— Надеюсь, ты помнишь наш недавний разговор, — прошипела она. — Больше предупреждений не будет.
Сейчас нас никто не слышал, и от показной вежливости Камиллы не осталось и следа.
Я повернулась к ней.
— Ты ведь знаешь, что происходит с призванными?
Камилла вскинула брови.
— Я не умру. Уж поверь. Я приняла меры.
Пришел мой черед удивляться.
— И какие же?
— Не твое дело, — фыркнула она. — Главное, почаще вспоминай мои слова.
Картинки прошлой ночи снова напомнили о себе, и я вдруг поняла, что смертельно устала. Устала притворяться и бояться. Глубоко вздохнув, я сказала:
— Я не хочу быть здесь, Камилла. Я хочу вернуться обратно. В наш мир.
— Ты хотела сказать, в твой мир? — усмехнулась эссия. — Мое место в Эрдракке.
— Кем ты была до того, как попала сюда? — спросила я. Мне действительно стало интересно.
Камилла в восторге захлопала в ладоши, когда собачки одна за другой стали прыгать в кольцо, которое держала одна из девушек. Я решила, что эссия проигнорировала мой вопрос, но неожиданно Камилла заговорила.
— Работала бухгалтером в заштатной фирме. Все тащила на себе: семью, быт, мужа алкоголика, его дочь от первого брака. Эта дрянь постоянно воровала у меня деньги. Как же я была рада, когда вместо мужа оказалась в объятиях Дариона. — Камилла улыбнулась, потом, спохватившись, добавила: — И владыки Двэйна, конечно же. В том мире я была никем, здесь же меня ценят. Я много значу. И я никому не позволю отнять у меня это.
Я кивнула, удивленная тем, что Камилла вообще решила со мной откровенничать.
— Я и не собиралась ничего и никого у тебя отнимать, уж поверь. Я хочу вернуться обратно, это правда. Меня ждут родители и любимое дело. — Только выпалив это, я вдруг поняла, что ни слова не сказала о Максе. — Если ты знаешь способ, благодаря которому я смогу вернуться, то скажи.
— Неужели тебе и правда здесь не нравится? — удивилась она.
— Нет.
— Но ведь владыка Двэйн самый богатый и влиятельный из драконов Эрдракка. Он младший брат, но когда Дарион умер, вся власть перешла к владыке Двэйну.
— А что случилось с его братом? — быстро спросила я, вспомнив, с какой болью Двэйн говорил о нем. Однако я отогнала пробудившуюся было жалость. Ночью Двэйн меня не пожалел.
— Однажды утром он просто не проснулся. Никто не знает причину. Подозревали яд или иное убийство, но кто знает. — Камилла передернула плечами. — Так что, не лучше ли быть наложницей самого влиятельного дракона Эрдракка, чем обычной смертной в том мире?
— Да на что мне его богатства? — процедила я с досадой. — Я хочу домой.
— Сомневаюсь, что в постели с ним ты притворяешься, — ехидно заметила Камилла.
— Сначала серебряные драконы призвали меня и постоянно опаивали возбуждающими эликсирами. Потом жена одного из них пыталась меня убить, но я выжила. Я пыталась сбежать, за это Двэйн наказал меня. Прошлую ночь я предпочла бы стереть из памяти. Я всего лишь хочу выжить, Камилла, как и ты.
Камилла пристально смотрела на меня, будто выискивая на лице следы лжи, потом вдруг накрыла мои руки своими и чуть сжала.
— Я подумаю и узнаю, что можно сделать. Обещаю.
— Вряд ли. Я уже пробовала узнать, мне сказали, что выхода нет.
— Когда я узнала про призванных, сразу начала искать выход. Я не собираюсь умирать. — Быстро посмотрев по сторонам и увидев, что все заняты представлением, Камилла зашептала: — Есть одна гадалка, она приносит мне настойки. Благодаря им мое тело окрепнет, я рожу наследника черных драконов и выживу сама.
— И ты в это веришь? Не хочу тебя пугать, но мне говорили, что дети драконов выпивают силы матери полностью.
— Я выживу, — упрямо повторила Камилла. — Выживу!
Мне пришлось кивнуть и ободряюще улыбнуться ей. Я не верила в силу чудодейственных трав гадалки. Если бы все было так просто…
— Так что я попробую узнать, — ещё раз заверила меня Камилла.
Я снова кивнула, вспомнив слова провидицы о том, что цель моих поисков находится рядом. А вдруг она была права, и выход найдет Камилла?
Мы посмотрели представление, пообедали, а потом я вышла прогуляться по замковому саду. Я бродила по гравийным дорожкам, рассеянно любуясь яркими красками цветов и плодовых деревьев. Одолевавшие меня мысли были мрачными.
Призовет ли меня Двэйн сегодня? А если призовет, то решит продолжить наказание? Я вздрогнула. Нет, второй такой ночи я точно не вынесу. А вдруг он вообще решит избавиться от меня? Или отдаст обратно Варду и Рою? Я была уверена, что при таком раскладе меня бы уже поджидала Сибилла с очередной порцией яда. От такой перспективы сердце тревожно забилось, и я замерла около высокой живой изгороди.
На кроваво-красный цветок села бабочка. Она медленно распрямила свои ярко-голубые крылья, будто предлагая ей полюбоваться. И тут я услышала голоса с другой стороны изгороди.
— Брэй что-то задерживается, — узнала я Даррэля, — ему пора бы уже вернуться. Ты не хуже меня знаешь, что его поиски напрасны.
— У него в этом деле личный интерес.
— И ты не против? — пренебрежительно спросил Даррэль. Мне стало интересно, о ком они говорят, поэтому я принялась подслушивать с утроенным интересом.
— Совершенно. Он мой советник и самый преданный друг. Замышляй он что-то недоброе… но его намерения чисты. Брэй уже в пути, в своем последнем послании он сказал, что вел поиски у белых драконов, но ничего не обнаружил, однако я не могу сдаться. Первый дракон искал выход и нашел его. Я тоже найду. Нужно вернуть женщинам Эрдракка способность рожать от драконов.
— Ты слишком самонадеян, сын мой. А Брэй поддерживает твои безумные идеи. Ты же помнишь, что случилось с твоим дедом, который пытался обойти проклятие? Не навлекай на наш род еще большие беды, Двэйн. Видит Вечный Огонь, мы и так многое перенесли.
— Я никогда не забывал, отец, я всего лишь хочу прекратить ритуалы и бесконечную гонку за наследниками. Драконы Эрдракка должны обрести покой.
Я замерла и даже старалась дышать через раз, хотя драконы и не могли меня увидеть. Внезапно они остановились прямо рядом с тем местом, где стояла я, так что их голоса стали мне отчетливо слышны.
— Вечный Огонь тебе помоги и сохрани нас всех, — тяжело вздохнул Даррэль. В его голосе слышалась глубокая печаль. — Я бы хотел обсудить с тобой еще один вопрос.
— Слушаю, отец.
— Это по поводу твоей новой наложницы.
— И что с ней?
— Нельзя отдавать предпочтение только одной, сын мой, — голос Даррэля звучал недовольно, — ты нарушаешь все правила. Призови к себе другую наложницу. С тех пор как в замке появилась эта девчонка, ты сам на себя не похож.
— Я сам решу, как мне поступать с моими наложницами, отец. Я вышел из того возраста, когда мне нужны советы относительно женщин.
— Она призванная. Чужая…
— В твоих наставлениях я не нуждаюсь, — отрезал Двэйн, перебив отца.
— Мне кажется, ты кое-что забыл. Принцесса Луэлла, она ждет…
— Отец, мы уже говорили об этом. Пока что я не хочу жениться.
— Речь не идет о твоем желании. Ты нарушаешь традиции. У черных драконов скоро появится наследник, ему нужна мать.
— Луэлла была невестой Дариона. Я не могу жениться на ней. Она мне безразлична.
— Браки верховных никогда не свершаются по любви, пора бы запомнить. Для этого у тебя есть гарем. Но наследнику нужна мать. Луэлла происходит из старинного драконьего рода, она самая подходящая кандидатура. Она сможет воспитать наследника как полагается и…
— Я сказал — нет, — процедил Двэйн.
— Дарион никогда…
— Дарион мертв! — рявкнул Двэйн. — Смирись с тем, что у тебя остался один сын!
— И этот сын должен принимать решения, достойные верховного. Ты несешь ответственность за все земли Эрдракка, а не только за этот замок. Подумай о наследнике. До меня дошли слухи, что серебряные драконы что-то замышляют. Я ведь говорил, что…
— Отец, — угрожающим голосом прервал его Двэйн, — я знаю, что владыки Вард и Рой сеют смуту. Они разослали послания остальным кланам с призывом выступить против меня, но не добились успеха. Другими кланами управляют далеко не глупцы. И я был бы признателен, если бы ты перестал считать глупцом меня.
Раздались шаги, и я поняла, что отец Двэйна остался один, потому что услышала его негромкий голос.
— Я не дам тебе погубить себя. Не дам.
Вернувшись после прогулки в свою покои, я решила принять расслабляющую ванну. Прогулка долгожданного покоя мне не дала. Теперь еще предстоит оглядываться по сторонам и смотреть, как бы папаша Двэйна не прикончил меня в каком-нибудь темном коридоре.
Едва я успела устроиться в горячей, пахнущей сиренью воде, как в купальню буквально ворвалась довольная Лали.
— Госпожа, вам оказана большая честь! Вы вместе с эссией будете присутствовать в главном зале, когда прибудут послы с дарами! Я уже подготовила ваше красное платье!
— Что? — только и смогла проговорить я, а потом сразу расслабилась. Нечаянно подслушанный в саду разговор подсказал, что Двэйн может хотеть видеть меня только по одной причине — досадить отцу. Однако даже это заставило меня изрядно понервничать.
Я до самого вечера нервно расхаживала по комнате, чем довела любопытство служанки до такой степени, что она чуть ли не со слезами на глазах просила меня объяснить, в чем причина моего нервозного поведения.
Наконец заветный час настал, и я вместе с Камиллой, одетой в желтое, направилась в главный зал. Однако когда я там появилась, Двэйн бросил на меня лишь мимолетный взгляд. Я же поняла, что пытаюсь угадать его настроение по нахмуренным бровям, сжатым в линию чувственным губам и длинным пальцам, отбивающим дробь по подлокотнику трона.
— Чудесный праздник, владыка Двэйн, — проговорила Камилла, устремляя на дракона довольный взгляд.
Тот лишь кивнул в ответ. Мы сидели в богатых креслах, установленных по правую руку от трона Двэйна, и наблюдали за церемонией подношения даров. Отец Двэйна тоже был здесь и сидел слева от своего сына.