– Бьёт по стене штангой в двести кэгэ, да?
– Ну, может и не двести… А все триста!
– Что-то я не понял ваших приколов…
– Чо понимать-то… – Серёга ухватил бутылку с целью снова разлить, но передумал. – Мужик скупил весь первый этаж и, похоже, подвал в придачу. Оборудовал себе тренажёрный зал. Как со смены придёт, так и начинается…
– С какой ещё смены?
– Ты, когда через наш двор шёл, халабуду кирпичную за деревьями видел?
– Ну, видел…
– Это – культурный центр! Нашего района… В общем, там на втором этаже библиотека. И этот хмырь в ней работает. Смена у него – три дня в неделю. Обычно он где-то на стороне кантуется, а по вторникам, четвергам и субботам сидит в библиотеке – книжки выдаёт, кружки какие-то детские ведёт. А потом приходит домой и оттягивается.
– И что, соседи терпят?
– Нет, конечно. Ходили, разговаривали. Но у этого чудика разговор короткий: не нравится – сваливайте, я вам дам денег на квартиру побольше, но в другом месте. Кое-кто согласился…
– Богатенький библиотекарь, однако…
– Слушай, рылом он, конечно, не вышел, а так – мужик нормальный. Беда только, что к нему в последнее время корефан заходит. Вот тогда начинается – как сейчас. Тебе просто не повезло…
– Бухают?
– Хуже, хе-хе…
– А как же твоя машинка? Не пробовал?
– Он не пеленгуется! – развел руками Серёга. – У него, похоже, кроме ноутбука и холодильника вообще никакой техники в доме нет!
– Экзотические у тебя соседи! – я чувствовал, что алкоголь в моих мозгах проделал немалую работу. Да и в Серёгиных тоже. Захотелось что-нибудь свершить, и я не стал себе отказывать: – Пошли разберёмся! И машинку твою возьмём. Чуть что – прямой наводкой без всякого пеленга! А?
– У тебя зубы свои или протезы? – засомневался Серёга. – Если протезы – сними!
– А говоришь, нормальный мужик! – подначил я. – Зассал, да?
– Именно: нормальный! – вздохнул приятель. И тут я понял, что он не откажется, что мы сейчас действительно пойдём разбираться с буйным соседом…
В поход мы снарядились надлежащим образом: на мне трусы, кроссовки и старый Серёгин халат с подвёрнутыми рукавами. Очки я надел, а часы снял. Экипировка моего соратника отличалась только тем, что халат на нём был новый, правда, уже изрядно засаленный. Нести чемоданчик было поручено мне.
– Этот эффект ни хрена не понятен, – бубнил Серёга, спускаясь по лестнице. – Есть, конечно, гипотезы всякие… Но они никуда не годятся. Мне вот кажется… Да я почти уверен, что заглушка музыки – это побочный эффект! А что тогда не побочный? Во, пришли!
Как и положено в хрущёбе, на первом этаже было четыре двери. Тремя из них явно давно не пользовались. А вот крайняя левая была приоткрыта – дескать, заходи, кто хочешь!
Стучаться в открытую дверь было как-то неловко, и мы просто вошли:
– Есть кто живой?
Похоже, данные апартаменты перестраивали не то под пещеру, не то под тренировочный зал. В этой и соседней квартирах все перегородки были снесены, оставлены лишь несущие стены. Пол в помещении оказался выше нормы сантиметров на 15-ть и облицован серым шершавым пластиком, который слегка пружинил под ногой. Сохранившиеся стены и потолок были облицованы таким же материалом – в общем, сплошное татами!
В видимом пространстве мебель отсутствовала, зато воняло варёным мясом, жареным луком и мужским потом. Впрочем, всё это я зафиксировал лишь мельком.
Мужики здесь дрались…
Именно мужики, то есть мужчины среднего возраста – на десяток, наверное, лет моложе, чем мы с Серёгой. Один был худощавый и длинный – в черных плавках. А другой – низкорослый, массивный – в пёстрых семейных трусах до колен. Двигались они очень шустро. Кое-как отбившись, длинный перевёл дыхание и сам устремился в атаку. Однако коротышка поднырнул под его кулак, прихватил под мышки и довольно чисто провёл бросок с упором стопы в живот. При этом ногу он в последний момент разогнул полностью, отправив противника в полёт. Тот с маху впечатался спиной в стену, обитую странным пластиком. Дом в очередной раз содрогнулся…
Однако длинный сдаваться не собирался – извернувшись, как кошка, он вновь оказался на ногах, которыми нанёс противнику пару ударов в голову, а потом заработал кулаками. Каким-то образом он умудрился подловить коротышку, подсесть… Мощная волосатая туша взлетела над полом и грохнулась.
Дом опять содрогнулся.
Однако коротышка четко сделал «самостраховку», и падение ему ущерба не причинило. Оказавшись на полу, он крутанулся и попытался своими ногами взять «на излом» ногу противника. Тот вывернулся, но чуть не потерял равновесие, а коротышка успел вскочить…
Почему-то мне показалось, что на этом празднике жизни мы лишние – разговаривать тут не с кем. Припав на колено, я раскрыл «волшебный» чемоданчик. Все кнопки были на месте, индикатор светился.
Между тем у длинного бойца в руках образовалась финка или что-то в этом роде. А коротышка вооружился табуреткой – встречная атака!
Результата я не дождался – нажал «Delete»!
И окружающее пространство «моргнуло».
Глава 2. Остров
Первая мысль: «Что за…?! И вторая: «Что же я наделал, пьяный дурак…»
Лазурное море до горизонта, песчаный пляж. Голубое небо с нежарким солнышком, освежающий ветерок: «Гаваи, Мальдивы или что там ещё бывает суперкурортное? Но с какого перепугу?! Где-то такое уже было… Ага, вспомнил: мультик «Кин-дза-дза» по мотивам старого фильма. Дядя Вова, мы на планете Плюк! Спасибо, родной…»
Однако мультики, худлит и сны – это одно, а жизнь – нечто другое. Развлекательные фантазии с реальностью я путать ещё вроде бы не начал, а до «белочки» – все говорят! – надо допиваться долго и упорно. И что теперь?»
Песочек вокруг меня был мелким и каким-то пылевидным. Кроме того, в нем здесь и там виднелись не осколки ракушек, а ржавые болты, гайки, гвозди и прочие железяки разного размера и возраста. В сторону берега за моей спиной колосились джунгли с пальмами и лианами. Только колосились они не просто так – они как бы украсили, заселили нечто чуждое дикой природе – бетонные глыбы с торчащей арматурой, железные конструкции и прочие руины.
В сторону моря смотреть было гораздо приятней. Однако сильно смущало, что песчаный пляж не уходил в набегающую волну – прозрачную и чистую. Он как бы обрывался на толстом ржавом швеллере, а вода плескалась где-то ниже. М-да… Как выразился один персонаж: «Пить надо меньше!»
Совсем недалеко – справа – возвышался небольшой утёс. Больше всего он напоминал одинокий угол недостроенного здания из пенобетона, активно разрушающийся и покрытый тропической растительностью. С его вершины (метров пять над пляжем) раздались громкие негармоничные звуки, перешедшие в визг и мат. Нечто большое и бесформенное устремилось сверху вниз по крутому склону. Потом шмякнулось на выступ и затихло.
«Едрическая сила, – уныло размышлял я, – это что, «тот свет»? Или я проснусь в вытрезвителе? Или в психушке? Вроде криминально своей нормы потребления я не превышал, так с чего бы?! Или это всё Серёгины компьютерные штучки? Убью, гада!!!»
Между тем некто, рухнувший со «скалы», успокоиться не пожелал – кусты на низком уступе зашевелились, раздвинулись и…
– Поздравляю с мягкой посадкой, – мрачно сказал я. – Ну, ты, блин, ва-аще!
– Сам ты…
Серёга выражался грубо, громко и бессвязно. Правда, он быстро взял себя в руки, сосредоточился и заорал:
– Чемодан где?!
– Да вот же лежит – не видишь, что ли?
Взъерошенный и всклокоченный мой школьный приятель кинулся и схватил аппарат. Откинул крышку, что-то включил и скрючился над прибором в неудобной позе. Я понял, что в этом процессе лишний, и отошел в сторонку. Стал любоваться морем вдали, пока не услышал хриплый стон:
– Иди сюда, Вован!
– Ну, пришёл…
– Ты на что тут нажимал?!
– А я помню?! Вроде всё как ты сказал. Я ж не экспериментатор, мне это на фиг не надо…
– Да-а-а…
– ?!
– Жопа, – авторитетно заявил Серёга. – Полная.
– Угу. Кто бы мог подумать?! А отыграть назад нельзя?
– Нельзя! – заорал изобретатель. – Это тебе не Иван Васильевич, который меняет профессию! Это – реальность!
– Угу, – кивнул я. – Параллельная, что ли?
– Чёрта с два она чему-нибудь параллельная!
– Чо ты орёшь-то? Давай всё в обратном порядке – и будем там, где были. В чём проблема?!
– А в том… Мы же движемся, едрёный кактус…
– Не понял?!
– А я, думаешь, понял?! Пока ты на песочке загорал, а я по кустам лазил, мы куда-то сместились! И не важно, на пару метров или на пару километров. Мы в другом месте, понимаешь?
– Нет!
– Ой, б…ь, Вован! Ну, другая реальность – эка невидаль… Но вернуться мы можем там, откуда вошли – это же азы!
– Ну, допустим…
– А мы уже не там!
– В смысле?
– Какой же ты тупой! То, на чём мы оказались, двигается, понимаешь? Пространственно-временные координаты расходятся! С каждой секундой мы всё дальше от точки возврата!
– Тогда хватай чемодан и бежим!
– Куда?! – простонал Серёга, захлопывая чемоданчик. – Куда бежать-то?! Вправо-влево? И сколько? Нет, Вован, не обольщайся – это пи…ц.
– Полный?
– Угу… В чудеса я не верю. А ты?
– А я верю! – с энтузиазмом отчаяния крикнул я. – Дай сюда! А ну, показывай, что здесь и как!
– Да смотри…
Минут через сорок мы захлопнули крышку:
– Да, – признал я, – похоже, и правда, пи…ц. В том смысле, что обратной дороги нет. Меня смущает другое… Воздух тут нормальный, сила тяжести и давление тоже. Солнечная радиация, кажется, в норме. Так от чего загибаться будем? От голода или тоски?
– Отстань! – простонал Серёга и рухнул на песок. – Теперь всё без разницы…
Некоторое время я сидел рядом, прислушиваясь к окружающему миру и собственным ощущениям. Результат меня удивил: «Ну, не чувствую я тоски и отчаяния! Опьянения или «отходняка» после изрядной дозы «вискаря» я тоже не чувствую. А Серега, похоже, просто заснул. Может, и я сплю? Как-то не похоже…»