мне в волосы, нехотя отодвинулся и окинул взглядом всю замершую честную компанию. — Никто не имеет право сомневаться в выборе моей туа. Даже другие женщины. — Громко прозвучали его слова в тишине зала. Все собравшиеся тут же закивали головами, как болванчики.
После этого заявления я была подхвачена на руки и под ошалевшими взглядами новых подданных, вынесена из зала. Лишь, когда меня уже несли по коридорам дворца, я решилась задать вопрос.
— Ам, ну чего ты так взъелся? — Спросила осторожно. — Ну, подумаешь, сказала женщина не подумав. Она же не имела в виду ничего такого. — Не обращая внимания на мои робкие попытки поговорить, меня молча донесли до покоев, где и поставили на пол.
— Ты не понимаешь? — Наконец, соизволил спросить меня муж, натаптывая круги вокруг дивана.
— Не понимаю. — Согласилась. — Объясни мне, пожалуйста, почему ты едва не довел женщину до разрыва сердца?
Амиа остановился и глубоко вздохнул, поднимая на меня упрямый взгляд.
— Инесса, она предположила, что я смогу каким-то образом отдать для нее своего ребенка, в то время, когда я давал клятву лишь тебе, и душу свою тоже отдал тебе. Лишь моя туа может иметь от меня плод, лишь ее я могу допустить до своего тела, лишь с ней я чувствую слияние душ. — Он снова заметался по комнате. — Нельзя говорить мужчине, у которого есть туа, что кто-то другой хочет от него такой же преданности и слияния.
О, боже ты мой, собака зарылась в этом случае в пуританском воспитании этих мужчин. Надо бы предупреждать приходящих женщин об этом, а то ляпнет кто-то что-то, и будет потом с оторванной в порыве гнева головой ходить.
— Ам, в нашем мире нормально давать словесную оценку, как мужчинам, так и женщинам. Не совсем красиво, конечно, но и такое поведение бывает. Женщина не имела в виду, что хочет от тебя ребенка, она сообщила о том, что хотела бы найти такого же мужчину для себя, как ты. Похожего на тебя. — Я мучительно подбирала слова.
— Это ненормально. — Огрызнулся муж. — Ни женщины, ни мужчины не являются товаром в лавке. Брачные метки даруются богами, и нельзя просто так попрать то, что дано свыше.
— Я уже поняла. — Простонала, прикрывая глаза.
Через десять минут к нам заглянули Рок с Виткой.
— На вас Клава нажаловалась, что вы чуть кардиолога до сердечной недостаточности не довели. — С порога заявила о цели своего визита подруга.
Вполголоса рассказала ей о том, что произошло, в то время как Ам отвел Рока в угол и что-то бурно обсуждал с ним.
— И меня сюда унес. — Закончила рассказ.
— Это она зря к королю подкатить попыталась. Хотя, если бы она к Юти полезла, то Клавдия бы ее скальпелем на ремешки покромсала. Это ты у нас спокойно к чужому оценочному восприятию относишься. — Высказалась Витка, поглядывая на все еще нервного короля.
— Я волновалась, как бы Ам ей язык не укоротил в прямом смысле. — Пожаловалась.
— Не-не. Амиа — джентльмен до кончиков волос. Порычать на неразумную бабу он еще может, а вот чтоб руки распускать — это не его. — Отмахнулся наш семейный консультант.
— Сегодня все напугались. — Вздохнула я.
— Пусть боятся. Зато сразу видно, что власть страшная и лезть к вам не надо. — Хихикнула Вита.
Я задумалась над этими словами. Стоп!
— А где Изольда? Она же к Оти уходила! — Занервничала я.
— И что? — Нахмурилась подруга.
— Как что? Сначала этот иллюзионист под мороком короля ко мне в кабинет прошел, потом эта женщина его из себя едва не вывела….
— Это ж-ж-ж неспроста. — Подтвердила мои опасения Витка.
— Если завтра сама не явится, искать пойдем. — Решила я, после минутных размышлений.
Глава 20. Если он не дай бог
Этим моим планам было не суждено сбыться, хотя бы потому что весь дворец проснулся посреди ночи от сильного грохота. Мы с Амом в ужасе подскочили на кровати, а за стенкой громко заревел сын. Пришлось бежать и успокаивать. Едва Атеа насытился молоком, как грохот повторился, и Амиа прилетел вестник. Я, наблюдая картину, как король пытается судорожно найти второй сапог, стоявший себе спокойно у двери, отдала спящего принца заглянувшей к нам Саше и, запахнув халат, принесла обувь мужу.
— Ну и кому там опять плохо? — Зевая спросила, попав ногами в теплые пушистые тапочки.
— Лар Тут отправил сообщение, что в погребе завелся Бохут. — Ам завязал пояс халата и пошел к двери.
— Кто завелся? — Я поспешила за ним, так как никогда в жизни не видела этих самых Бохутов.
— Бохут. Это такой мелкий дух хаоса и разрушений. — Коротко поведал мне муж, уже спускаясь по ступенькам.
— Страшный? — Я передернула плечами.
— Скорее неприятный, — поморщился муж, но тут же успокоил. — Тебе он навредить не сможет.
Это не могло не радовать. Я вообще от всяких вредителей несколько устала. В кухне нам встретился растерянный лар Тут и Рок из-за плеча которого с любопытством выглядывала Виталина. Все настороженно поглядывали на дверь, ведущую в погреб.
— Ну, кто пойдет? — Подруга подпрыгивала от нетерпения.
— Я пойду. — Смирился со своей участью Ам, показав взглядом Року, что он отвечает за меня.
— Я тоже хочу! — Насупилась было я, но мои слова вновь потонули в грохоте, доносящемся снизу и неразборчивой до боли знакомой ругани.
Мы переглянулись и, не сговариваясь, ломанулись вниз все, кроме Тута, который остался в кухне. Ступеньки закончились быстро, и мы выскочили в коридорчик, тускло освещенный магическими светильниками.
— И куда? — Прошептала я, когда мы оказались в переплетении стеллажей и коридоров.
— Инн, а помнишь ту бочку с перебродившим соком? — Тихо спросила Витка.
— Точно! — Я схватила Ама за руку и потащила его по старой памяти в то место, которое показал нам тар Лий.
Бочки были разбросаны по всему отсеку и даже в проеме коридора. Из-за одной из них вертикально торчала нога в мягком сапоге.
— Да здесь не Бохут, а бухун. — Покачала я головой, пробираясь через бочки к лежащему в неестественной позе телу, стараясь глубоко не вдыхать сивушное амбре витавшее в воздухе.
Амиа отодвинул меня в сторону и раскидал бочки к стенам, открывая нам дорогу. Нога, поднятая вверх, дернулась.
— Пл-о-охой, значит, о-отец. — Донеслось до нас бормотание. — Не-едостоин детей…. А сама то! — Последний выкрик получился четким и громким.
— Алкаш доморощенный. — Мы с Виткой обменялись печальными взглядами.
— И что теперь с ним делать? — Амиа с Роком явно впервые столкнулись с упившимся в зюзю богом.
— Спать уложить. — Пожала я плечом.
Виталина поддержала мое решение, аргументируя этот тем, что мы-то знаем, как пьяного мужика утихомирить. Опыт, как говорится, не пропьешь. Но, стоило нам наклониться над Лэфом, чтобы проверить степень его невменяемости, как он неожиданно открыл глаза и с глупой улыбкой заявил.
— Ой, какие вы страшненькие-е.
Мы с Витой переглянулись, а Ам глухо зарычал.
— Лэф, ты нормальный вообще? — Помахала у него перед лицом ладонью.
— А Оти такая красива-а-я, но така-ая дура-а зеленая. — Напившийся бог сморщил нос и громко рыгнул. — Чего вы такое там хранили гадкое? И невкусное даже совсем. А она меня тогда поцеловала, и сожгла, помните? Вы ее тоже этим поили. — Он перескакивал с темы на тему, по-прежнему бессмысленно улыбаясь.
— Инн, он две трети из бочки выпил. — Виталина додумалась изучить тару.
— Там же градусов сорок было. — Ужаснулась я.
— Залпом, между прочим. — Заплетающимся языком добавил нарушитель спокойствия.
— Алкоголик. — Рявкнула на него Витка. — Бедная Оти тройню ждет, а ты по чужим подвалам шатаешься и глотку свою заливаешь.
— Тройню? — Лэф даже вскочил на ноги, но, не рассчитав силы, рухнул на соседнюю бочку, разбив ту в щепки и искупавшись в липком соке. Ам перехватил меня поперек талии и вовремя отпрыгнул, чтобы не испачкаться. Виталинке повезло меньше, так как Рок несколько замешкался. — Как тройню? — Раздалось из-под щепок.
— Ты не знал? — Я укоризненно посмотрела на Витку, закрывшую рот рукой. — А из-за чего ты тогда напиваешься?
— Меня жена бросила, между прочим. Пришла ко мне в подземный дворец и ка-а-ак бросит. — Он недовольно икнул. — И сказала, что я мыр общипанный и шог трехлапый. И во-о-обще, это я во всем виноват. И ушла. Дур-р-ра. — Лэф пьяно махнул рукой и покосился на недопитую бочку.