— Покажи, — попросил Эрик коротко, но его поняли. На протянутую ладонь легла подвеска. Не самый крупный кристалл накопителя. Некрупный был выбран специально, чтобы под одеждой не слишком выделялся. Кристалл был совершенно ординарным. Но! Обычно полупрозрачный, а сейчас совсем мутный кусочек кварцевой породы был оплетен тончайшей, не толще тирловой шерстинки, проволокой из белесого металла. Хитро так оплетен. Любой землянин сказал бы, что на индукционную катушку похоже. Как минимум, один способ использования платины опробован в экстремальных условиях…
Когда расстроенный неудачами артефакторов, Шепри Мондоир запросил помощи и вызвал Ольгу в город на совет, ему так и было сказано: нужно делать, как повышающий трансформатор, только она, Ольга, дескать, в этом не разбирается. Пашка тоже ничем не мог помочь, про трансформаторы у него только школьные знания. Пришлось звать на подмогу Семеныча и везти его к артефакторам в департамент. Артефакторы узнали много новых слов, в том числе и научных.
Все-таки мужики старой советской закалки, это уникумы-универсалы. Чего только ни умеют, в чем только ни разбираются! В результате получасовой склоки (как только Семёныч выдержал и ни приложил никого со всей пролетарско-крестьянской яростью?) маги подвергали сомнению каждое его слово. Что может знать пропахший гарью простец в странных пятнистых штанах и дорогущей, эластичного полотна рубахе? И довели-таки старого партийца до мата и попытки хлопнуть дверью. В результате родилась вот такая катушка из платиновой проволоки с сердечником из кристалла. Только острые грани кристалла чуть скруглили, чтобы проволоку не перетянуть. Все догадки, на взгляд Ольги, были построены не то что на интуиции — на примитивных аллюзиях. Хотя кто его знает, возможно, опыт — это тоже своеобразная магия, когда решение видишь сразу, без промежуточного осмысления. Семёныч тогда все-таки хлопнул дверью, предварительно рявкнув, что сказано витки, значит, витки. Параллельно короткой оси! Не наискосок, едрит-мадрид, и не по длине!
И да, только проволоку! Не пластины, мать вашу, и не узкие ленты… Какой вам хрен, что тянуть? Круглое сечение или прямоугольное⁈ Как будто через ручные вальцы тянут, а не магией. И расстояние между витками, расстояние, раз изолятора противомагического нет…
Шепри потом долго извинялся. Он, к сожалению, всего лишь бытовик, но не артефактор, хотя в артефактах разбирается и понимает, как оно сотворено. А сам сделать не может — не дано. Нужно ли говорить, что Шепри увлекся Жехом с той же силой, как в свое время увлекался Ольгой. Даже клятву о неразглашении принес ради права появляться на хуторе.
И как итог, один из экспериментальных накопителей помог королю удержать щиты и не поддаться напору Совета.
— Все пятеро, значит, напали? — с холодной яростью уточнил Эрик.
— Сдается мне, что там был шестой. Вспомни, мы всегда справлялись, когда Совет устраивал нам проверки. Даже в юности поодиночке справлялись. Отец эти проверки дозволял, чтобы щелкнуть старичков по самолюбию. А тут такая мощь! Нет, там явно был дополнительный боец. Сильный и хорошо экранированный. Полагаю, он под столом сидел или еще как-то укрылся, потому что чары невидимости я бы почуял.
Эрик кивнул. У него тоже был такой амулет.
— И все же мне интересно, почему они твоего гнева не убоялись? Обычные щиты против нашей магии не работают.
— Это не так уж и важно, брат. Сам знаешь, что истинная мощь королевского гнева никому не ведома. Помнишь легенду о прадеде Эрнеле Третьем? — Эрик кивнул.
Страшное было время. Кланы все еще пытались оспорить первенство дома Эрнелов. И не подковерные игры вели, а объединились и поперли нахрапом, навязав битву магов. Тогда прекратили свое существование пять крупных кланов. Эрнел Третий опередил нападающих на один вздох — ударил первым. Выжили только те, кто стоял на ближних флангах. Предок исхитрился пустить свой гнев не отдельным вектором а веером векторов. Легли все. У тех, кто стоял ближе и попал под прямой ментальный удар, вытекли глаза. Предок после такого усилия, правда прожил недолго. Но сына вырастил и умер в своей постели.
— Эльз, скажи прямо. Что у тебя на уме?
— Твои земляне. Их попытаются сделать поводом для новой войны. А еще я думаю, что кто-то из приспешников Совета тоже обзавелся иномирцем. Только я думаю, что это не землянин. Слишком уж наши старикашки привыкли презирать техномирян.
— Думаешь, они тоже нашли апрольцев и утаили? — Эрик покивал сам себе. — Да, апрольские маги посильнее наших будут.
— И если среди них оказался артефактор, — подхватил Эльзис рассуждения брата, — то, возможно, он попытался создать защиту против нашего «гнева».
Эрик фыркнул. Эльзис улыбнулся: сразу вспомнилась Серафима. Именно она так выражала свое, скажем так, неодобрение.
— Интересно, как они могли это проверить. Может, для этого тебя и провоцировали?
— Не уходи от темы. Как собираешься землян защищать?
— У шельм спроси! Я и так нарушил правила и разрешил им поселиться в усадьбе Шенола а не на территории Западного, как это было всегда. Правда, тогда я думал не о безопасности, а выполнял просьбу Раима: Ольге было бы очень неудобно в мужских казармах.
— А еще той кудрявой магичке и Серафиме, — подначил старшенький младшенького. Эрик едва заметно смутился. Совсем чуточку, но от брата-близнеца и такое не укроешь.
— Во время соревнований они под защитой короны, а в поместье — под защитой дома Шенол. Прикажу не высовываться больше никуда.
— Прикажи, чтоб на арене не выпендривалась…
— Этого делать нельзя! — резко возразил Эрик. — Публика уже распробовала новые трюки. Им приглянулась малышка Тыря. Не забывай, что на зрительские скамьи допускаются только представители старых или знаменитых семей. Мы не можем себе позволить утратить их лояльность даже на малую толику. И потом… Ольга и ее подруга приготовили необычные трюки. Что именно — не спрашивай, дамы исхитрились соблюсти тайну. Но очень хочу посмотреть.
— Думаешь, нашим аристократам понравится?
— А это без разницы. Главное, что они увидят землянок во всей красе. И задумаются. Если у них женщины такие, то каковы мужчины.
Глава 6Столичная эпопея. День первый
Магический эфир над ареной и прилегающих к ней территориях лихорадило.
В обеих половинах вивария нервничали и накручивали себя наездники. Вольно или невольно их настроение отражалось на нгурулах.
Спокойной, кажется, была только Ольга. Вот реально спокойной, несмотря на гуляющий в крови адреналин — Тыря щедро делилась возбуждением стаи. Секрет прост — медикус в друзьях. Договоренность с доком об успокоительном заклинании была еще накануне. Причем, Оля специально попросила, чтобы Трой сработал втихоря даже от нее, а то она себя знает — будет прислушиваться к своему состоянию и анализировать каждый вдох. А вдруг все испортит? Типа — сама себя сглазит.
— В смысле, подсознательную защиту от меня выставишь? — вспыхнул академическим интересом штатный медикус Восточного корпуса.
— В смысле, сама на себя порчу наведет. И твое, док, успокоительное не сработает, — хохотнул Пашка, взяв на себя функцию перевода сути земных предрассудков на нрекдольский. И уже обращаясь к Ольге, выдал с непередаваемым апломбом: — У грамотных взрослых людей, чтоб ты знала, это называется «психосоматика», — и тут же, не выдержав собственной серьезности, заржал аки стоялый конь. — Во какое слово вспомнил! — и тут же получил по той части организма, которая в ответе за все. Била Серафима от души, да какой там удар от полоски синего шелка? Док в очередной раз поразился странностям отношений среди землян. Пашка, он же воин, и не из последних, и маг в придачу, а на шлепок по заднице от простой, хоть и красивой женщины отреагировал так, как будто его по головушке приласкали, а еще сладким пирожком порадовали. Странные они, эти земляне, упорно подчеркивающие, что они русские. Странные и очень привлекательные своей изумительной привязанностью друг к другу. Вот с кланом Хайрема Оусса и пересекаться лишний раз не хочется, хотя там все до единого понятные, как заклинание от головной боли.
Эрик об этом разговоре не знал — заселение табора восточников в поместье Шенола он предпочел пропустить, оправдываясь тем, что нгурулов нужно как следует разместить в запасных вольерах Западного. За кормежкой, там, проследить… На вялые возражения Ольги, что это ее работа, он только эполетом дернул. А Ольге не больно-то и хотелось. Жаль, конечно, что Свап будет со всей стаей, зато Тырюха и ее банда при ней — поместье Раима располагало собственным виварием на четыре вольера. Сильный, надо полагать, когда-то был род, в том числе и наездниками, раз столько зверей могли содержать разом.
Так вот… Эрик притащился в дом Шенолов в такую рань, что не все еще умыться успели. Ольга — ранняя пташка, успела и вовсю нежничала со своими ничейнышами. А глаза у нее были такие больные, что с величеством номер два случился внезапный приступ человеколюбия — успокоительное заклинание слетело с пальцев Эрика раньше, чем он успел осознать. Откуда было знать заботливому величеству, что Раим, выпуская Олю из одеяльного уюта, тоже проявил чуткость — кинул успокоительное не сильное, и не быстрое, зато долгоиграющее. Ну и вишенка на торте — док Дрири свое обещание выполнил. Его закладочка сработала ровно в тот момент, когда уже вполне спокойная госпожа туэ сделала первый глоток чая…
Поэтому все подготовительные мероприятия Оля пережила, даже не заметив. Не замечала презрительных взглядов западников — да хоть до образования второго пупка на маковке запрезирайтесь, только дорогу не заступайте. Тыря ваших экзерсисов не понимает — может и подвинуть, ненароком став вдвое больше: пройти-то дорогой подруге надо! Такого афронта, слава шельмам, не случилось, но только потому, что Раим в беседе с коллегой, Попечителем соперников, открытым текстом дал понять — если понадобится, перебьет на дуэлях хоть весь Западный корпус, если его туэ только нахмурится. У́ргуд Метóк на предупреждение отреагировал правильно, ибо возможности своего бывшего ученика знал как никто, а в столице Шенол считался непобедимым дуэлянтом.