— Может, тебе залезть мне на плечи? — оживилась она.
— Давай попробуем.
Она присела, взяла меня за руки и направляла, запыхтела, когда я перекинула ногу через ее спину и села, сжав кулаки и вытянув руки, чтобы удерживать равновесие.
Кора медленно поднялась, и я ощутила ветер лицом.
— Иди вперед, — шепнула я, боясь, что мой голос донесется до существ и вызовет их. — Медленно.
Кора с трудом несла меня, я ощущала, как она дрожала, раскачивая меня. Я подавляла желание сжать ее ногами, чтобы не упасть. Я медленно подвинула вес, отпустила ее ладони и потянулась руками перед собой.
Когда я ощутила край, я опустила на его вершину ладони, потом локти. Я подтянулась, отцепила ноги от Коры.
И поняла в тот миг, что мне не хватит сил вытащить себя.
— Помоги! — зашипела я, и она сжала мои ноги и толкнула вверх, я впилась в камень пальцами и выбралась из дыры, царапая кожу на руках.
Я перевернулась на спину, задыхаясь, плечи горели от усилий, предплечья жгло.
Я повернулась на живот, подвинулась вперед и нашла дыру.
— Ты в порядке? — тихо спросила я.
— Да. Что там наверху?
Я огляделась, но все еще ничего не видела.
— Темно. Но я чувствую ветер. Значит, тут есть выход, — я подвинулась и протянула руки. — Хватай меня за руки. Я тебя вытащу.
— Не сможешь, — Кора звучала странно. — Ты не могла вытащить себя. Если потянешь меня, снова сюда упадешь.
— Кора, мы можем попробовать…
— И что? Ты упадешь на меня и сломаешь что-то, и мы застрянем. Нет уж. Тебе нужно выбраться и отыскать помощь, — твердо сказала она.
— Я тебя не брошу.
— Тогда мы обе умрем. А потом и все в Ормскауле, потому что не знают, что творится.
— Кора…
— Ты тратишь время, и я все ближе к смерти в этой дыре, — заявила Кора. — Просто иди за помощью, — ее голос был твердым. — Прошу.
Последнее выдало ее. Я слышала, какой смелой она пыталась быть. Ради меня. Она пыталась быть смелой, чтобы я ушла. Обычно она не стала бы просить меня так. Она доверяла мне, верила, что я вернусь.
— Хорошо, — сказала я с тяжелым сердцем. — Только держись.
— Я буду ждать тут, — сказала она со слабой дрожью в ее шепоте, выдающей, что она боялась как я. — Больше негде.
Я села, отвернулась от дыры к ветру. А потом оглянулась. Мне нужно было сказать ей о Хэтти. Я не хотела, чтобы Кора наткнулась на нее случайно.
— Тебе нужно кое-что знать…
— Нет, — сказала она. — Я не сдвинусь с места, пока не прибудет помощь. Мне не нужно ничего знать. Ты можешь рассказать все потом.
Мое новое уважение к Коре росло.
— Я обещаю, что вернусь, — сказала я и встала на четвереньки.
Я двигалась, пока не нашла стену, стала ползти вперед. Я не вставала на ноги, надеясь отчасти, что так привлекала меньше внимания, и чтобы не рухнуть всем телом в дыру, если я на нее наткнусь. Но я двигалась медленно, проверяя землю под рукой.
Тут было очень тихо. Неподвижно. Тьма была бесконечной. Я двигалась и двигалась, и надежду придавал только ветер, сильнее дующий на лицо. То, что не было видно света, не радовало, но я отгоняла эту мысль, говоря себе, что могла еще длиться ночь. Я сосредоточилась на ветре. Нужно было следовать за ним. Только это.
Одна рука за другой. Колено за коленом. Снова и снова.
Легко.
Стена кончилась, и я замерла. Я уперлась ногой и потянула руку вперед, ощупала край и с облегчением поняла, что туннель вел влево, ветер подбадривал, задевая щеку.
Но я нашла проход и справа, и оттуда тоже доносился ветерок. И куда же двигаться? Налево или направо?
Выбор был принят за меня, когда я услышала щелканье справа. Они звали и отвечали, направлялись ко мне.
Этого хватило, чтобы я вскочила на ноги, сердце грохотало в груди, пот стекал по спине, паника распространялась жаром.
Они были близко.
Страх сжал меня в кулак. Я перестала думать и дышать, перестала быть тихой и осторожной. Я побежала.
Мне хватило ума держать руку на стене, зная, что шанс лишь один. Шанс выбраться и найти помощь. Я не могла думать о тьме или о том, что не знала, куда шла, и что могло быть впереди. Я знала, что было за мной, и этого хватало.
Ноги стучали по камню, я поскользнулась, из-за тьмы звенело в ушах. Я смогла удержаться, вытянув руку перед собой, другой сжимая стену, и побежала вдоль нее, оглушая себя своим дыханием.
На миг я обрадовалась, поняв, что не слышала больше щелканье, решив, что оставила их позади.
А потом один из них гневно закричал, голодный звук разнесся по пещерам, и моя кровь похолодела. Кости в моих ногах стали жидкими, и я поняла с пугающей уверенностью, что не выберусь.
Что умру тут.
ДВАДЦАТЬ
Я как-то продолжала двигаться, хлюпая лужами, которые не видела, вода пропитала юбку, сделав ее тяжелее. За мной гремели камни, стучали сильные ноги, догоняя меня, звенели крики, другие присоединялись к охоте. В боку кололо, голова снова болела, а плечи ныли от того, как я выбиралась из дыры. Я была слишком слабой для этого.
Когда туннель повернул, я не сразу поняла это, чуть не пропустила и резко развернулась.
И увидела самое красивое зрелище в мире.
Мягкий и безопасный свет рассвета.
Я устремилась к нему, крики существ за мной стали отчаянными. Я перестала ощупывать стену, руками гнала себя вперед, размахивая ими, стуча ногами по земле.
Я приближалась и с ужасом поняла, что туннель сужался, но я продолжала, упала на землю, когда потолок стал слишком низким, поползла по лужам, оставшимся от озера, когда оно было еще с высоким уровнем воды и закрывало выход.
Я легла на живот и ползла, впиваясь локтями в камень, двигаясь к свободе.
Я почти выбралась, когда что-то схватило меня за ногу и потянуло обратно, но я отбивалась другой, обрадовалась, когда попала, и мою лодыжку отпустили. Я бросилась вперед, подтягиваясь на камнях.
Голова выбралась из туннеля, плечи — следом, и вся я выкатилась, словно пещера родила меня.
Когда я рухнула в мокрую землю, я даже не замирала, чтобы отдышаться, а вскочила на ноги и повернулась.
Белая рука потянулась за мной, но стала чернеть и гореть и отпрянула в пещеру.
Свет солнца. Мы были правы. Они не могли его переносить.
Оно не смогло меня схватить.
И мои ноги не выдержали, тело устало, адреналин в нем пропал, и я стала слабой и дрожащей. Но живой. Чудом живой.
Я позволила себе лежать в грязи, солнце грело лицо. Но только пока конечности не перестали дрожать. Я осторожно поднялась на корточки, держась подальше от дыры, заглянула туда. Показалось, что я заметила черные глаза, глядящие с ненавистью, и они пропали.
Я хотела лечь в грязь и уснуть. Я ужасно устала, все расплывалось по краям, и каждый шаг раскачивал меня. Но я не могла. Кора осталась там, и мне нужно было привести помощь. И я пошла.
Я прогнала из головы все, все те ужасы, что видела, заперла их подальше в разуме. Я ни о чем не думала, только переставляла ноги. Я дважды остановилась, склонилась к озеру и пила воду, сложив руки чашей, поливала водой голову, пытаясь успокоить головную боль. Прохлада воды дала мне ненадолго взбодриться. Солнце поднималось в небе, сушило грязь и кровь на моей юбке, делая ее тяжелее. Я сняла внешнюю юбку и бросила, осталась в нижней и в блузке.
Когда я добралась до дороги, что вела с горы, я замерла. Я хотела вернуться в дом, но мне не хватило бы смелости. Вряд ли я выжила бы, увидев Гэвана с разорванным горлом. И Рена…
Я не могла. Я не могла думать об этом. Даже от этого было больно.
Я повернулась к тропе, ведущей с горы.
Я снова была рада, что спускалась, смогла разогнаться, почти бежала, спотыкаясь. Когда я повернула и увидела Ормскаулу, улицы и площадь оказались пустыми. Я на миг поверила, что там никто не жил. Что все пропали, и я осталась в деревне-призраке одна, и придется там ждать ночи и появления существ, которые добьют меня.
В ушах зазвенело, жар растекался по мне, черные точки плясали перед глазами. Я присела и опустила голову между колен, вдохнула сквозь зубы, кулаки сжимали землю, пытаясь подавить головокружение.
Когда я убедилось, что это прошло, я посмотрела на фигуру внизу, идущую к магазину Мэгги Уилсон — Мэри Кэмпбелл. Я видела это по ее рыжим волосам. От ее появления я ощутила надежду. Она была жива.
Я как-то начала двигаться по оставшейся части тропы, пересекла мост, волочила ноги по улицам деревни и площади, пока не оказалась у магазина Мэгги.
Я призвала остатки сил и прислонилась к двери, толкнула ее так, что она ударилась об стену с грохотом.
Мэгги Уилсон и Мэри Кэмпбелл повернулись ко мне, потрясенно раскрыв рты.
— Там монстры, — выдавила я. — Монстры живут в пещерах у озера.
И я потеряла сознание.
* * *
Я пришла в себя на спине, прохладная ткань лежала на моем лбу, Мэгги Уилсон хмуро глядела на меня.
— Тебя стошнит? — спросила она.
Я обдумала свои ощущения.
— Нет.
— Тогда садись, — потребовала она, и хотя ее слова были короткими, она нежно помогла мне сесть и прижала чашку к моему рту.
Теплый некрепкий чай был на вкус как нектар богов, и я сжала чашку, нахмурилась, когда она отбила мои руки.
— Если поспешишь, тебе станет плохо. Ты потеряла сознание.
Я это и сама поняла, но молчала. Она дала пить чай мелкими глотками, словно я была крохой или пташкой, пока он не кончился. Она убрала чашку и скрестила руки.
— Ну? — спросила она. — Монстры, значит?
Последнее, что я сказала, когда потеряла сознание. Кора.
Я кивнула.
— У них Кора Рейд. Они живут в пещерах у озера, туда они и забрали нас. Вода теперь так низко, что они могут выбраться. Это они убили Айлин и лошадей Джима. Хэтти Логан и Джеймс Баллантин тоже мертвы. Я нашла тело Хэтти в пещерах, но Кора еще жива. По крайней мере, была. Она помогла мне сбежать, — мой голос звучал так, словно его не использовали тысячу лет. — Я могу показать, где она. Может, еще не поздно, — не могло быть поздно, я молилась за нее.