– Для чего ты мне это показываешь? – Я ощутила, как подступили предательские слёзы. Только перед этой психопаткой ещё не хватало разреветься. Воспользовавшись моим оцепенением, портье смахнула холодной рукой слёзы с моей щеки. Я отшатнулась, вздрогнув всем телом.
– Не делай так. – Мой голос дрожал.
– Я подумала, что тебе не помешает знать правду. Не люблю, когда коллегам морочат голову. – Заметив ужас на моём лице, Мира добавила:
– Почти коллегам. Тебе во многом предстоит разобраться, не хочу, чтобы что-то сбивало с пути. Уж точно не этот… – Портье сделала выразительную паузу, – мужчина. – Мира выплюнула с презрением, такое неприятное для неё слово, напомнив мне этой манерой Еву. С приездом в Барселону, ночные кошмары с участием рыжеволосой убийцы перестали меня мучить. Хотя с учётом того, что им на смену пришли реальные ужасы, так себе замена получилась. Вывод в этой ситуации я могла сделать лишь один – муженёк явно хочет убедить меня в том, что я не в своём уме. Но для чего? Я потрясла головой.
– Немыслимо. Просто немыслимо. И что теперь? – Портье удивлённо приподняла тонкие брови.
– Я тебе должна сказать, что теперь? Считай мы квиты за прошлую ночь. Прошу меня извинить, дел по горло. – И потеряв ко мне всякий интерес, администратор гордо прошла за дверь с надписью «служебное помещение». Я, в свою очередь, вернулась к ожидавшей меня Джулии.
– Ну, что она тебе сказала? – несколько нервно выпалила свой вопрос Сэлотто. Закусив губу, я думала, как лучше ответить. Но, в конце концов, это моё личное дело. Пока мне нужно всё обдумать самой.
– Позже обсудим, ничего нового Мира не сообщила, идём. – Стоило нам развернуться к выходу, как обстановка в фойе изменилась. Откуда ни возьмись появились постояльцы, а их дети по всей видимости задались целью разнести вестибюль к чёртовой бабушке. В целом я не возражала. Мы вышли на солнечную улицу. Джулия с наслаждением потянулась руками вверх и заявила:
– Этот отель надо закрыть, честное слово. Я думала такие места только в фильмах ужасов существуют.
– А это и есть ужас. Один большой нескончаемый кошмар. – Мрачно резюмировала я, открывая дверь заблаговременно вызванного такси.
– Он закончится. В Лос-Анджелесе станет легче, я уверена. – Как никогда, мне хотелось поверить словам другого человека. Очень хотелось.
Глава III
Начальник, которого нет
1998 год. Техас, город М.
Пыль, поднявшаяся от проехавшего мимо грузовика, попала Анне в рот, и она закашлялась. Всё ещё отплёвываясь, девушка ввалилась в крохотный магазин, внутри которого приятно веяло прохладой. Мини-универмаг принадлежал старому, толстому дяде Сэму, всегда одетому в засаленный комбинезон и клетчатую рубашку, местами прохудившуюся. Сколько себя Анна помнила, дядя Сэм выглядел всегда так. При виде девушки, седые усы продавца приподнялись вверх от улыбки:
– Энни! Привет, малышка. Давно не заглядывала, как мама? – Сэм упёрся руками о прилавок, ожидая, когда Анна к нему подойдёт.
– А что ей сделается, – сердито буркнула старшеклассница и спохватившись, вымученно улыбнулась старику, – добрый день. Сэм добродушно рассмеялся:
– Я тоже так думал в твоём возрасте, а потом начинаешь ценить каждую минуту, проведённую вместе с родными. – Продавец неодобрительно покачал головой и потёр несколько скошенный подбородок. Анна скривилась:
– Как только подобное свершится, я сообщу Вам в первую очередь. Мне нужен виски, бурбон, что там у Вас подешевле, сигареты Мальборо, спички, ах да, ещё соль. – Отчеканила девушка, протягивая Сэму записку от матери. Дрожащей рукой старик забрал вырванный из блокнота листок и потянулся за пыльной бутылкой. «Как бы он её не разбил», пронеслось в голове у девушки. Но бутылка благополучно была доставлена на прилавок. К ней добавилась пачка соли, упаковка спичек, и на сдачу, Анна выбрала плитку шоколада. Просто потрясающая удача. Хотя Анна и подозревала, что денег могло и не остаться, а Сэм просто её угостил. Поблагодарив седовласого продавца, девушка вновь оказалась на разгорячённой улице. Знакомый звук мотора привлёк внимание утомившейся старшеклассницы.
– Энни! И снова мы с тобой встретились! – Радостный Билли, с широкой улыбкой, остановил свой дребезжащий мотоцикл около девушки. Его каштановые кудри намокли от пота, и чёлка прилипла ко лбу. Он пытался её сдуть, что придавало ему глуповатый вид. Юноша медленно слез с «Ямахи» и направился к проигнорировавшей его и уже направившейся в сторону дома одноклассницы.
– Анна, ну постой, эй! – Неуклюже пробежав несколько метров, Уильям встал перед Анной, подняв этим небольшое облачко из пыли песка вокруг них.
– Чего тебе от меня нужно? Вечно за мной таскаешься. Тебе заняться больше нечем? – Анна взяла тяжёлый пакет в другую руку, тем самым привлекая внимание настойчивого кавалера к покупке. До них донёсся звон колокола местной часовни.
– Что купила? – Простодушно полюбопытствовал Билл. Анну одолело желание огреть этим самым пакетом незадачливого ухажёра по голове.
– Виски. Для отчима. – Она умолчала о своих намерениях, в которые ещё сама не могла толком поверить. Напиться и не возвращаться до утра в ненавистный дом. Вот что она хотела сделать. Возможно, даже выкурит парочку сигарет. От этой мысли она невольно расплылась в злорадной ухмылке.
– А чему улыбаешься? – Билл не относился к числу тех парней, кто легко сдавался. Скорее он был подобен танку – шёл напролом. Ему не хватало чувства меры, зато авантюризма было не занимать.
– Хочешь, подвезу тебя? – упрямо продолжал Пресли, – или можем поехать ко мне, родители свалили на пару дней, а моей тётке, живущей напротив, абсолютно плевать чем я занимаюсь. У меня, кстати, дома тоже есть виски. Отец и не заметит, если количество в бутылке уменьшится. – Билли заговорщицки подмигнул. Что-то щёлкнуло у Анны в голове. Для её плана предложение Билла подходило идеально, если бы к нему ещё не прилагался сам Билл. Девушка вновь перехватила сумку другой рукой.
– Давай его уже сюда, – охваченный собственной смелостью Уильям забрал у несопротивляющейся Анны пакет.
– Спасибо. – Билл удивился. Она не станет на него кричать? Неужели сдалась? Но одноклассница лишь одарила его улыбкой и негромко сказала:
– Давай напьёмся. – У Пресли ноги стали ватными. Анна поедет с ним домой, они выпьют, и неизвестно чем это всё кончится.
– Правда? Ты не против? Поехали, я недалеко живу. – Девушка, уже начала жалеть о своём решении. Но отступать было не в её правилах.
– Не против, поехали, – только и оставалось ей кивнуть.
2020 год. Калифорния, Лос-Анджелес
Я взбиралась на стену из камней, раздирая себе руки. Ладони становились скользкими от крови, и я каждый раз, хватаясь за очередной выступ, боялась сорваться вниз. Стоило мне только оказаться на самом верху, неведомая сила отправляла меня обратно на землю. Каменная стена рушилась, образуя белую гору, наподобие пирамиды, местами багровую от оставленных мной кровавых отпечатков. Мне нужно было собрать эти камни и заново отстроить стену. И я вновь начну своё бессмысленное восхождение. Преграда рухнет. Камни будут разбросаны. Собраны. Стена будет стоять. Я буду на самом верху. Затем в самом низу. Разрушение. Камни. Собрать. Построить. Взойти. Упасть. Это будет до тех пор, пока вся стена, каждый её камешек не окрасится в красный. От очередного толчка я вновь, оказалась в белой пыли упавших камней, уши заложило от сопроводившего камнепад грохота. И я распахнула глаза.
Самолёт нещадно трясло. Турбулентность – не самое моё любимое явление. Джулия, сидевшая в соседнем кресле, рядом со мной, абсолютно не обращая никакого внимания на тряску что-то сосредоточенно печатала на ноутбуке. Периодически она прерывалась, щурила свои огромные глаза, затем удовлетворённо хмыкнув, продолжала с невероятной скоростью перебирать пальцами по клавиатуре. Я заворожённо наблюдала за ней. Наверное, работает, пишет очередную статью. Интересно о чём. Чем буду заниматься я? Медицина в другой стране мне вряд ли светит, да и учиться придётся заново, я уже начала забывать освоенную профессию. А документы? Всё осталось в осином родовом гнезде. Майк? Совсем о нём забыла. Парамедик наверняка терпеливо ждёт моего ответа. Но с другой стороны, дела я ещё не завершила, и в Лондон я не возвращаюсь и пока даже не могу предположить, когда я смогу вернуться. Мой горестный вздох привлёк Джулию.
– О, проснулась? – Щёлкнув в последний раз по сенсорной панели, Сэлотто захлопнула крышку лэптопа. – Ты спала так крепко, что снилось? – Я напряглась, вспомнив свой кошмар. Вся моя жизнь – как это безрезультатное покорение постоянно разрушаемой вершины. И крови на ней всё больше. Непроизвольно, я вздрогнула.
– Ничего, не помню. Темнота сплошная, – спокойно соврала я попутчице. Джулия сочувственно посмотрела на меня:
– Да я тоже половину своих снов не помню. Везёт тем, кто словно проживает вторую жизнь во сне. И реальная не кажется такой серой.
– Моя и без снов вполне красочна, даже чересчур. – Возразила я удручённо. Тем временем объявили о снижении и скорой посадке. Добро пожаловать в Лос-Анджелес.
Аэропорт «Лакс» тоже не оставил приятных впечатлений. Такой же муравейник, как и везде. Разве что отвлекал своей слегка футуристичной архитектурой.
– Нам далеко ехать? – Поинтересовалась у вызывающей такси через приложение Сэлотто. Она отмахнулась:
– Минут двадцать, без пробок, не больше. Забыла сказать. Я живу скорее в Санта-Монике, чем на окраине LA13. Точнее это и есть окраина округа, но не города… Извини, я тебя запутала, наверное. – Я покачала головой.
– Ничего, я слышала о Санта-Монике, пирс знаменит среди туристов.
– Да-да, там крутой парк аттракционов, свожу тебя туда обязательно. Он от нас недалеко. – Джулия радостно заулыбалась. Я не смогла заразиться её энтузиазмом и до квартиры Сэлотто мы доехали в молчании.