– И правда красавчик… Спорим, что меня первую выпивкой угостит?
– На что спорим?
– Давай на коктейль, – усмехнулась рыжая.
– О, сюда идет… Ну, держись, подруга!
Не удержавшись, я повернулась, чтобы посмотреть на предмет их спора и тут же почувствовала, как проваливаюсь в бездну. Высокий мужчина с короткими каштановыми волосами медленно приближался ко мне. А я смотрела в его серые глаза, и все прочее будто терялось в туманной дымке.
В какой-то момент зрение вновь обрело четкость, и я едва подавила возглас разочарования.
Показалось… Всего лишь показалось…
Да, мужчина и правда привлекательный. Прическа и глаза похожи. Но в нем не было и сотой доли того чарующего тепла, энергии, исходящей от Мадеина.
Мужчина подошел к стойке и заинтересованно окинул взглядом девиц, которые тут же стали изо всех сил с ним флиртовать. Я же, чувствуя себя так, словно меня обухом по голове ударили, бросила на столешницу плату за выпивку, слезла со стула и побрела прочь из бара.
Выйдя на улицу, долго втягивала ртом прохладный ночной воздух и чувствовала себя еще более одинокой, чем обычно. Если, конечно, такое вообще можно себе представить… Сожаление о том, что потеряла, жгло каленым железом. И на этот раз его не могло заглушить ни одно из обычных моих самоутешений. Ни то, что я состоялась в бизнесе, ни то, что у меня есть замечательный сын. Жалкая и потерянная, я поплелась по ночному городу, по которому бродили влюбленные парочки, отовсюду слышался веселый смех и чувствовалось радостное оживление.
Остановившись на середине моста, оперлась о балюстраду и уставилась на мерцающую при свете звезд и фонарей темную водную гладь. С глухой тоской пробормотала имя человека, который единственный мог бы наполнить мою жизнь новым смыслом:
– Мадеин…
В какой-то момент показалось, что по телу пробежала теплая волна, проникающая до глубин души. Сладкий самообман… На глаза поневоле навернулись слезы, а мерцающая водная гладь стала расплываться перед глазами. А потом мои плечи накрыли горячие нежные руки. И я издала глухой сдавленный стон. Резко развернулась и тут же оказалась в крепких объятиях. Сквозь пелену слез видела чуть мерцающие серые глаза, горящие все тем же глубоким чувством, что и прежде.
– Я так ждал, что ты все-таки позовешь…
Меня охватила такая дикая, всепоглощающая радость, какой не испытывала уже давно. А может, и никогда вовсе… Проклиная себя за глупость, за то, что так долго из-за нелепых страхов мучила себя и его, я потянулась к его губам. От соприкосновения с ними тело словно ожило, наполняясь томительной, давно забытой негой. Он целовал меня мягко, нежно, томительно медленно. Я же изо всех сил цеплялась за него, чувствуя, как от наплыва чувств подкашиваются ноги, а я едва могу даже дышать.
На несколько секунд оторвавшись от моих губ, он нежно, но решительно заявил:
– Я больше никогда тебя не отпущу…
– А я и не хочу, чтобы ты меня отпускал, – хрипло выдохнула я и снова прильнула к его губам, чувствуя себя самой счастливой на свете.
А мир вокруг больше не казался пустым и холодным. Теперь, когда я, наконец, обрела то, что так долго искала и что едва не утратила. Только теперь до конца поняла слова, сказанные сестрой.
Мой дом там, где он!