Андрес достал пистолет и передёрнул затвор.
— Господин комиссар, я пойду? Проверю?
— Вместе пойдём, — ответил Хенрик.
И пошёл вперёд.
Не доходя метров десять до лежавшего в траве человека, он окликнул его.
Сначала по-эстонски. Потом, немного погодя, по-русски.
Человек никак не реагировал на его слова. Он лежал неподвижно. На миг комиссару показалось, что он слабо шевельнулся, но тут же он понял, что это просто иллюзия, вызванная движением стеблей травы у его раскинутых рук.
Нет, этот человек был неподвижен. Абсолютно.
Они подошли вплотную.
Андрес, не убирая пистолет, склонился над лежавшим и, приложив палец к шее, проверил пульс.
— Похоже, труп.
— Что там написано? — Хенрик показал на лист картона. — Там буквы какие-то. Маркером или фломастером нацарапали.
Андрес перевернул лист и прочитал:
TERE TULEMAST!1
— Очень вежливые люди, — заметил комиссар.
— Ещё, — прошептал, побелев от волнения, Андрес и показал на густые заросли метрах в трёх от этого места.
Приглядевшись, комиссар увидел под наклонившимися к земле ветвями чьи-то ноги.
— Ещё двое, — констатировал комиссар. — Как минимум…
Брюки всё того же камуфляжного цвета. Две пары шнурованных ботинок с рифлёной подошвой отчётливо были видны комиссару.
Ещё два тела лежало в стороне от первого трупа.
— Быстро посмотри на этого, — Хенрик показал на первый труп. — Перчаток нет? Тогда не трогай. Только внешний осмотр. А я на тех двоих гляну. И заодно посмотрю, нет ли там ещё мертвецов. Может, их там ещё штук пять накидали.
— Господи, что у нас с лесами творится, — прошептал Андрес, наклоняясь к телу. — Прямо в кладбища превратились.
Убитый лежал на спине, потому глубокий разрез на его шее был отчётливо виден Андресу. Разрез был настолько глубокий, что Андресу даже показалось сначала, что по горлу ударили топором или острым краем лопаты. Но, приглядевшись к разрезу, Андрес заметил, проходит он очень ровно, словно проведён по линейке. И Андрес решил, что, пожалуй, горло резали кинжалом или прочным и очень острым ножом. Резали не спеша, может быть, зажав голову жертвы согнутой в локте рукой. Зафиксировав. И с одним сильным нажатием перерезали горло. Спокойно и профессионально.
И ещё Андрес увидел расплывающееся тёмное пятно на куртке убитого. Андрес кончиками пальцев распахнул полы куртки и увидел такое же (если не больше) пятно на майке защитного цвета. А в середине этого влажно блеснувшего пятна, чуть ниже солнечного сплетения — большое отверстие с рваными краями. Кровь перестала уже сочиться из него, лишь когда Андрес чуть пошевелил тело — струйка стекла к животу, тут же впитываясь и без того до отказа пропитанной кровью, отяжелевшей, липкой тканью.
«Ударили чем-то?» подумал Андрес. «Или выстрел в упор?»
Присмотревшись к ране, он увидел, что края ткани возле отверстия съёжились и уплотнились, будто были слегка подпалены.
«Стреляли» решил Андрес. «Интересно, что же за калибр?»
— «Ремингтон»? — Андрес услышал голос комиссара.
— Что? — переспросил Андрес.
— Да я вот думаю, — ответил Хенрик, — из «Ремингтона» стреляли или из чего другого? Как там твой клиент?
— Глубокая рана в животе и горло перерезано чуть не до позвоночника, — ответил Андрес.
— И моих двоих та же картина, — отозвался комиссар. — Где здесь ближайший полицейский участок?
— Точно не скажу, — ответил Андрес. — Может, в Кехре…
— А телефон?
— Там же, наверное, — Андрес пожал плечами. — Может, где-нибудь ближе…
— В общем, так, — решительно заявил комиссар. — Беги к Ильмару, скажи, чтобы ехал и срочно вызывал сюда бригаду из нашего управления. И медиков с экспертами. Разберёмся с трупами и сегодня же продолжим всю эту территорию осматривать. Не мешкая! Уверен, что где-то здесь есть место, куда посторонним подходить небезопасно. Уж больно много трупов здесь стало попадаться…
Андрес побежал к машине.
— А ведь убил их не здесь, — тихо сказал комиссар, глядя вслед Андресу. — Столько крови из тел вытекло, а на траве — ни пятнышка. Видимо, на машине тела сюда и привезли. Стало быть, кто-то нас тут ждал. И точно знал наш маршрут.
И комиссар посмотрел на тянущиеся от дороги следы колёс.
— Да, знали маршрут, — решил Хенрик.
— 26 —
14 сентября, 1994, среда, 03.15, Таллинн
«Егерь — Контролёру.
Оперативный отчёт по проекту «Аргумент»
«Лесная группа» / акция блокирования.
Настоящим информирую о том, что блокирование действий следственной группы эстонской полиции на объекте полигон сорвано.
При выдвижении к месту проведения операции «Лесная группа» ликвидирована исполнителями Топоркова.
Контакты Топоркова с сотрудниками криминальной полиции под полным нашим контролем. С уверенностью могу сказать, что от криминальной полиции Топорков данные по «Лесной группе» и отгрузкам с «Полигона» не получал.
Служба безопасности Топоркова сбор информации по данной теме не проводила.
Предполагаю, что информация Топоркову передана кем-то, кто не имеет с ним постоянных контактов, но, при этом, имеет общие деловые интересы.
Поскольку Топорков перебросил груз с объекта «Полигон» на действующие военные склады, т. е. фактически под контроль военных структур, канал утечки информации следует искать не среди его поставщиков, а в эстонских государственных организациях, т. е. прежде всего в Министерстве обороны либо в КАПО.
Вероятнее всего, информацию Топоркову передали через посредника со стороны (информаторов Топорковы в его холдинговых структурах мы контролируем), поэтому расследование в рамках его компании считаем нецелесообразным.
Рекомендация Завхоза — начать работу по линии КАПО.
Прошу санкционировать привлечение Бегуна к этой операции.
«Контролёр — Егерю.
Использование Бегуна не подтверждаем.
Никаких мероприятий по работе в указанном Вами направлении не проводить.
Указания группе по дальнейшей работе будут даны отдельно.
Дачнику просим сообщить, что нас чрезвычайно беспокоит его здоровье.
Завхоза просим быть на связи, город не покидать.
В ближайшее время нам потребуется его помощь.
Ввиду чрезвычайной важности задания просим Завхоза минимизировать контакты с «Фениксом».
Задание он получит непосредственно от Центра при личном контакте.
Данный канал связи прошу впредь не использовать.
Данные и шифр-плату уничтожить.
— 27 —
14 сентября, 1994, среда, 08.05, Таллинн
— Юри, здравствуй. Подключи скремблер, пожалуйста…
Чуть слышный щелчок. Шорох в трубке.
— Всё, в защищённом режиме…
— Меня слышно?
— Да, слова только тянутся. Никак не привыкну…
— Ничего, что так рано звоню?
— Нет, Густав, всё в порядке. Я как раз на работу еду. Что-то случилось?
— Надо выйти на связь с Эйнаром. Попроси его пригласить Максима на чашку кофе. По моему, самое время мне с ним встретиться лично.
— Что, ситуация осложняется?
— Похоже. От кого пришла информация по этим лесным диверсантам?
— Наша служба перехвата. Мы держим под контролем канал связи на Пыхья…
— Как сообщения шифровались?
— Аппаратно. Шифр-плата на компьютере. Шифрованное сообщение передавали по открытому каналу. Электронной почтой.
— От кого пришла информация по шифру?
— Максим вывел нас на точку связи. Информация по алгоритму шифровки и дискета с кодами тоже от него.
— Он дискету копировал?
— Да.
— Юри, я много раз предупреждал, что русских можно считать идиотами только если пишешь статью по заданию какого-нибудь демагога с Тоомпэа. На деле, к сожалению, мозгов у них хватает. Вы прокололись, Юри. Причём основательно.
— Густав, поясни.
— Русские знают, что канал связи под нашим контролем. Догадываются, что именно мы сорвали им операцию по ликвидации твоего друга из крипо. А Максима, похоже, обложили так, что я ни малейшей щёлочки для него не вижу.
— Чёрт!
— И ещё. Русские дали сигнал на уничтожение аппаратуры связи. Кто такой «Егерь»?
— Он в «Фениксе». Обеспечение связи.
— Похоже, он эту связь теперь и уничтожает. Скорее всего, уничтожил.
— Я направлю группу на Пыхья.
— Поздно, я думаю. Хотя… попробуй. В любом случае, Егерь — отработанный материал. И Максим, похоже, так же не сможет быть нам полезен в будущем. Надо выкачать из него данные по максимуму и предложить выезд с минимальной суммой. Если не самоубийца — согласится.
— А паром?
— Да это же чушь, Юри! Страшилка для выкачивания денег! У русских полный провал с «Фениксом». Они это уже поняли либо поймут окончательно в ближайшие дни. Едва ли в таких условиях они рискнут лезть на паромные линии.
— Не так всё просто, Густав. Мы знаем только о «Фениксе», но у русских агентура действует и независимо от этой группы. «Феникс» — разведывательная группа, а не диверсионная. Об их силовых структурах у нас информации никакой. И теперь уж точно не будет. Мы их не контролируем, так что удар они могут нанести в любое время.
— Хорошо… Даже если ты преувеличиваешь… Тем более пригласи Максима на беседу. Как можно скорее. И пусть не стесняется. Ему уже поздно стесняться.
— 28 —
14 сентября, 1994, среда, 13.22, погранпереход Нарва — Ивангород, пограничный пункт таможенного оформления на территории России
— Тук-тук!
Таможенник постучал по двери кабины.
Занавески на стекле дрогнули. Кабина качнулась и где-то в глубине её послышалось сонное кряхтение.