– Мне бы очень хотелось посмотреть. А кто ныряет?
– У нас есть ныряльщики. Для занятий таким делом требуется навык. Я несколько раз нырял, но занимаюсь этим нечасто. Вы не представляете, до чего захватывающе разбирать улов. Чего только не обнаружишь! Попадается очень много жемчужин красивого цвета, но неправильной формы. Потом встречаются бугорки на перламутровом слое раковины, которые мы называем coq de perle. Вообразите нашу радость, когда мы находим идеальную жемчужину, правильного цвета, правильного строения, правильной формы.
– И вы такие находили?
– Однажды. Это было еще при моем отце. Это было настоящее сокровище. Я никогда не находил ничего подобного. Но несколько довольно неплохих экземпляров мне все же попалось.
– Я всегда представляла себе этот остров сахарным. Я и не знала, что здесь добывают жемчуг.
– Ах, вы еще многого о нас не знаете. Так вы хотите посмотреть, как мы работаем?
– С огромным удовольствием!
– Вы сможете проснуться рано? Лодки будут стоять далеко от берега, у садков. Отплывают они на рассвете.
– Я приду.
– На рассвете, – повторил он.
Назавтра, проснувшись чуть свет, я отправилась на южную сторону острова. На берегу я увидела людей. Некоторые были мне знакомы, я их встречала прежде на плантации.
Я спросила:
– Мистер Харрингтон здесь?
Один из мужчин, Джейкоб, кивнул на лодку, легонько покачивавшуюся на воде.
– Мистер Харингтон сегодня спускается.
– Что? Он будет сам нырять?
– Да, он будет нырять.
Я стала наблюдать за лодкой. В лодке я различила несколько фигур. Одна была выше остальных, и я решила, что это Мильтон.
– А как долго они могут пробыть внизу?
– Недолго, мисси леди. Нельзя долго не дышать. Минуту или около того.
Кто-то из мужчин сказал:
– Джемел как-то на шесть минут нырнул.
– Джемел – хороший ныряльщик. Но однажды слишком уж надолго под водой остался. Рекорд хотел побить.
– И что с ним случилось?
– Разве ж внизу там долго проживешь? Без воздуха-то.
– То есть он умер?
– Ныряние – опасное занятие, мисси леди. Поэтому-то за него и платят… Хорошо платят.
– Но мистер Харрингтон тоже ныряет.
– Хозяин, он может все… И лучше, чем все.
– Что это за шум?
– Это заклинатели акул.
– Акул? Здесь водятся акулы?
– Иногда они подплывают близко к берегу. Но они не подплывут, пока там заклинатели.
У меня сжалось сердце. Я не очень-то верила, что эти заунывные завывания способны отпугнуть акул.
– А на людей акулы когда-нибудь нападали? – спросила я.
– О да… Нападали.
– И где были заклинатели тогда? Чем они занимались в это время?
– От всего не убережешься, мисси леди.
– Как они спускаются?
– Видите человека на краю лодки? Они работает с ныряльщиком. Они всегда работают в связке. Один ныряет, а другой следит за веревкой, которая привязана к ныряльщику.
– Это, наверное, очень рискованно.
Меня вдруг охватил страх. Он нырял, потому что я на него смотрела. Он снова хотел доказать мне, что может делать все лучше всех. Я даже подумала сердито: «Наверное, он решил, что сейчас найдет свою идеальную жемчужину».
Мне начали представляться картинки одна страшнее другой: вот на него нападает чудовищная акула, вот обрывается его веревка, вот он начинает захлебываться.
«Пусть с ним ничего не случится! – взмолилась я. – Пусть он вернется!»
Тогда я поняла, насколько много он для меня значит. В тот миг все остальное для меня потеряло значение. Я осознавала, что должна покинуть этот остров, что вернусь в Англию и выйду за Реймонда, доброго, милого Реймонда. Но умоляю, Господи, пусть с ним ничего не случиться.
С ним ничего не случилось. Разумеется.
Кипя от негодования, я дождалась возвращения лодки. Он выпрыгнул на берег и подбежал ко мне, сияя от радости.
– Так вы пришли! – воскликнул он.
– Я ожидала застать вас на берегу, а не на морском дне.
– Это было весело, – сказал он.
– Нашли свою жемчужину?
– Возможно. Их нужно еще разобрать. Вы, кажется, взволнованы.
– Я разговаривала с людьми о нырянии. Это опасно.
– Да почти в любом деле есть опасность.
– Но в этом особенно.
– Согласен, это занятие, возможно, рискованнее остальных. Так, значит, вы рады видеть меня на суше?
– Конечно же, рада.
Он взял мою руку и крепко сжал ее.
– Не волнуйтесь, я всегда буду возвращаться. Я всегда буду рядом.
На губах его появилась торжествующая улыбка. Я выдала себя.
Эхо прошлого
Прошло два дня. Позавтракав, я заняла свое любимое место на террасе с видом на море. Для меня сидеть здесь в это время стало привычкой. Позже я навещу Фелисити.
На море и берег я могла смотреть вечно. Они менялись постоянно, ежеминутно.
Ко мне подошел человек. Вчера я уже видела его и решила, что это постоялец гостиницы. По виду в нем безошибочно можно было узнать англичанина, и, проходя мимо меня, он сказал:
– Доброе утро.
– Доброе утро, – ответила я.
Он остановился.
– Вы позволите сеть рядом с вами?
– Пожалуйста.
Он занял один из свободных стульев.
– Я замечал вас несколько раз, – сказал он. – Нравится здесь?
– О да, очень.
– Но как шумят эти люди внизу! Похоже, они ничего не могут сделать без криков и смеха.
– Да, я люблю за ними наблюдать.
– Вы ведь из Англии, верно?
– Да.
– А я из Австралии.
– Не так уж далеко.
– Да. Это очень удобно.
Минуту мы помолчали, потом он сказал:
– Я слышал, вы спрашивали о Филиппе Мэллори.
Я насторожилась.
– Да. Вы были знакомы?
– Не могу сказать, что мы были знакомы… Я останавливался здесь года два назад. И тогда я разговаривал с ним… Точно так же, как сейчас разговариваю с вами.
– Это мой брат, – сказала я.
– В самом деле?
– Да. Я – Анналиса Мэллори. Вам о нем что-нибудь известно?
– Известно ли? Нет. Я только разговаривал с ним один или два раза. Потом я вернулся домой. Спустя несколько месяцев, снова оказавшись здесь, я случайно упомянул о нем, и мне сказали, что он уплыл.
– Кажется, никто не знает, куда.
– В разговоре со мной он упоминал про остров, который собирался найти.
– Да, да… Собирался.
– И, кажется, он не сомневался, что поиски увенчаются успехом. Насколько я понял, он уже делал одну попытку, но неудачно.
Сердце мое билось все быстрее и быстрее. Этот человек рассказывал мне больше, чем кто бы то ни было до сих пор.
– Мы так и не узнали, что случилось с братом. Мы ждали, ждали хоть какого-нибудь известия, но так ничего и не узнали.
– Наверное, это было ужасно.
– Если бы только я смогла узнать, что с ним! Если бы только я нашла этот остров!
– Эти моря подробно изучены. Есть карты, так что это будет нетрудно.
– Похоже, этот остров находится не там, где мы думали.
– Вы сюда приплыли, чтобы найти остров?
– На самом деле я хочу выяснить что-нибудь о судьбе брата. Я должна узнать, что с ним случилось.
– Когда вы его в последний раз видели?
– Два года назад.
– Это большой срок.
– Здесь его помнят. Я разговаривала с людьми, но все знают не больше вашего. Они встречались с ним. Разговаривали. Но вам он, похоже, доверял больше, потому что рассказал вам про остров.
– Но это все, что мне известно. По-моему, нет ничего удивительного в том, что ваш брат разговорился со мной. Он ведь только недавно приплыл из Англии, а я тоже англичанин, хоть и живу в Австралии. Об острове он упомянул случайно, в разговоре.
– И вы больше о нем ничего не помните?
– Больше ничего и не было. Мы всего-то посидели поговорили с полчаса пару раз, вот и все.
Я огорчилась. Снова повторилось то, что я слышала уже так много раз.
– Меня зовут Джон Эвертон, – сказал англичанин. – Надеюсь, вы не против того, что я с вами заговорил?
– Вовсе нет. Мне важно знать о брате все, даже мелочи.
– Я бы хотел вам помочь больше.
Мы поговорили об острове, и через какое-то время я покинула его.
На следующее утро он снова подошел ко мне:
– Я много думал о нашем с вами разговоре. Этот остров… Это так интересно.
– Судя по всему, этого острова не существует.
– Почему вы так уверены?
– Потому что я искала его, и на том месте, где он должен быть, его не оказалось.
– Так у вас есть карта?
– Да, у меня есть карта.
– И на ней указан остров?
– Да.
– Значит, он должен существовать.
– Карта очень старая… Точнее, это копия старой карты.
– А откуда у вас эта карта? Крайне необычно, чтобы на карте был указан несуществующий остров.
– Это копия карты, которая была найдена в моем доме.
– Найдена в вашем доме! Но как… Простите меня, я слишком любопытен.
– Вовсе нет. Мы нашли эту карту у себя дома, где она пролежала сто лет или около того. Остров на ней обозначен.
– Карта у вас при себе?
– У меня ее копия.
– Не мог бы я… Если разрешите… Я не позволю себе лишнего, если попрошу показать мне эту карту?
– Конечно, нет. Сейчас принесу.
Когда я принесла карту, он тщательно изучил ее.
– А вот это, значит, остров, – сказал он, указывая пальцем. – Райский остров.
– Это название дал ему человек, который нарисовал изначальную карту.
Он непонимающе посмотрел на меня.
– Это длинная история, – сказала я. – Карту нашли, когда мы делали кое-какую перепланировку дома. С этого все и началось. Мой брат мечтал найти этот остров.
– И для этого приплыл сюда… – Он снова опустил палец на карту. – Здесь он обозначен совершенно четко. Я много раз плавал в этих местах и совершенно точно знаю, что такого острова там нет. Должно быть, на карте ошибка. Вы уверены, что это именно та карта, которая была найдена у вас дома?
– Это копия. Я сама ее сделала.
– Вы это сделали?
– Да. Перерисовала с оригинала.