дневниках?
— Что? — я уставилась на него.
— Принесенных в жертву. Альва, ты не знала? На дневниках, которые запер твой отец, обложка из кожи людей.
ЧЕТЫРНАДЦАТЬ
Я в тишине прошла мимо Рена на кухню, включила воду и оттерла руки. Воды не хватало, и я отыскала мыло, которым стирала одежду. Оно разъедало кожу, но я не ощущала себя чистой. Вряд ли я могла отмыть руки. Кожа людей. Кошмар.
Рен подошел за мной.
— Это не очень отличается от кожи коровы. Все просто кожа.
Я смерила его взглядом.
— Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь, как выглядит обработанная кожа людей.
— Ладно тебе, — он выключил воду. — У нас мало времени. Тебе нужно убираться отсюда, пока Жиль не понял, что что-то не так, и нам все еще нужно объяснить твоих монстров Мэгги.
«Твоих монстров». Сомнения оставались, но я видела, что он начинал верить. Я надеялась.
Я прошла в кабинет и тяжко села за стол.
— Мы знаем, что это такое, или как их раньше воспринимали, — сказал Рен, расхаживая. — Мы знаем, откуда они? — он кивнул на книгу. — Там есть подсказки.
Я все думала, как отец закрыл книгу. У него были секунды на принятие решения, и он не взял оружие, что могло обеспечить ему побег, но решил закрыть ее? Скрыть их?
— Отец не хотел, чтобы Жиль узнал о них, — медленно сказала я.
Рен замер и посмотрел потрясенно на меня.
— Думаешь, он защищает их?
Я покачала головой.
— Нет, — сказала я. — Когда он вышел за ними, он был вооружен до зубов. Но он точно не хотел, чтобы Жиль знал о них. Наверное, потому он переживал, что люди придут сюда. Потому не сообщал, что уровень воды в озере падал.
«Уровень воды».
Мой желудок сделал сальто, словно я падала, и я сжала край стола.
— Дыра, — сказала я, удивив нас обоих. — Дыра, которую мы тогда видели на северном берегу. Я думала, что она была слишком большой для выдр, я так тебе и сказала. А если эти штуки жили в горе? — мой рот раскрылся идеальной О, все сошлось. Вода держала их там, делала так после землетрясения, когда подземное озеро слилось с нашим, закрыв проход. Это не убило их, но пленило. Потому они тогда пропали, и потому…
— Они теперь вернулись, — сказал Рен. — Потому что Жиль Стюарт заставил уровень воды в озере упасть из-за своей мельницы. Их путь снова открыт, — он сделал паузу, смотрел вдаль. А потом кивнул. — Такое возможно. Теперь мы знаем, что это и откуда они. Нам нужно только понять, как их остановить.
— Ты мне теперь веришь?
Он потер лоб.
— Я хочу тебе верить. Но… — он вдруг застыл, глядя на часы на камине. — Альва, почти час.
Я вскочила со стула, побежала в свою комнату. Дункан уедет из Ормскаулы через несколько минут. Оставит меня тут.
Я схватила сумку с кровати, а потом замерла, не разгибаясь, ладони сжимали лямки.
Если останусь, потеряю работу. Придется жить с Жилем Стюартом. Я увижу, как повесят папу. Но если я уеду…
Я никогда не узнаю, что тут случилось. Послушает ли Мэгги Рена насчет чудищ. Убьют ли больше людей. Остановят ли они их.
Я повернулась и беспомощно посмотрела на Рена.
— Это твой единственный шанс, — сказал Рен, словно читал мои мысли. — Иди, — мягко сказал он. — Я отнесу книгу Мэгги. Я все ей передам.
Он подошел ко мне, мягко забрал сумку и повесил мне на плечо. Его большой палец погладил мою щеку, взгляд был нежным.
— Иди, — снова сказал он, опустил руку и отошел. — Ты еще можешь догнать телегу.
Я миновала его и побежала.
* * *
Было около двух, когда я добралась до реки, каждый вдох обжигал болью, в боку кололо. Левое колено было ободрано, я упала в спешке.
Я пыталась подавить панику, добравшись до деревни. Я опустила голову, укуталась в шаль, пока спешила по переулкам, по тому же пути, как и вчера, чтобы избежать площадь и главные дороги из Ормскаулы. Я отставала от Дункана на час, но могла догнать, если бежать. Просто нужно было…
— Мой дом там, — Жиль Стюарт встал передо мной, а с ним — Диззи Кэмпбелл.
Я затормозила, задыхаясь. Он шагнул вперед.
— Я это отнесу за тебя, ладно? — он не дождался ответа и выдернул сумку из моих рук. Я в ужасе смотрела, как он бросает ее на землю, открывает и роется. Желудок сжался, когда он вытащил одно из хороших платьев. — Умно, как для девушки, живущей на горе, — задумчиво сказал он.
— Это было мамино, — соврала я.
Он посмотрел на платье с новым интересом, и мне точно не показалось, что он бережно его свернул и опустил поверх плаща. Мое сердце забилось быстрее, когда он задел пальцами шаль, внутри был завернут пистолет, убивший мою мать. Если он это увидит…
Но он отодвинул шаль, закрыв ею карман с пулями, и достал мою папку с приборами для письма, без интереса порылся там. Когда он нашел мешочки денег, он с пониманием посмотрел на меня.
— Ты пришла подготовленной, мисс Дуглас. Прошу, опустоши карманы.
Там только фотография мамы. Я вытащила ее и протянула ему.
Жиль забрал фотографию и долго смотрел на нее.
— Это я оставлю себе, — сказал он.
— Это мое, — резко ответила я. — Это все мое.
— Конечно, — успокаивающе сказал он. — Я пригляжу за этим для тебя. Уберегу. Идем, — Жиль забросил мою сумку себе на плечо, взял меня за руку над локтем. — Я отведу тебя домой.
Если я пойду с ним, мне конец. Плевать на сумку. То просто вещи. Может, я еще могла сбежать, и мне хватило бы свободы.
— Я хочу сначала проведать миссис Логан, — сказала я. — Высказать соболезнования. Я слышала об Айлин. Только что, — я вспомнила, что он не сказал мне, что случилось с ней.
— Они не готовы к гостям, — ответил Жиль. — Прибереги это для похорон. Если хватит смелости показаться.
Я подавила рык раздражения, он продолжил:
— Наверное, тебе лучше не идти. Но мы решим это позже. Пока твое место со мной, — он крепче сжал мою руку и пошел, уводя меня с собой.
Я видела зайцев, пойманных в силки, их попытки вырваться все ухудшали. Каждый раз, когда они пытались сбежать, веревка затягивалась, пока их борьба не приводила к их смерти. И я не спорила, не возражала, просто шла рядом с ним, щеки пылали, когда Мэгги Уилсон вышла из магазина и проводила нас взглядом, пожелав Жилю хорошего дня. Он напряженно кивнул, и мы пошли дальше. Я ощущала спиной ее взгляд, пока мы шли по улице.
* * *
Дом Стюартов не изменился с тех пор, как я была ребенком. Коридор, где Жиль бросил мою сумку, был таким же мрачным, в панелях из темного дерева. Длинный ковер покрывал там пол, выцвел от шагов. Слева была гостиная, а дальше — комната для семьи, только Стюарты могли позволить себе две такие комнаты. Дверь впереди вела в столовую, там я бывала в детстве на ужинах, а за ней была кухня.
Но Жиль повел меня к широкой лестнице, сжимая мою руку.
— Где миссис Стюарт? — спросила я. — И Гэван?
— Моя жена в постели. Ей стало плохо от новостей об Айлин, — сказал он. Мы прошли то, что я посчитала спальнями семьи. — А Гэван снаружи с остальными ищет Хэтти.
В конце коридора была еще одна лестница — на второй этаж. Но мы пошли к дверце, которая напоминала шкаф. Я удивилась, когда Жиль вытащил ключ из кармана и открыл ее, толкнул меня внутрь. Еще больше я удивилась при виде еще одной лестницы, узкой, с высокими ступенями, не таким хорошим деревом. Она вела во тьму.
— Иди, — сказал он.
Опасаясь того, что могло ждать наверху, я пошла, сжимая веревку, прикрепленную к стене, служащую перилами. Мои глаза привыкли, когда я была почти у вершины, и я увидела еще дверь и ключ в замке.
— Куда вы меня ведете? — спросила я, но Жиль потянулся из-за меня, чтобы отпереть ее, толкнул своим телом меня внутрь.
Комнатка была небольшой, круглое окно с зеленым стеклом бросало зловещий свет на нее. Там был матрац на маленькой медной основе кровати, надбитый ночной горшок и шкаф. Ни стола, ни стула. Кровать, шкаф и горшок.
Я повернулась к Жилю, преградившему выход.
— Вы не можете держать меня тут.
— Это временно, — сказал он.
Я шагнула к нему.
— Я хочу спуститься.
— Почему тебе не прилечь немного? — сказал он. — Ты точно устала.
— Я не хочу прилечь.
Он посмотрел на меня как на ребенка, медленно заговорил:
— Послушай, Альва. Тебе нужно понять. В Ормскауле сейчас не лучшие времена. Много сомнений, страха и гнева. Люди жаждут крови. Им нужно кого-то обвинить в том, что случилось с твоей мамой семь лет назад и в произошедшем прошлой ночью. Боюсь, раз твой отец заперт, они нападут на тебя.
— Тогда я буду сидеть дома, — сказала я. — Подальше от окон, чтобы они меня не увидели.
Он покачал головой и слабо улыбнулся.
— Люди будут постоянно приходить. Нет. Тебе лучше остаться тут. В безопасности.
— Я не хочу, — я не хотела снова быть запертой. Особенно тут.
Его лицо потемнело, зрачки стали точками. Он заставил себя еще раз улыбнуться.
— Так похожа на свою маму в этом возрасте. Такая же упрямая, — он повернулся уходить.
— Куда вы? — я пыталась не показывать отчаяние в голосе.
— На мельницу. Я вернусь позже с твоим ужином.
Мельница. Если мы с Реном были правы, и те существа выбрались из-за упавшего уровня воды, то каждый дюйм воды, который он использует, даст им больше свободы.
Дверь за ним закрылась, ключ повернулся в замке.
Я пронеслась по комнате и ударила по двери кулаками.
— Нет, Жиль… мистер Стюарт! Послушайте! Мне нужно кое-что сказать! О мельнице! Вам нужно прекратить. Послушайте меня!
Но за дверью было тихо. Я била по двери и кричала, пока горло и ладони не заболели. Отчаяние заполнило меня. Никто не знал, что я была тут. Никто не будет меня искать. И никто меня не услышит. Я была на третьем этаже, была заперта. Я оглядела аккуратную комнату с заправленной кроватью. Кожу покалывало. Как долго он планировал это?
Я прошла к окну, искала засов, но его не было. Стекло было толстым и с пузырьками, не удавалось увидеть, что снаружи, хотя я была уверена, что была с обратной стороны дома. Сесть больше было негде, и мне пришлось пройти к кровати и опуститься на древний матрац.