– О том, что свершилось чудо и Храм посетил сам Изначальный.
– Но ведь это не так!
– Люди склонны преувеличивать. В любом случае, судя по тому, что сейчас город прочесывают отряды личной гвардии, Астера тоже заинтересовал рассказ матери.
– Зачем я ему? – вздохнула я. – У него Ольга ведь есть. Он думает, что в ней тоже кровь Изначальных.
– Уверена? Он не такой дурак, чтобы не проверить все. Вдруг в своей невесте необходимых свойств не обнаружил.
– Тогда зачем женится?
– Мало ли, может, она ему так сильно понравилась, – пожал плечами Тиренд. – Мы можем только предполагать. Ты же постарайся держаться тише воды ниже травы.
– Ладно… Скажи, а ты видел уже правителя? Странно, что мы два дня во дворце, а так еще и не видели его.
– Ничего странного, – усмехнулся Тиренд. – Мы слишком мелкая сошка, чтобы с ним пересечься. А дворец большой, и тут сотни людей работают. Ладно, я пошел. Теперь ты, надеюсь, заснуть сможешь?
Я кивнула, потом, повинуясь внезапному порыву, соскочила с кровати и повисла на шее уже поднявшегося мужчины. Быстро чмокнула его в щеку и тут же разомкнула объятия:
– Счастливого тебе дежурства.
Он обескуражено посмотрел на меня.
Я ожидала, что сейчас рассердится и скажет, что-нибудь обидное, но он просто развернулся и вышел. И на том спасибо. Довольная собой, снова вернулась в постель и почти сразу уснула. Не смутило даже то, что я осталась без ужина. Для фигуры полезно, в конце концов.
Проснулась я, как и вчера, от стука Лайдры и тут же подумала о том, что я обожаю эту девушку. Без нее проспала бы все на свете! Интересно, я когда-нибудь привыкну сама просыпаться так рано? И как вообще это удается остальным? Без будильников в такую рань подниматься.
Представив себе, что сегодня мне предстоит прислуживать наглому порученцу, я тяжело вздохнула. Тиренд был еще на дежурстве, и пришлось самой спускаться к завтраку.
Слуги продолжали обсуждать вчерашнее событие. Как и следовало ожидать, слухи приобретали все более невероятную окраску. Теперь уже в Храм вчера заходило сразу три Изначальных с мечами наперевес и предупреждали о грядущем конце света.
Вот бред!
Я едва сдерживала улыбку, слушая эти россказни, но благоразумно держала свои мысли при себе.
Потом поплелась к покоям Гейна Стейниса. Стражники без лишних слов пропустили, даже без каких-либо шуточек и заигрываний.
Вот с кого Ирайсу стоило брать пример!
В приемной слуги не оказалось – видать, ему порученец разрешал приходить позже. Я от души позавидовала тому парню и, глубоко вздохнув, толкнула дверь кабинета. Прошла его на одеревеневших ногах и оказалась у двери спальни. В прошлый раз я туда не заходила.
У меня при одной мысли о том, что придется зайти в спальню чужого мужика, который, может, даже голым спит, к щекам прилила кровь. Но делать нечего. Я птица подневольная.
В спальне царил полумрак. Тяжелые бархатные красные портьеры не пропускали солнечных лучей. Они проникали лишь через узкую полоску двери, которую я приоткрыла. Гейн Стейнис лежал в постели, почти полностью раскрывшись во сне. Порадовало, что он все же одет в какой-то степени – пусть даже единственным предметом одежды были подштанники.
Поймала себя на том, что с любопытством разглядываю обнаженный торс мужчины.
А он и правда хорошо сложен. Не такой накачанный, как Тиренд и другие шаранцы, более хрупкий. Но то, что тело у него роскошное – этого не отнять. И о чем я только думаю?
Чувствуя, как кровь приливает к щекам все сильнее, я подошла к кровати и негромко позвала:
– Лорд Стейнис, просыпайтесь. Вы просили разбудить вас.
Когда в ответ он даже не шевельнулся, я наклонилась над ним и осторожно тронула за плечо.
– Лорд Стей…
Тут же меня рывком притянули к себе и опрокинули на постель. Горячее тело обжигало даже сквозь мое платье. Лицо мужчины оказалось в опасной близости от моего. Глаза смотрели с легким прищуром, и у меня закралось подозрение, что он специально это сделал. Притворился, что спит, чтобы я подошла ближе и…
Резко рванувшись, я постаралась сбросить его с себя. Он тут же откатился в сторону и издал легкий смешок.
– Прости, что напугал тебя. Со сна даже не понял, что происходит, вот и схватил.
– Еще скажите, что за врага приняли, – поднимаясь с постели и оправляя платье, проворчала я, ни капли ему не поверив. – Или вы всех врагов к себе в постель забрасываете, а потом поцеловать пытаетесь?
Он расхохотался, совершенно не рассердившись на мои слова. Я же, избегая смотреть на его полуобнаженное тело, которое меня сильно смущало, двинулась к окну и раздвинула шторы. Приглушенные утренние лучи мягко пробрались в комнату, немного оживляя мрачный интерьер. Я выглянула в окно, любуясь видом великолепного парка, и невольно вскрикнула от восхищения.
На открытой площадке около фонтана стоял крылатый конь. Его держал за уздцы слуга, а лошадь все порывалась выскользнуть из плена.
– Что ты там такого увидела? – услышала я прямо за собой голос Гейна и напряглась.
Его близость меня беспокоила. Сердце тут же сжималось и начинало биться через раз. И вовсе не потому, что он привлекал меня. Хотя, положа руку на сердце, немного все же привлекал. Но не в этом суть. Почему-то рядом с ним я ощущала опасность, которую не могла себе толком объяснить.
С трудом сдерживая дрожь в голосе от его горячего дыхания на моих волосах, я откликнулась:
– Конь. Он крылатый.
Услышала мягкий голос Гейна:
– Никогда их не видела? Ты ведь, кажется, из небольшой деревушки…
Надо же, он уже разузнал мою официальную биографию. Почему он так мной интересуется? Что-то мне это все меньше нравится.
– Да, не видела, – резковато откликнулась я и развернулась, собираясь отойти от него.
Тут же у меня дыхание перехватило от выражения глаз порученца. Казалось, он чуть ли не ест меня взглядом. Заметив мой испуг, он тут же опустил глаза и отступил на шаг. Потом, как ни в чем не бывало, светским тоном сообщил:
– Это мой конь. Я назвал его Ветер. Это имя ему подходит. Такой же стремительный и свободолюбивый. Никому, кроме меня, он не позволяет на себя садиться. Посмотри, с каким трудом конюх его сдерживает.
Я снова заинтересовалась зрелищем за окном и улыбнулась.
– Великолепное животное. А каково это - летать на нем? Какие ощущения? – невольно спросила я, разглядывая сложенные за спиной животного крылья.
– Хочешь попробовать? – последовало неожиданное предложение.
Я тут же оцепенела, потом снова развернулась к порученцу.
– Шутите?!
– Вовсе нет.
В его глазах мелькали странные огоньки, от которых у меня мурашки побежали по коже.
– Сами же сказали, что Ветер никого к себе не подпускает.
– Если я буду рядом с тобой, подпустит, – вкрадчиво сказал он.
– Ну нет! – я содрогнулась при одной мысли об этом.
Вспомнилась поездочка на одной лошади с Крайном Даленом. Прижиматься к мужчине всем телом, чувствуя себя беспомощной и слабой. Как-то не хотелось испытать те же ощущения еще и с Гейном. Он и так меня пугает до дрожи в коленках.
– Почему нет? Боишься? – последовал издевательский вопрос. – И кого больше: меня или лошадь.
Ну вот, берет на банальное «слабо», но меня его предположение все равно задело. Тем более что так и есть. Но показывать это сейчас ой как не хотелось! Он же тогда меня просто сожрет!
– С чего вы взяли, что боюсь? – вскинув голову, сказала я. – Просто прижиматься к вам не особо хочется. А без этого не обойтись, когда вдвоем на коне едешь.
Если я думала, что в ответ он разозлится или отстанет, то весьма плохо его знала.
Губы порученца раздвинулись в широкой улыбке, и он торжественно заявил:
– Обещаю, что сам прижиматься к тебе не стану. Даже пальцем не притронусь. А ты просто обхватишь шею Ветра руками, вот и все.
Я кусала губы, не зная, что еще сказать. Потом снова глянула на лошадь и поняла, что мне на самом деле хочется полетать на ней.
Когда еще представится такая невероятная возможность?! Глупо упускать ее из-за того, что я чувствую себя не в своей тарелке рядом с этим мужчиной. К тому же не станет он меня лапать у всех на глазах. И как раз-таки проверю, чего стоят его обещания!
– Ладно, я согласна.
– Вот и отлично, – еще больше оживился он и пошел приводить себя в порядок.
Уже через несколько минут мы стояли на подворье рядом с крылатым скакуном. Конюх почтительно поклонился, когда мы подошли и начал что-то говорить. К моему удивлению, Гейн резко перебил его и велел нас оставить.
Я слегка нахмурилась, не понимая, чем бедный старик вызвал такую реакцию. Всего лишь поприветствовать хотел, по всей видимости. Но у богатых свои причуды. Для них обычные люди – грязь под ногами.
Я с еще большей неприязнью смотрела теперь на порученца. Но стоило ему снова посмотреть на меня, как лицо мгновенно изменилось. Хищные черты смягчились, на губах заиграла улыбка.
– Хорошо бы, если бы конь немного привык к тебе. Дай руку.
Без особой охоты я протянула руку, и Гейн осторожно взял ее и прижал к лошадиному боку. Слегка погладил. Я постаралась забыть о недовольстве, осознав, что мои эмоции могут передаться лошади. Не зная, как себя вести с норовистым животным, мягко сказала:
– Привет, Ветер… Какой ты красивый…
Лошадь слегка дернулась, но Гейн тут же резким и отрывистым голосом бросил:
– Не сметь! – и жеребец странным образом понял и теперь мирно стоял, позволяя мне гладить себя.
Порученец убрал свою руку, и я теперь делала это сама. Потом он легко вскочил в седло и протянул мне ладонь. Чувствуя, как к горлу все же подступает страх, я заколебалась. Теперь, когда я находилась в непосредственной близости от скакуна, вдруг осознала, что сейчас и впрямь взмою в небо. И единственной опорой будет это своенравное животное.
Что если ему захочется меня сбросить?
Но видеть издевательскую насмешку в глазах Гейна показалось еще более неприятным, и я все же взяла протянутую руку. Тут же о