Джулия забыла дать мне мой комплект ключей, а у меня совершенно вылетело из головы попросить её об этом. Чёрт. Поэтому я теперь стояла с бумажными пакетами в руках, и разглядывала длинную панель вызова с подписанными именами владельцев квартир. Судя по всему, железная табличка была явно не лучшего качества, так как добрая половина фамилий стёрлась. Нужная J.Salotto, раздвоилась, превратившись в целых два J.Sa. А номера квартиры я не помнила, то ли 2А, то ли 2B. Я достала мобильный. Едва я разблокировала экран и добралась в списке контактов до номера Джулии, как смартфон радостно мне моргнул дисплеем и умер в тот же миг. Опять забыла зарядить. Отлично, остаётся только выбрать правильные инициалы. Я ткнула в первый вариант. Раздался механический скрежет, что-то зашипело. Угрожающие звуки вскоре сменились мелодичным баритоном с хрипотцой:
– Да? – Баритон явно не принадлежал Джулии, несмотря на похожую хрипотцу. Значит, мне нужна вторая кнопка.
– Простите, я ошиблась. – И только я хотела нажать отмену, как незнакомец поинтересовался:
– Вы к Джулии, верно? – Я удивлённо ответила:
– Да, к ней.
– Входите. – Раздался звуковой сигнал, говоривший о том, что дверь открыта. Какой добрый. Или беспечный.
Подойдя к двери, я, поставив надоевшие пакеты на пол, позвонила в квартиру Джулии. Назвать домом, место в котором я провела всего одну ночь, язык не поворачивался. Резкий звонок пронзил тишину, царившую на этаже. Но хозяйка не спешила мне открыть. Чёрт. Не удержавшись, я громко хлопнула по запертой двери кулаком. В этот момент раздался щелчок, и в коридор выглянул сосед:
– Что, не слышит? – Обладатель знакомого баритона обратился ко мне.
– Может её дома нет. – Раздражённо буркнула я, даже не взглянув на собеседника.
– Джакомо Сарто. Приятно познакомиться. – Сосед не замечал моего нежелания с ним контактировать. Он встал прямо передо мной и подал руку для рукопожатия. Ну не люблю я трогать незнакомых людей. Что за привычка, вторгаться в чужое личное пространство. Я сердито, на мой взгляд, приложив излишнюю силу, потрясла протянутую длань и наконец встретилась взглядом с мистером Сарто. Или, точнее, сеньором? На меня с любопытством смотрели карие глаза, в обрамлении длинных черных ресниц. Изогнутые брови добавляли и без того довольно изящным чертам мужчины некоторую утончённость. Я отвела глаза и высвободила руку. Моя ладонь была влажной.
– Вы не представились. – Сосед улыбался, слегка сощурив глаза.
– Элис. – Коротко ответила я, решив не упоминать свою фамилию. Надо будет сменить. Стрельникова тоже ничего звучит.
– Какое чудесное имя. Элииис. – Протянул Джакомо, томно вздохнув и провёл пальцами по своим волосам, едва не доходившими ему до плеч. – Вам повезло, имя столь же красиво, как и его обладательница. – Он что, издевается? Ещё этот нарочитый акцент, с таким твёрдым «р», может испанец?
– Поверьте, уж кому, а мне точно в этой жизни не везёт. – И отвернувшись от слащавого соседа, я вновь позвонила в «2B».
– Джулия! Ты дома? – Джакомо прислонился к двери, вновь явив передо мной свой неугодный лик.
– А позвонить ей по телефону не пробовали? – Я посчитала про себя до трёх.
– Телефон разряжен. В противном случае, я бы ещё внизу позвонила ей на сотовый, а не стала набирать Вам! – Моё терпение грозило разлететься на мелкие кусочки. Джакомо оставался невозмутим.
– Я просто предложил. Джулия дома. Стены картонные, я слышал, как хлопнула дверь. – И словно в подтверждение слов соседа, дверь с табличкой «2B» распахнулась и Сэлотто замотанная в полотенце недовольно поинтересовалась:
– Чего стучишь-вопишь?
– Ты забыла мне дать ключи. – Её нахмуренное лицо разгладилось и приняло виноватый вид.
– Проклятье. Точно. Заходи давай. – Джулия открыла дверь шире. Сеньор Сарто всё это время молча за нами наблюдавший, отсалютовал:
– Ciaobella, добро пожаловать, Элис. – И коротко подмигнув скрылся в своей квартире. А может он и не испанец?
В квартире меня ждал сюрприз. По комнате носился маленький поросёнок. Радостно похрюкивая и виляя крохотным скрюченным хвостиком, он с невероятным воодушевлением терзал мою любимую футболку.
– Джулия, это что?! – Сэлотто варила кофе как ни в чём не бывало.
– А? Это Моджо, с работы коллега попросила присмотреть за ним пару недель. – Моджо тем временем, оставив мою несчастную одежду в покое, добрался до сумки с продуктами, которую я так неосмотрительно оставила на полу.
– Моджо, значит. – Только и оставалось мне повторить за старшей Сэлотто. Что-то знакомое. Обречённо вздохнув, я пошла отвоёвывать у весёлой свинки нашу еду.
Глава V
F63.116
1998 год. Техас, город М.
Дом, в котором жил Билл был больше, чем у Анны, сайдинг сиял белизной, окна блестели, двор ухожен и пестрел цветами с любовью взлелеянными миссис Пресли. Американский флаг реял на ветру. Патриоты, образцовая семья. Анне стало дурно. Дурно оттого, что у кого-то это всё было, у кого-то, но не у неё. У парня чьё имя уже вызывало раздражение и головную боль. Девушка скрипнула зубами. Уильям, не заметивший её реакции увлечённо говорил обо всём подряд, затягивая одноклассницу в дом:
– Ох, ты не представляешь, как тяжело соперничать со спортсменами. Особенно с братом. Мама говорит, что гитара – это ерунда, даже если бы я увлекался живописью, и то больше пользы стало. – Юноша пнул камешек, так не вовремя попавший ему под ноги. Анна хранила молчание. На лбу выступила испарина от страха. «Что я здесь делаю? Что я здесь делаю?» – забились птицей мысли в голове девушки. От внезапного прикосновения Билла она вздрогнула.
– Ну не стой на пороге, пойдём. – Взяв оцепеневшую одноклассницу за руку, он практически втащил Анну в прихожую. Выкрашенная в тёмно-синий цвет дверь с грохотом захлопнулась за их спинами. Анна осторожно высвободила ладонь из крепкой хватки Уильяма. Он не подал вида, что его это огорчило, лишь немного нахмурился.
– Бар в гостиной, хочешь есть? Могу тосты сделать, повар из меня не очень. – Еды не хотелось. С тяжёлым выдохом Анна смогла заговорить.
– Нет, спасибо. А вот лёд бы пригодился. – Она постаралась улыбнуться Билли как можно искренней. Но Пресли был слишком взволнован нахождением объекта своей двухлетней одержимости в собственной гостиной, и холодности девушки не замечал.
– Ладно, я на кухню, сейчас вернусь. Хочешь, поставь пока музыку на свой вкус, диски и пластинки в шкафу, внизу. – Анна осталась предоставлена самой себе. Она медленно прошлась вдоль высоких шкафов, проведя ладонью по прохладной гладкости тёмного дерева. Чтобы достать винил, ей пришлось опуститься на колени и распахнуть нижние створки шкафа. В основном выбор был представлен группами семидесятых, восьмидесятых. Модной музыки, популярной среди сверстников, Анна не нашла. Чёрно-фиолетовая обложка привлекла её внимание: «Burn». Вытащив находку, она приблизилась к проигрывателю и аккуратно достав хрупкую пластинку поместила её в него. Бодрая мелодия вызвала у Анны улыбку. Ноги сами хотели двигаться в такт музыки.
– Хороший выбор! Люблю этот альбом. – Вернувшийся в комнату Уильям, похвалил музыкальный вкус одноклассницы, которая ориентировалась лишь на картинку. Но просвещать Билла ей не хотелось. Она лишь ему кивнула, как бы соглашаясь с мнением и слегка улыбнулась, продолжая чуть покачиваться под звуки песни. Билл, подпевая, поставил чуть подгоревшие тосты и стакан со льдом на кофейный столик. Он вытащил из шкафа початую бутылку виски и разлил алкоголь в невысокие прозрачные стаканы, бросив в них предварительно по паре кубиков льда. Янтарная жидкость горела золотом в свете лучей солнца, пробивающихся сквозь длинные занавески. Один из стаканов он протянул Анне.
– Держи, – девушка случайно соприкоснулась с ним кончиками пальцев, когда забирала предложенный ей виски. По телу Уильяма словно прошёл ток. Он торопливо отхлебнул из стакана. Горло обожгло. Анна осушила свою порцию одним глотком, и закашлялась. «И зачем только люди пьют эту дрянь?». Девушка скривилась.
– Энни, не спеши. – Билл хотел похлопать одноклассницу по спине, но девушка увернулась.
– Я в порядке. Можно ещё? – Уильям вновь щедро наполнил стакан Анны, не забыв и о себе. Они чокнулись. Теперь музыку ставил Пресли.
– Поставь Элвиса, а? – Разгорячённая алкоголем, Анна раскраснелась и хохотнув ткнула музыканта в бок. Билл со смехом приобнял девушку одной рукой, а другой поставил пластинку. Анна проигнорировала его жест и с любопытством взглянула на обложку, оставшуюся лежать на столике. Тёмно-серый фон, четверо мужчин, которых знает почти каждый, по крайней мере, в этой стране. Пресли, которому виски придал ещё больше смелости, притянул Анну к себе, увлекая в медленный танец. В голове старшеклассницы царил приятный туман. Она обвила тонкими загорелыми руками шею Уильяма.
– И совсем не смешно. Особенно когда слышишь эту шутку в сотый раз. – Шепнул Анне на ухо Пресли. Дыхание Уильяма обожгло её кожу. Сердце забилось быстрее. Ей не может нравиться Билли, ну просто не может. Она отпрянула назад.
– Давай выпьем ещё. – И не дожидаясь разрешения, Анна налила дрожащей рукой себе янтарной жидкости, и тут же опрокинула внутрь залпом. Уильям несколько ошарашенно наблюдал за одноклассницей. Но он был несомненно рад происходящему. Весь его юный организм пребывал в избытке серотонина, эйфория накрывала с головой.
– А мне? – Обратился он с коварной улыбкой к Анне. Её сердце пропустило удар. Неужели всё дело в виски? Девушка тоже улыбнулась, несколько нервно и пролив немного алкоголя на полированную поверхность кофейного столика, наполнила стакан Билли. Он забрал свою порцию, и обняв со спины девушку, невесомо коснулся влажными губами щеки Анны. Её тело, несмотря на аномальную жару на улице, было словно в ознобе. Дрожь мурашками прошлась вдоль позвоночника. Она медленно развернулась к Уильяму лицом, с трудом сфокусир