«Ну, и чего вы тут разлеглись? Разве вам неизвестно, что это – все еще территория Провинции Грусти? Вставайте, с минуты на минуту пойдет патруль, ох и влетит и вам, и мне, вставайте!» – и плоский человек вновь сверкнул на меня своим взглядом.
– Где это я? – произнес я, поднимаясь на ноги.
–Что значит – где? Здесь. Как ваше имя? Что с вами, молодой человек?
–Меня зовут Дима, Дмитрий
–Дмитрий? Что за странное имя, да и сам Вы – несколько странный, ведь всем давно известно, что в семь утра всегда проходит патруль, да и граница между Провинциями– вот она – четко обозначена и Вы, молодой человек, спали, не перейдя ее!!! Да вы благодарить меня должны, если бы не мой обход – не сносить вам головы!
–Спасибо, благодарю вас, но, только – почему я не могу здесь спать? – я по прежнему ничего толком не понимал и пытался узнать хоть что-нибудь о том месте, где я только что так неудачно проснулся.
–Да вы и впрямь не в себе! Это же провинция Грусти – здесь НЕЛЬЗЯ спать, здесь никто никогда не спит, здесь только грустят, плачут, переживают! Все время. А если хочется поспать – то надо покупать билет в провинцию Сна, но это делается заранее, да и вообще – чего это я вам все тут рассказываю, разве это не общеизвестный факт? – и плоские брови плоского человека вспорхнули вверх.
–Видите ли – начал я неуверенно, пытаясь на ходу придумать логическое объяснение случившемуся – Я очень сильно устал и уснул на ходу, не заметив, что еще не перешел границу провинций.
–Ха-ха – не перешел границу, да как-бы ты ее перешел – без пропуска, да без билета, вот, смотри – и плоский человек, протянув вперед, куда-то сквозь туман руку, постучал по какой-то поверхности, по звуку стука похожей на стекло.
И правда, приглядевшись сквозь уже потихоньку рассеивающийся туман, я увидел перед собой необъятную стеклянную прозрачную гладь, отделяющую друг от друга два мира – мир Спящих и Бодрствующих.
–А вот и патруль, как раз – перед первым Открытием. Давай-ка уйдем с дороги.
Едва мы успели скрыться в тени деревьев, как по дороге зашагал отряд плоских людей, одетых в красную военную форму. «Раз-два, раз-два, раз-два, все чисто! Вперед!» и команда патруля скрылась за поворотом.
–Фу! Слава богу, успели. – произнес мой новый знакомый – Если б заметили, то все – штраф, выговор, а то и 3-ое суток без сна! А это – пострашнее любого штрафа. Ведь известно, что недосып – очень негативно сказывается на здоровье! Уф! Ну ладно, чего ты так побледнел – не заметили же! Эх, странный ты какой-то, ну пойдем, сядем вот здесь на бревнышко и поговорим.
Дул мягкий прохладный ветер, перебирая зеленые плоские листья на кроне плоских деревьев. Тихо моросил дождик, а впереди, прямо перед нами вставало круглое плоское солнце, освещая своими плоскими, но мягкими и теплыми лучами все вокруг: плоские травинки и плоские цветы, которые раскрывали потихоньку свои лепестки, радуясь наступающему утру, плоские камни, лежащие вдоль обочины дороги, плоское бревнышко, на которое мы присели поговорить с моим новым плоским знакомым, нас, таких же плоских, как и шелест плоской листвы кроны деревьев, раздуваемой прохладным утренним ветерком. Как странно – дождик и солнце, тепло и прохлада одновременно, кажется у нас это называют Грибным дождиком или Слепым? Мои чувства и мысли потихоньку стали приходить в норму, на сколько, конечно, возможно в данной ситуации, и я даже стал уже помаленьку привыкать к моим плоским ногам, рукам и голове. Странное чувство, необычное, быть плоским. Ты плоский, все вокруг плоское, есть только две грани, нет третьей. Есть тыльная сторона ладони и лицевая, нет боковины ладони, нет толщины пальца, нет возможности опереться рукой о щеку, потому что нет этой удобной впадинки под скулой, куда так комфортно приседает рука на уроке литературы, да и сама ладонь не является теперь столь уютной и мягкой, ведь она тоже плоская. Плоская дорога, плоское бревно, плоский человек рядом со мной, плоский мир вокруг, плоский Я.
–Ну что, парень, как ты, вид у тебя вроде бы стал получше. Порозовел ты, а до этого – такой бледный был. Как же ты все-таки тут очутился в спящем- то состоянии, чего с тобой приключилось?
За все это время в мою голову не пришло ни одного вразумительного объяснения своего положения, поэтому я решил не врать, но и всей правды я тоже решил не говорить, по крайней мере, пока.
–Видите ли, я ничего не помню. Я не помню, как я очутился здесь, на этой территории, как я заснул и почему я уснул именно здесь, помню, что вечером мне очень хотелось спать, я уснул, а потом я почувствовал что-то острое в боку, проснулся и увидел Вас – вот и все.
– Угу, не помнишь. Острое. Это – копье.
–Да, теперь я знаю, что это – копье, было больно
–Прости, я и сам порядком был напуган и удивлен, увидев лежащего человека. Я ведь не сразу понял, что ты – спишь. Много разных людей, не все – хорошие. Странно, что ты – ничего не помнишь. Очень странно. Хотя такое бывает, кажется, это называется амнезией, но, как правило, это случается с теми, кто перенес какое-то очень страшное или тяжелое событие. А что случилось с тобой?
– Не помню. – твердо сказал я. – Не помню. Мне очень хотелось спать, и я уснул, а проснулся – здесь и вы – передо мной.
– А где же ты уснул?
– У себя дома.
– А где же твой дом?
– Не знаю, но думаю, что не здесь.
– Почему?
– Потому что мне совершенно не знакомы эти места, мне не знакомы ваши правила перехода из одной Провинции в другую, мне ничего это не знакомо.
– Э-э, да у тебя и впрямь, амнезия, парень. Как же тебе не повезло, ну ничего, сейчас расскажу тебе все, но для начала давай подкрепимся. У меня есть два чудесных бутерброда и сок, а после – я тебе все расскажу, а то как же ты будешь здесь, ничего не зная…
Мы довольно славно позавтракали провиантом моего нового знакомого, не смотря на то, что еда была плоской, она все-таки была вкусной, по крайней мере, поел я с большим удовольствием, а после трапезы Плоский человек начал свой рассказ.
– Ну, что, давай-ка еще раз познакомимся, ведь тебя-то я знаю как зовут, а я так до сих пор и не представился. Мое имя – Плюх, а твое – Дмитрий, Дима, вот и познакомились. – и Плюх приветливо улыбнулся.
– Да уж, имя у тебя, конечно, ну крайне необычное, пожалуй, здесь с таким именем тебе будет не просто. Давай придумаем тебе имя, похожее на наши имена. Например – Дмих! И звучит красиво, и на наши имена похоже, ну, как тебе?
Мне, конечно, первоначальный вариант моего имени нравился больше, но из уважения к Плюху и его Миру, я решил согласиться.
– Ну, вот и ладно, а теперь, слушай! Наш Мир – самый чудесный из всех. Правда, других миров конечно, не существует, но все равно – НАШ – ЛУЧШИЙ! Ведь в нашем Плоском мире все упорядоченно, понятно и просто. Весь наш мир поделен на 4-е провинции, в каждой из которых жители занимаются своим делом и живут по своим законам. В Первой провинции – «Провинции Грусти», где мы сейчас находимся – все пребывающие тут грустят, ведь бывает же, что очень хочется погрустить… Вспомнить что-нибудь… или кого-нибудь, кто …ушел. Даааа… Знаешь, здесь можно даже поплакать. Вообще это самое грустное место в нашем Мире. Здесь на каждом углу, практически из каждого домика то и дело доносятся отголоски печали. Кто плачет, кто тихо вспоминает и переживает. Прислушайся… и ты тоже услышишь эту грусть.
Я прислушался, но не услышал никаких отчетливых звуков, только ветер шелестел по пустынным улицам и поскрипывал фонарями, висящими над крыльцами домов. Легкий моросящий дождик монотонно и негромко стучал по крышам и плоским листьям лопухов у дороги. Эти негромкие звуки как будто сплетались в единую мелодию… В какую-то очень тоскливую и печальную мелодию…
Голос Плюха прервал мои мысли.
– Во второй – «Провинции Сна» – все отдыхают, спят и видят прекрасные сны. В третьей провинции – «Провинции Радости» – все хохочут и смеются, поэтому если грустить совсем не хочется, то человек покупает билет в эту провинции и отправляется хохотать или просто улыбаться. Вообще – там хорошо, можно гулять хоть всю ночь напролет, радоваться, вот красота, никто и слова не скажет! В четвертой Провинции – Провинции Просвещения все учатся, работают, придумывают, фантазируют, читают разные замечательные книги. В библиотеке Провинции Просвещения их очень много… Можно даже путешествовать без всякого патруля, вот здесь, в голове, просто читая интересную книгу – и Плюх постучал по своей плоской голове.
– Книги – это замечательно! – подмигнул мне Плюх
"Как странно? – подумал Я – Неужели у них все так просто?"
– Ну а если я вдруг захочу посмеяться в провинции Грусти, ну вдруг я вспомню что-нибудь веселое или встречу друга и улыбнусь ему? А если просто мне станет радостно, что день хороший и светит ласковое весеннее солнце?" – спросил Я
– Как это ВДРУГ? Ты или смейся или плач, третьего то ведь не дано! Если Тебе грустно, то как Тебе ВДРУГ может стать весело? Так не бывает! И все-таки, какой-то ты странный, Дмих… Эээх! Тяжело Тебе все-таки придется… ну да ладно, пора!
– Куда это?
– Как куда? В Провинцию Сна, разумеется. Мне уже очень хочется спать. Сейчас купим билет и вперед.
– Но я совсем не хочу спать!
– Понимаешь, Дмих, боязно мне оставлять Тебя одного, странный Ты, да и не привык еще к обстановке, попривыкнешь, тогда и иди один-одинешенек на все четыре стороны, а пока дай уж мне за Тобой присмотреть.
– Ну что ж, может оно и вправду так вернее – подумал Я и отправился вместе с Плюхом в Провинцию Сна.
Купив билеты и пройдя контроль, мы с Плюхом очутились в Провинции Сна. Она была совершенно не похоже на то место, которое мы недавно покинули. Краски природы были приглушены молочной белизной туманной дымки, пения птиц не было слышно, но сквозь легкие завывания ветра были слышны похрапывания спящих "жителей" этой провинции. Маленькие домики, с виду довольно уютные, располагались вдоль тротуаров. Каждый домик был аккуратно обсажен зеленой травой и цветами с нежными плоскими лепестками. Розы, гладиолусы, колокольчики, ромашки и даже подснежники и ландыши – все украшали собой клумбы возле домов. Похоже, в Провинции Сна спали все, кроме этих цветов. Еще не разу не приходилось видеть мне, что эти цветы цвели все в раз, ведь у нас, Дома, сперва расцветали подснежники, затем распускались ландыши, потом ромашки, колокольчики и розы, а ближе к сентябрю расцветали гладиолусы, которые я любил особенно, потому что они были также стремительны и в тоже время, так же нежны, как солнечные лучи уходящего лета… Говорят, что гладиолусы не пахнут… Нет, пахнут… Последними днями лета…