— Теперь, — прогрохотал голос Тини, — это что-то вроде моей машины.
— Ага, — согласился Дортмундер.
Келп за рулем сиял, как рождественское утро. Он остановился на обочине, Дортмундер открыл переднюю дверь, а Тини заднюю.
— Не споткнись о ступеньку, — предупредил его Келп.
Тини снял свой маленький рюкзачок и швырнул его на сидение; он отскочил и упал на пол. Потом Тини забрался на сидение сам, а Дортмундер сел рядом с Келпом.
Келп посмотрел назад и увидел розовый рюкзачок на полу.
— А это что?
— Граната, — ответил Дортмундер.
Келп посмотрел на него.
— Ааа, — и развернулся.
Когда все расселись, машина тронулась.
Разглядывая шикарный салон и приборную панель, похожую на электронное табло на игре высшей лиги, Дортмундер спросил:
— Энди, а ты уверен, что это машина доктора? Больше похоже, что владелец — наркобарон.
— Когда я увидел ее на парковке больницы Нью-Йорк, — ответил Келп, — я знал, что именно ее нужно угнать. Даже если бы она никуда не делась. Знаешь, этот доктор не просто хочет комфорта, не просто удобства, он хочет быть бессмертным.
— Готов поспорить, сейчас он чувствует себя, как без одежды, — прокомментировал Дортмундер.
— Шесть к одному, что он даже не выйдет из больницы, — сказал Келп и свернул в сторону Мидтаун Таннел.
Был прекрасный прохладный ноябрьский день. Когда они вышли на южный берег Лонг-Айленда, серебристо-серый океан убегал от них в сторону горизонта, небо над ним сияло бледно-голубой пустотой. На Оушен Парквей стояло пару машин, но ничто так не бросалось в глаза, как красный Чероки на фоне асфальтной дороги, песка пепельного цвета и увядшей травы.
Длинный пляж Джонс Бич был пуст, только холодные волны накатывали на пустынный берег в попытках утащить что-нибудь за собой. Время от времени они добегали до входа на парковку, но, в большинстве своем, путь им преграждали козлы для распилки дров. А с другой стороны парковка скрывалась за забором и низкорослыми соснами.
Какое-то время в машине царила тишина. Но в какой-то момент Тини наклонился вперед и сказал:
— Дортмундер, можешь помочь?
— Конечно.
Тини открыл свой розовый рюкзачок и достал оттуда армейскую ручную гранату, которую в простонародии называли «ананас» за ее форму: чугунный корпус, изрезанный зубчиками, чтобы, когда тротил взрывается, бомба разлеталась на мелкие кусочки шрапнели. Изогнутая сторона гранаты — это предохранитель, которая сверху крепится чекой, а к чеке прикреплено кольцо. Если выдернуть кольцо, но при этом придерживать предохранитель, ничего не произойдет. Но как только отпускаешь его, у тебя есть десять секунд, чтобы убраться подальше.
Еще одна вещь, которая нашлась в рюкзачке, был моток скотча. Держа его в руках, Тини сказал:
— Два раза по кругу. Только под предохранителем.
— Да, я знаю.
Граната лежала в руке Тини достаточно свободно, предохранителем от ладони. Дортмундер дважды обернул скотчем гранату и руку Тини, оставляя немного свободного места.
— Нормально?
— То, что надо, — ответил Тини. Похоже, он был всем доволен.
И вот, парковка номер шесть, по крайней мере, так говорилось на знаке. Ограждения уже были сдвинуты. Часы на приборной панели между тахометром и спидометром показывали 10:54, но здесь уже явно кто-то был.
— Шоу начинается, — сказал Тини.
Они проехали через проем в ограждении и въехали на большую парковку. Там, посреди пустынной площадки, стоял пастельно-зеленый дом на колесах, один из самых больших: двенадцатиметровый Алпайн Коуч, лучший в линейке западных автодомов.
— Посмотрите-ка, — выдохнул Келп.
— Думаю, нам нужно подъехать туда, — указал Дортмундер.
В это время передняя правая дверь автодома открылась, и из нее вышли трое.
Тини наклонился вперед к Дортмундеру и спросил:
— Это они?
И Келп начал всех представлять:
— Самый толстый в костюме-тройке — это Фицрой Гилдерпост, а худой в мятом костюме — это Ирвин кто-то там, или кто-то там Ирвин. Эту малышку мы не знаем.
Малышка была высокая, хорошо сложена, с блестящими темными волосами, заплетенными в две косички, спускающихся по ее спине почти до самой талии. На ней были куртка из оленьей кожи с белой бахромой, такая же юбка и высокие рыжие кожаные сапоги, которые, скорее всего, предназначались для прогулок.
— Эх, жаль я уже с Джози, — вздохнул Тини. Он был единственным, кому позволялось называть Джейси Тэйлор Джози.
— Даже не знаю, — сказал Келп. — Как по мне, от ее искр ненависти можно костер разжечь.
И чем ближе их красный джип подъезжал к автодому, тем больше это походило на правду. Девушка была и правда симпатичная, но она была больше похожа на стальную статую, чем на живого человека. Одна рука была на бедре, а одна нога приподнята, как будто она была готова проявить все свои навыки в карате при малейшей провокации.
Келп подъехал совсем близко и остановил машину. Тини оказался прямо напротив троих незнакомцев. Пока Дортмундер обходил машину, Келп уже начал всех представлять друг другу:
— Тини, это Фицрой Гилдерпост, а это Ирвин, а с этой девушкой я незнаком.
— Похоже, что нет, — заметил Ирвин.
— Простите, это и есть Тини? — вмешался в беседу Гилдерпост.
— Это, скорее, кличка, — пояснил Тини.
— Понятно, — сказал Гилдерпост. — Позвольте мне представить вам Перышко. Перышко, это Тини, это Энди Келп, иногда Энди Келли, а это Джон. Прости, Джон, не знаю твою фамилию.
— Это ни к чему, — ответил Дортмундер. — Давай, Тини, показывай.
Тини сделал шаг вперед и показал гранату, примотанную скотчем к руке. Потом он придержал рукой предохранитель и выдернул чеку. Он подошел к Гилдерпосту, чьи глаза округлились до невероятных размеров, протянул чеку и сказал:
— Не подержишь?
Гилдерпост уставился на гранату. Все трое уставились на гранату. Не взяв у Тини чеку, он спросил:
— Ты что делаешь?
— Ну, я собираюсь зайти внутрь, — хладнокровно ответил Тини, — осмотреться, проведать обстановку.
— А эта штука зачем?
— Если вдруг я потеряю сознание или что-нибудь в этом роде, я ведь не смогу удерживать предохранитель, не так ли?
— Эта… Она… Настоящая? — в ужасе спросил Ирвин.
— В нужный момент рванет, — ответил Тини.
Гилдерпост, будучи в полном недоумении, спросил:
— Но зачем все это?
Дортмундер ответил:
— Фицрой, у нас есть некоторые причины тебе не доверять, процентов так на сто. Поэтому по плану Тини, если что-то с кем-то случится, значит, что-то случится со всеми нами.
Тини повернулся к девушке:
— Перышко, не подержишь? Только не теряй.
Перышко первая пришла в себя. Улыбаясь Тини, она взяла чеку и сказала:
— Ужасное начало. Чека на первом свидании.
Тини направился к дому на колесах, но Ирвин выскочил перед ним, преградив ему путь:
— Нет, подожди! Давай я первый схожу, проверю. Там ведь для тебя новая, незнакомая обстановка и все такое.
— Тогда пойдем вместе, — ответил Тини. Он повернулся к Дортмундеру и сказал: — Видишь, всегда вылезает план Б.
— Вижу, — улыбнулся Дортмундер.
Тини и Ирвин зашли внутрь, а Перышко бросила на Гилдерпоста гневный взгляд.
— Временные партнеры, говоришь. Мы о них позаботимся. Фицрой, тебе никогда не перехитрить этих людей.
— Перышко, — начал Гилдерпост, разрываемый злостью и смущением, — обсудим это позже.
Келп вставил свое слово:
— Видишь, Перышко, вам без нас никуда.
— Может, ты и прав, — ответила Перышко.
Дверь автодома открылась, и оттуда показалась голова Ирвина:
— Все чисто.
Потом он быстро выскочил к остальным, а когда в дверях показался Тини, все поняли, что он помог Ирвину ускориться.
— Они подготовили для нас пару интересных вещичек. Например, электрический провод в туалете. Интересная задумка, мне нравится.
Келп раздосадовано покачал головой:
— Фицрой, ты меня расстраиваешь.
— Это была идея Ирвина, — начал оправдываться Гилдерпост. — Все эти штуки со взрывами были его идеей.
Перышко сказала с сарказмом:
— Ну и у кого эти идеи оказались круче?
— Ладно, ладно, — сказал Ирвин. Кажется, ему сломали нос. — Теперь он всем доволен, так что пошли внутрь.
— А давайте не пойдем, — не согласился Тини. — Там слишком маленькая гостиная.
— Особенно для тебя, — подметила Перышко.
— Именно. — И чтобы не оставаться в стороне от дел, он предложил: — Давайте останемся тут, на солнышке, и обсудим все. Но сначала ты, Келп, и, эм, Джон, положите свои пистолеты на землю, у ног.
— Ладно, — согласился Дортмундер. Он и Келп достали и положили их на асфальт.
Но Тини продолжал:
— Вы трое тоже.
Гилдерпост почти возмутился:
— С чего ты взял, что у нас есть оружие?
В это время Ирвин уже доставал свои два пистолета.
— Да ладно, Фицрой, хватит прикидываться дурачком.
Гилдерпост пожал плечами, достал свое оружие и, когда ему пришлось согнуться, чтобы положить его на землю, он недовольно закряхтел:
— Знаете, пока что мне эта встреча не очень нравится.
— Скоро она станет лучше, — уверил его Тини.
У Перышка оказался хромированный Стар двадцать второго калибра в набедренной кобуре. Когда она его доставала, она выглядела одновременно соблазнительно и опасно. Она держала его в руках, бросив на Тини вызывающий взгляд.
— Если бы я сейчас подстрелила Энди, ты бы и правда себя взорвал?
— Меня бы ты точно не подстрелила, — ответил Тини. — А в любом другом случае ты только наживешь себе проблем.
— Странно, — сказала она, соблазнительно прогибаясь, чтобы положить пистолет к ногам.
— Можем начать в любое время, — сказал Келп.
Гилдерпост вмешался:
— Тини, эм, а сейчас еще не время вставить чеку обратно?
— Нет, все в порядке, — ответил Тини.
— А если ты забудешь про предохранитель или споткнешься, или еще что-нибудь? — забеспокоился Ирвин.