На московском чужевузье сбежавших из альма-матер детей встречают без помпы. Четыре сольдо несите, конечно, но кукушата, знаете, это ваще. Вишенкой на минобровом торте — звонки по ныне здравствующим вузам, чтобы этих не брали в магистратуры. И пугливые вузы, уже взявшие документы бакалавров в магистратуру, спешно возвращают их наивным абитуриентам, безапелляционно показывая пальцем на дверь и молитвенно взором — на потолок. Типа оттуда глас был.
Таким образом, за двадцать пять лет чиновные спицы связали два костюма: буйное, кровопролитное разгосударствление всего в 1992 — и ползучее, демагогичное огосударствление в 2017. Где-то в углу скулит, как обычно, зареванная Конституция, а я все лето 2017 работала, считай, детским психиатром, уговаривая дипломников не бегать по чужим вузам, остаться в alma mater и, набрав слюны, плюнуть на игры всех обров, ибо не фиг им. Достали. Кроме того, журналистика — профессия открытая, диплому не подчиненная. Из моих остались почти все. Герои нашего времени! Их пугали, что они вот-вот станут никто, поскольку министр образования Васильева, уважая (за что-то) Болонскую конвенцию, обещает-таки адаптировать ее под Россию (бедная, бедная женщина; сколько адаптеров сгорело в аналогичных попытках). Правда, обещает на ТВ-шоу, а там многие горячатся и проговариваются. В. Соловьева не перепоешь, а О. Васильева не Цицерон. Ну не ее это, не ее.
Короче, пугали всех детей, но многие остались в своем вузе и получили диплом установленного образца. То есть в России, слава Богу, еще рождаются люди, не считающие предательство21 нормой. Спасибо, Господи.
Как вы поняли, дубовый шкаф, смастеренный во дни разгосударствления, упал со стены во дни огосударствления. Здесь уместна длинная фраза, чтобы нерелевантная аудитория отвалилась. Лучше всего — см. легендарный «Большой Петровский загиб». Царь Петр Алексеевич умел разговаривать с персоналом, ознакомьтесь на досуге. Даже если знаменитый загиб не полностью соответствует госстандарту высшего образования, ничего страшного. Зато духу времени — вполне.
Посвящение двум юбилеям — смотри начало — надо растолковать.
А) В 2017 году исполнилось 30 лет самому сильному демографическому взрыву в двадцатом веке: в 1987 году в СССР народилось несметное число младенцев. Рождения были спровоцированы перестройкой, и за это утверждение меня уже высмеяли специалисты-мужчины. (Многие мужчины не понимают, увы, откуда дети берутся. Повторяю для специалистов: не от денег. Бабы толпой бегут рожать только ввиду массового восторга.)
Б) В 2017 году исполнилось 25 лет бедствию, а именно кровавому прыжку из советской плановой — в рыночную, спроса и предложения экономику. На нашей территории она вырастила антигуманизм — не по Альтюссеру, теоретический, а кастово-кастетно-практический.
Итого
С детьми (школьниками, студентами) сейчас обращаются, как с теми мирными жителями, которые первыми страдают при бомбежке военных объектов.
Детей водят под конвоем в туалет (во время ЕГЭ). Их терзают стандартами, тестами, заставляют писать трафаретное эссе, портят и оглупляют — в строгом соответствии с Болонским процессом. Порвали на части высшее образование, а в 2017 году вторую часть, магистратуру, сделали недоступной для бакалавров с дипломами установленного образца в нарушение закона «Об образовании». Детям угрожают мнимой неконкурентоспособностью на вожделенном мировом рынке, забыв сообщить, что конкуренция есть химера для слабоумных и что главная тайна рынка — это ограничение по качеству. Рынок не то что не может, а не имеет права создать действительно хорошую вещь: голову оторвут. Как в драме с уважаемым мною вузом, в котором в 2017 разразилась беда с отъемом госаккредитации, а я при сем присутствовала, утешала детей, спасала их миропонимание как могла. Вуз производит классных гуманитарных специалистов. Зачем это!
По словам министра (выступление на днях в Госдуме), скоро «в небольшом количестве», возможно, разрешат госфинансирование второго высшего образования, но! — тут старый знакомец, который в деталях, — только для нужных стране специалистов, в число которых гуманитарии, судя по контексту отчета, не входят. Надеюсь, министр оговорилась или пошутила, пообещав поделить молодежь нашей страны на нужную и ненужную. К сведению шутницы: ночью 15 сентября по НТВ был очередной выпуск программы «Мы и наука. Наука и мы». Замечательная тема: «В ближайшие 10 лет компьютеры заменят преподавателей». Посмотрите в архиве. Я тут же пошутила в Фейсбуке: «Со своей стороны, не вижу причин и для сохранения студентов. Сажаем один прибор перед другим: один учит, другой учится. Люди вообще что-то задержались на планете»22.
Может, из соображений прогресса исходит сейчас Минобр, пачками уничтожая вузы руками Рособрнадзора?
Согласна. Люди все лишние, поскольку все скоро изменится. Слушаем специалиста: «Выпуск двигателей внутреннего сгорания прекратится к 2050 году. Это значит, что и наука, и инфраструктура обслуживания должны будут перестроиться. Многие еще мечтают о том, как будут проектировать огромные двигатели для гоночных машин. Вузы готовят инженеров, наука улучшает технологии. Все они работают на обреченную отрасль. Так происходит не впервые. На рубеже XX и XXI веков то же самое случилось с наукой и технологиями обработки фото- и кинопленок. В начале XXI века на Kodak — крупнейшую мировую корпорацию — работали целые научные центры, не говоря уже про соответствующие кафедры и вузы. Однако это не помешало компании обанкротиться».
Это говорит директор по маркетингу сервисов «Яндекса» Андрей Себрант. Стоит прислушаться: «И так не только с двигателями. За пять минут я набросал список из шести отраслей, которые полностью изменятся в ближайшие 15—20 лет. Это лишь то, что сразу приходит в голову <…> Поначалу надо мной смеялись, теперь смеются меньше. Если человек приходит учиться и говорит: „Покажите мне алгоритм, по которому надо работать“, то он обречен. Алгоритму проще обучить любую машину».
Вот она, вполне современная истина. А Рособрнадзор и Минобр уничтожает вуз, в котором культивируют творческое начало. Видимо, двенадцатиперстная отрыжка Болонского процесса только что дошла до пищевода некоторых. Одни уже наелись, но, как обычно, не все. Господа министры, знаете ли вы, что в Китае на конгрессы по науке завозят писателей-фантастов со всего мира, чтобы писатели поделились с учеными своими фантазиями? Бюджетное второе высшее надо давать не только воображаемым нужным людям, а гуманитариям, способным порождать невообразимый контент.
Болонез? Уже Болонец!
Там, где мы ищем вторичные причины, пытаемся найти устойчивые предшествующие моменты (антецеденты), первобытное мышление обращает внимание исключительно на мистические причины, действие которых оно чувствует повсюду. Оно без всяких затруднений допускает, что одно и то же существо может одновременно пребывать в двух или нескольких местах. Оно подчинено закону партиципации (сопричастности), оно в этих случаях обнаруживает полное безразличие к противоречиям, которых не терпит наш разум. Вот почему позволительно называть это мышление, при сравнении с нашим, пралогическим.
Люсьен Леви Брюль. «Сверхъестественное в первобытном мышлении»
Моя личная ненависть к ЕГЭ, дочернему а ля рюс предприятию Болонской конвенции, укрепилась вчера, представьте, кавычками. Тридцать студентов третьего курса журфака не сговариваясь взяли слова в кавычки, потому что слова употреблены в переносном значении. Метафоры там всякие — вотэтовотвсе не одобрила б училка, вынужденная готовить к ЕГЭ с первого класса. Я не шучу. Есть такой учебник.
Притомившись вырезать кавычки и в сотый раз поведав, что кавычки вокруг переносного суть дилетантизм, я попросила их объясниться — и вдруг узнала, что для ЕГЭ по русскому надо разбираться в переносных смыслах, и школа требует непременных кавычек, и на местах усердствуют. Солнце не гаснет, а «гаснет», потому что погаснуть не может. Бедное солнце. А еще школа требует ставить точку в конце заголовка.
…Дубовый шкаф мой показательно слетел со стены — NB — осенью 2017 года. Дубовый шкаф, вручную сделанный в 1992 году из дубового сундука, полученного у внучки великого советского И. Уже не спросишь того деда, откуда пришел к нему старинный сундук. Теснятся в уме печальные догадки.
Интуиция подсказывает, что дуб бесцельно не летает. Что-то архиважное хотел сказать мне многоуважаемый шкап в семнадцатом году. А я вам.
Во-первых, берегите наших детей от современного образования, отравленного Болонской конвенцией. Во-вторых, следите за новостями с моей кухни. Пресня всегда Пресня.
Абсолютная проза23
Часть первая
Макабр и роуд-мови, но байопик.
Сложив из них фразу, я почувствовал удушье,
словно я мигрант и меня угрозами вынудили сдавать экзамены на языке народности урарина.
Это как выматериться, когда не хотел.
Ловко стоять невозможно никак, но им удавалось. Держа спины с аршином, мальчики спорили в очереди за мороженым, поплевывая буквой ш — Шопенгауэр, Шехтель, почему-то вокзал, абсолют, селедка и снова-здорово — Шеллинг, Ницше, Витгенштейн, а я не знала никого кроме Шопена. Свысока, выбрасывая шелуху согласных на Тверской бульвар, играли воздухом рослые мальчики, оставляя во рту жемчужные ядра тайн, ослепительные, как Печорин, оценивающий белые зубки Мери, — в бархатных глазах увлажненной Мери. В синих курточках — клубных, оказалось через десять лет, пиджаках двубортных, — они варили золотые цепочки неслыханных словес, а я не смела дохнуть, чтобы не пропустить: «Религиозная философия — оксюморон и логический вывих». Сейчас послушать — и что? Кому мешало спящее дитя?