ей.
Она любила дельфинов, как собственных детей.
Хэтчеру понравились ее отношение к животным и ветеринарные знания, и он предложил ей поучаствовать в борьбе с китобойным промыслом. Думал, что придется уговаривать, как это обычно бывало, но внезапно Маша с готовностью согласилась на предложение. Он все еще помнил, как красивая блондинка пожала плечами и улыбнулась, подобно теплому гавайскому солнцу.
Она сказала: «Однажды мне встретился человек, который защищал этих прекрасных детей, как ты. Он изменил меня».
Каждый раз, вспоминая ту Машу, Хэтчер чувствовал сожаление при виде ее обезображенного лица.
Одно поддерживало его – вера в то, что странная болезнь обязательно привлечет внимание ученых, раз уж эпидемия достигла таких масштабов, и рано или поздно решение найдут.
Он говорил это каждый день себе и членам экипажа.
Это было единственное, чем он мог помочь команде.
Умышленно или интуитивно он направил корабль к внешней границе Японского моря, так как чувствовал, что появились какие-то новости и там он узнает их поскорее.
Но первым позвонил ему Энди Райли.
– «Карл Рейн»!
При виде мигающей зеленой лампочки разум Хэтчера в одно мгновение выдал бесчисленное количество догадок, как хороших, так и плохих. Он подождал некоторое время, чтобы успокоиться, прежде чем поднять трубку интеркома.
– Привет… это Хэтчер? – Собеседник сразу узнал его голос, и Хэтчер также почувствовал, что звонивший ему знаком.
– Да, вы…
– Я – Энди Райли, мы разговаривали несколько раз.
Капитан вспомнил, что этот человек интересовался передвижениями Ватанабэ Ю. После побега японца они еще пару раз общались.
– Привет, – поздоровался он.
– Я хочу попросить вас об одолжении, – Энди перешел сразу к делу.
– Почему я должен вам помогать? – хмыкнул Хэтчер. – Как там наш японский парень?
– Вы смотрели новости в последнее время?
– Нет, – Хэтчеру не понравилась манера разговора собеседника, который отвечал вопросом на вопрос.
– В Японии появился монстр. Такой же, как тот, которого вы видели в море, но он в десятки тысяч раз больше.
– Ммм…
– Это дело рук Ватанабэ Ю.
– Можно было бы догадаться.
– Мне нужна ваша помощь, чтобы уничтожить это чудище.
– А вам оно по силам? – Хэтчер повысил голос, и маска равнодушия, которую он так старательно поддерживал, разбилась вдребезги.
– У нас появились идеи, которые в теории можно осуществить.
– То есть вы научились лечить эту болезнь?
– Какую болезнь?
– Просто… эти штуки растут на человеческом теле, а могут и внутри.
– Те же симптомы, что и у Ватанабэ Ю?
– Он тоже заразился? – спросил Хэтчер, и его сердце переполнили смешанные чувства, одновременно радость и печаль.
– Да, – ответил Энди и быстро добавил: – Честно говоря, пока не научились. Пока что рекомендуется держаться подальше от пластика, чтобы симбионт в теле замедлил рост, а потом уже думать, что делать дальше.
Сердце Хэтчера похолодело.
– Самое важное сначала уничтожить этого монстра, чтобы ученые сконцентрировались на изучении вопроса. Он окружил весь остров Сикоку в Японии, и более двух миллионов человек не успели эвакуировать. Симбионты готовы вторгнуться в город, и последствия…
– Но мой корабль сейчас ни на что не годится. Все члены экипажа заражены. Почему я должен заботиться о других? Обо мне кто позаботится? – взревел Хэтчер, перебивая его.
Энди ответил не сразу, а затем медленно произнес:
– Хэтчер, вы не такой человек. Вы не станете игнорировать других из-за того, что кто-то забыл о вас. Вы проработали пожарным более тридцати лет. Сами все знаете.
– Не думайте, что раскусили меня, – пробурчал Хэтчер. – Я бы не позволил своей команде так рисковать…
Он ударил по деревянной панели, щепки разлетелись повсюду, а висевшая на стене фотография в рамке упала и приземлилась у его ног.
Хэтчер наклонился, чтобы поднять ее, а когда разогнулся, то увидел в дверях Машу и еще двоих волонтеров.
– В чем дело? – спросил Хэтчер.
– Папа, – прошептала Маша, делая шаг вперед, – пожалуйста, выйди из рубки.
– Почему?
– Ты больше не можешь руководить нами. Мы проголосовали, и настоящим я объявляю, что отстраняю тебя… – Маша сделала паузу. – Отстраняю от всех должностей.
Хэтчер обескураженно спросил:
– Какого черта?
– Папа…
– Это шутка?
– Нет, Папа. Я знаю, с чем ты борешься, мы все это знаем… – Маша подошла и хотела похлопать Хэтчера по плечу, но тут же опустила руку. – Это наша судьба, ты не должен брать на себя ответственность.
– Но…
– Папа, посмотри, кем мы стали. – Она указала на свое лицо. – Ты понятия не имеешь, что мы чувствуем…
– Я…
– Хэтчер, хватит. Ты больше не несешь за нас ответственность.
Он уже открыл рот, хотел что-то сказать, но в конце концов слова превратились в долгий вздох.
– И что мне делать? – спросил он.
– Можешь отплыть на спасательной шлюпке… – предложила Маша.
– Или…
– Или, – Маша отступила назад с озорной улыбкой, – ты можешь быть моим заместителем.
Хэтчер тоже улыбнулся. Он подумал, что если кто и мог занять его место, так это Маша, и торжественно поприветствовал ее:
– Первый помощник Хэтчер Крестон докладывает капитану!
У него словно камень с души упал. Это было так приятно.
– Я Маша, новый капитан «Карла Рейна», – сказала она в интерком. – Мы согласны.
Потом отключилась и вышла. Экипаж сидел, запершись в каютах, и она позвала всех в кают-компанию. Оттуда убрали все пластиковые изделия, включая столешницы, остались только металлические ножки столов, прикрепленные к полу, как сталагмиты, торчащие вверх.
Экипаж стоял молча, у большинства виднелись раздутые наросты на коже, как на маскараде в ночь Хэллоуина.
Маша пересказала разговор с Энди, упомянув, сколько людей можно спасти с их помощью. Тех самых людей, которые отвергли «Карл Рейн» и выгнали его в открытое море.
– Изначально мы собрались на этом корабле, поскольку готовы сделать то, чего никто другой не делал. – Маша впервые держала речь как капитан. Она все еще говорила с жаром, хотя энтузиазм чуть поугас.
Хэтчер посмотрел на нее и как будто вернулся в момент их первой встречи. Перед ним снова стояла та самая оптимистичная, солнечная, активная и полная энергии девушка. Он обвел взглядом остальных и увидел тот же свет в их глазах.
Да, они никогда не теряют позитивного настроя, тем более когда в них нуждались остальные.
Все без колебания были готовы последовать за новым капитаном куда угодно.
– Говорите, что нужно делать? – Маша позвонила Энди.
Тот подробно объяснил план операции:
– В Тихом океане плавает большой остров из пластикового мусора. Настолько огромный, что его еще называют Восьмым континентом. Из-за напора океанических течений основная его часть находится сейчас примерно в четырехстах морских милях к юго-востоку от «Карла Рейна». Остров нужно отбуксировать в воды Японии.
– А как переводится название Циндао? – спросил Хэтчер.
– Легкий остров. Вы поймете почему, когда увидите: это рукотворный остров из переплетенных пластиковых волокон.
– Хорошо, это не проблема, – согласилась Маша.
Когда «Карл Рейн» согласился участвовать в миссии, то он словно ожил: экипаж вернулся в прежнее состояние, разделяя обязанности и работая вместе, а также больше общаясь друг с другом.
Всего за сутки корабль добрался до точки, координаты которой задал Энди.
Волонтеры и раньше видели, как люди сбрасывают отходы в море, но никогда не видели такого огромного количества пластика.
Разноцветный мусор плавал, как ряска, и это полотнище растянулось, насколько хватает глаз. Члены экипажа стояли бок о бок на борту корабля, глядя на этот безжизненный и бесплодный континент. Вблизи такого объема пластика наросты на их телах завибрировали.
– Папа, мы… я боюсь… – Маша колебалась.
Хэтчер посмотрел на них и понял, что сделать это может только он. Если любой другой человек ступит на такую «землю», то их ноги, зараженные симбионтом, сразу превратятся в опухший кусок плоти…
– Все в порядке, оставайся на борту, я сам.
Найти рукотворный остров, о котором говорил Энди, было несложно: его правильная поверхность бросалась в глаза на этом хаотичном мусорном континенте.
Хэтчер спустил спасательную шлюпку с борта корабля, протащил два троса и в одиночку поплыл к нему. Приблизившись вплотную к берегу Циндао, он ясно увидел, что поверхность, покрытая аккуратным узором и бликующая на солнце, на самом деле соткана из пластиковых волокон. Он ткнул веслом в молочно-белую землю, та сразу ушла под воду, но вскоре всплыла, а из щелей в переплетениях сочилась вода, как ни в чем не бывало.
Хэтчер еще раз убедился, что поверхность сможет выдержать его немалый вес, затем бросил якорь и прыгнул на берег.
Недалеко от воды он неожиданно обнаружил нечто странное: большую «полынью», ящик с инструментами, шкуры животных и несколько бутылок с непонятным содержимым. Открыл одну, и в лицо ему ударила сильная вонь.
Он выбросил бутылку, попятился и встал, тяжело дыша, с подозрением глядя на оставленные кем-то вещи. Кто-то явно жил на этом искусственном острове.
Пока Энди ждал ответа, Хэтчер закончил осмотр и вернулся на берег. На Циндао негде было закрепить трос, и он лег на живот, попытался отодрать пластиковые волокна и выкопать яму. Трехмерное плетение отличалось от вязаного бабушкиного свитера и не походило на однослойные трикотажные ткани. Остров был от и до соткан трехмерным способом. Каждый узелок сцеплялся с другими во всех направлениях. Материал оказался настолько прочным, что, даже помогая себе обеими руками, на нем нельзя было оставить даже следа.
Хэтчер вернулся в шлюпку, взял весло и его деревянной ручкой принялся изо всех сил давить на поверхность, однако даже так ему удалось проделать в «земле» лишь неглубокую ямку.