— Было двое. Один — нормальный такой мужик. На местной женат был, вроде рыбачил. Не помню уже. Сказал, что из Рязани, но по повадкам чисто прибалт. Жёсткий, надменный. Мы с ним не ссорились, но и не сложилось у нас общение. Разошлись не оглядываясь. А второй, явно из гопников. Всё крышевать меня пытался. Типа, я пою за денежку, а он меня защищает и немного мне из моего же заработка отсыпает от щедрот.
— И что?
— И ничего. Нету его больше.
Подруги опять переглянулись и ничего не спросили. За это Аркадий был им особенно благодарен. Вроде как грех на нем, а каяться не тянуло. Как будто не человека прибил, а шакала бешеного. Чтобы сменить тему, он задал давно назревший вопрос:
— Девочки, а вы кто?
Девочки в который раз переглянулись и прыснули в кулачки. Аркашу ждало много открытий. Но… это лучше постепенно. А сейчас пусть готовится к переезду в Восточный.
*Автором стихов считается некто профессор Лебединский А. Он же провозгласил себя и автором музыки же. (ИМХО: мелодия очень узнаваемая и явно ворованная. Обычная ситуация для СССР — мало кто имел возможность отслеживать западные хиты и натыкать вора. Позже подобный плагиат стал очевиден). Для Демиса эту композицию прод названием '«From souvenirs to souvenirs» написал композитор Стелиос Влавианос.
** Алексей Душкин — историческая личность, автор красивейших станций московского метро: «Кропоткинская» (1935 г.), «Маяковская» (1938 г.), «Автозаводская» (1943 г.), «Новослободская (1952 г.)». Остальное — лютый авторский произвол.
Глава 37Столичная эпопея. Утречко в дворцовых покоях
Резкий свет выдернул Ольгу из глубокого сна. Выдернул грубо, неожиданно, внепланово! А намерения у Ольги были самые что ни на есть отдыхательные — спать, покуда не выспится. За все последние восемь месяцев. Спать! Хоть до обеда, а хоть и до вечера! Раз есть возможность, нужно ловить момент и по полной использовать шанс побыть одной. Симушку предупредила, Тырьке все объяснила и зов ее заблокировала. Рэм, по прогнозам, только завтра к обеду проснется. Что-то Эрик перемудрил в настройках артефакта. Оказывается, стандартная настройка предполагает возврат к цветущей юности. Но Серафима убедила его, что Шенолу это не подходит. Мужчина при солидной должности, а выглядеть будет как зелёный юнец. Недальновидно сие и самому лавэ едва ли понравится. Особенно, если в уме держать удар по затылку. Плюсик в карму Симушке за дальновидность!
Вот и хотелось Ольге встретить своего Рэмушку во всей обновлённой красе и полной сил. Отдохнувшей. Лёгкой и весёлой. Отоспаться Ольга мечтала! Всего-то. И вылежаться в исполинской кровати, пока бока не заболят. Даже позавтракать в постели мечтала. Когда ей снова такой шанс выпадет при её-то нагрузках? Целый день без обязанностей! Тырьку навестить — это не обязанность, это радость. А теперь вот разбудили. Да к тому же так варварски. Еще бы «встать!» скомандовали. И кто этот смертник? Такой сладкий утренний досып испоганили!
Горничная уверенной рукой раздёрнула плотные ночные занавеси. Вот же ж не повезло с подопечной! А все потому, что обер-лакею не потрафила, юбку по первому требованию не задрала. Он надо всей прислугой этажа начальство! Сволочь! Не обязана она перед всякими лысыми и пузатыми «за так» корячиться! Пусть обер, а всё одно — лакей! Это гостей короля ублажать её прямая обязанность, прописанная в контракте. Аристократов, на минуточку, а не лакеев. Теперь вот приставили к землянке в услужение. К землянке! Придумал, как отомстить, выхлюздень тухлый! Даже если бы к грымзе какой, и то не так обидно было бы! И вроде ничего плохого эта выскочка не делала, даже спасибо говорила и рук не распускала. А всё равно, это ж какой урон статусу среди прислуги. Провинциалку обихаживать, да ещё иномирянку! А до этого её всегда к самым требовательным арратам в услужение приставляли. К женам клановых вождей или их дочерям. Иные так довольны оставались, что золотую монету жаловали, а то и перстенёк с руки. И на тебе — землянка! От этой подарочка точно не дождёшься, уж больно скуден багаж у гостьи, тьфу на неё! Мундир черный да два непривычно ярких платья странного кроя. Ну и туфли к ним. Одна пара. Хотя платья шикарные, чего уж. И цена ткани, и качество работы… Явно магией делали, а не иголкой стегали. Такое не каждая аррата себе на праздник позволить может, а эта — на ежедневный разнос. Ещё бельишко было престранное, но такое красивущее — жуть! До белого кружевного дотронуться страшно — такое тонюсенькое, а от чёрного (разве такое бывает вообще?) аж в дрожь бросало и невыносимо тянуло примерить. Тут и позавидовать было чему, и с подружками-горничными обсудить. Да подговорить подружек, чтоб вторая землянка, которую на этом же этаже поселили, тоже гостеприимством подавилась. За компанию. Понаехало тут всяких… Нищета нищетой! У седой, а теперь темноволосой из украшений только скромненькая диадемка. Красивая, что есть, то есть, но камни копеечные. Единственное, что придавало вещи некоторый статус — магическое исполнение. Диадемка вполне могла оказаться артефактом неведомых свойств, а потому опытная прислуга не только не прикасалась к сомнительной вещице и даже не смотрела в ту сторону. Разок взяла в руки, когда тощенький баул распаковывала, а больше — ни-ни! Вот и весь багаж! Ну, кроме каких-то склянок с неизвестными снадобьями да удивительной расчёски. Даже ночнушку из дворцовых запасов предоставить пришлось. Ублажай такую… Ну да персоналу тоже кое-что доступно. «Накушается» землянка дворцового радушия. Это любая опытная прислуга сумеет: отравить жизнь подопечному, не нарушая абсолютно никаких правил. Самое простое — неукоснительно следовать всем(!) правилам с самой заботливой миной на лице. Как и положено хорошей прислуге, горничная в разбиралась не просто в людях, она разбиралась в аристократах! Эта жаловаться не пойдет, тихоня вежливая. А еще арратой заделалась. Знает, поди, своё место. Даже не понимает дикарка иномирная, какой статус ей причитается, после того как их величества её, выскочку в свой род приняли. По идее, новая королевская родственница должна квартировать в семейном крыле дворца, а не здесь, на задворках гостевого. А если и в гостевом, то в апартаментах на пять комнат при личных: горничной, лакее и ходоке-охраннике. А эта… Тьфу! И на что лавэ Шенол клюнул? Простушка по всем параметрам. Что на рожу, что на фигуру, что на стать. Благородной аррате положено парить, туфельками земли не касаясь, а не бухать срамными сапожищами. То ли дело госпожа Ууна Кранц! И мила, и щедра, и грациозна! И воспитанная! Даже пощечину ни разу не отвесила. А уж красавица какая! И главное — своя! Обидно же!
Разве могла прислужница, слегка повёрнутая на статусе, предположить, что Ольга сама настояла на максимально скромном варианте расселения, а гостевать поблизости от величеств отказалась наотрез. Дура она, что ли? Там же фасон круглые сутки держать придётся, дабы честь Корпуса не уронить и землян не опозорить. Ничего не делая, до дрожи умаешься спинку держать да головку склонять элегантно и покорно. Даже если одна в комнате! Потому как у стен глаза есть. У дворцовых — гарантированно. Читывали, знаем. А если неугомонным королям пообщаться приспичит, то ни днём, ни ночью не отвертишься. Эти парни с чужими планами на отдых считаться не обучены. Нет у них такой опции. Шаговая доступность от величеств — гарантированный головняк и никакого покоя. Умничка Семёныч вообще из дворца слинять исхитрился. От греха. А ей, Оле, куда от Тырюхи и всей стаи? От Серафимы, которая во всём от неё сейчас зависит. Это дома, в Восточном, всё наоборот. Оля без подруженьки своей как без рук и без глаз. А ещё без ушей и мозгов. Все информационные крошечки на базаре (да и в городе) подберёт, проанализирует и готовенькое выложит. Кратенько и по существу. Это помимо того, что вся обширная торговля на ней. А в столице Симушка — придаток к Корпусу. Каприз единственной в мире наездницы.
Гостья их величеств продолжала сладко спать. Нормальное дело — в шесть утра. А горничную от этого совершенно обыденного факта прям надирало, так она умудрилась себя накрутить и раздраконить. Это ж землянка во всём виновата! А кто ж ещё? Спит она, гадина такая, посапывает! Ну-ну. Из-под одеяла едва виднелась макушка с тёмными, заметно спутанными волосами. Ну, хоть не седая теперь: всё не так противно. И горничная двинулась к постели. Даже руку занесла, чтобы одеяло откинуть. С вечера приказа «не будить» не поступало, а значит, хватит разлёживаться, раз прислуга на ногах. Всегда можно отговориться, что беспокойство проявила: вдруг госпожа проспит и планы её важные порушатся?
— Стоять! — хриплый ото сна голос из-под одеяла отчего-то напугал больше, чем грозный окрик. Горничная вздрогнула от неожиданности, да так и замерла с протянутой рукой. — Дотронешься — убью!
Полусонный мозг Ольги ещё не включил привычный самоконтроль, но уже анализировал раздражители. И реагировал по красному уровню. Установка была: спать! А не это вот… Задолбали демоны!
Самой яркой эмоцией горничной был испуг. А до этого — злорадство. И что бы сие означало? Горничная диверсию этой побудкой затеяла или короли издеваются: как же ж им на рассвете и без иномирянки? Мало им вчерашних разговоров!
Деваха оказалась с характером, даже сумела проблеять робкое:
— Госпожа…
Ага, значит диверсия. Иначе бы уже выдала инфу: кто, что и куда. Да и эмоции о том же сигналят. Шибко девушка досадует, что задуманное вот-вот сорвётся. Вот дрянь!
— Штору закрыла и вон пошла! — лишних слов тратить Ольга не собиралась, старалась не развеять сонливость. Даже голос полусонный сохранила. Судя по эмоциям настырной девки, намерений испортить подопечной утро та не оставила. Дерзкая. А еще дура. Умная не рискнула бы магу перечить. Не знала? Ха! Прислуга знает всё! На глушилку магии надежды возлагает? Ну, не повезло вам, барышня. Пардоньте. Нет у древнего артефакта прошивки против эмпатии. Против ментала есть немножко, а против чуйки на чуйства — увы. Этому сам Эльзис удивился на балу. Да и стычка со старпёрским советом подтвердила — Олины способности защитная магия дворца не гасит. Ну… почти.