— Да в каждом доме, почитай. Но если вас интересует большая игра на большие деньги, а не подпольные залы с подпольными игровыми автоматами, то я не скажу, потому что не знаю. А знал бы — не сказал. Про катраны, где блатные катку наладили, у других спросите. Серьезные игроки давно уже по своим коттеджам промышляют. А если где и есть что-то, то их такие же серьезные люди с большими звездами прикрывают. Разве что случайно знаю, что в прошлом году сюда приехали ребята с Украины. Пытались что-то организовать. Какой-то дом на окраине сняли, а сами по городу рассосались. Играли сначала с кем придется, связи налаживали. И у всех красивые карты были. Будто бы старинные, в Австрии сделанные. То есть не старинные, а современные под старину. Красивые, говорят те, кто видел. А кто присмотрелся внимательнее, засекли, что все стиры у них копаные… Я понятно излагаю?
— Я понимаю: карты меченые.
— Ну да, и метки были сделаны типографским способом. Так что почти всех тех ребятишек в скором времени завалили. Мне про пятерых известно, но, может, и больше их было, а кто-то, может, и ушел. Правда это или нет, но — за что купил, за то и продаю.
— Если их убили, то кто-то принял такое решение. Известно, кто из воров на подобных разборках появляется?
— Да любой может появиться, чтобы бабки срубить. Сейчас не знаю, а в недавнем прошлом обращались за этим к Дяде Вене. Он весьма уважаемый авторитет в этих вопросах. И, по слухам, сам играет. Но играет честно. Если проигрывает, все отдает сразу до копейки. Так что Дядя Веня или кто другой — мне неизвестно. Еще вопросы будут?
— Нет. Спасибо, Сергей Олегович. Очень помогли.
— Так уж и вы, Вера Николаевна, не забудьте — мало ли что в жизни случается…
Разговор закончился, и Бережная посмотрела на Петра.
— Рубашку карт разглядывал? — спросила она.
Елагин взял со стола колоду, разложил все карты и начал изучать.
— Меток нет… Хотя… Похоже на типографский брак. Цвет краски неровный… Хотя нет, сетка окрашена по-разному: на одних картах синий более яркий, а на других красный.
— Я ничего не замечаю, — призналась Вера.
— Это понятно, колоду разбили по мастям: черные и красные масти. А вот еще не совсем прямые линии сетки — небольшие изгибы на углах. Это что у нас?..
Петр перевернул четыре карты.
— Это тузы. Смотрим другие метки…
— По мне, все рубашки одинаковые, — продолжала недоумевать Бережная.
— А вот находим королей, дам, — уже веселился Петр. — Классные стиры для шулеров! Выходит, наш скромный Степик попал в хорошую компанию.
— Возможно, — согласилась Вера. — Но, может быть, ему эту колоду дали специально, чтобы он изучил рубашки, на случай, если придется сесть за стол с той хорошей компанией. Кто-то знал о залетных, добыл колоду для образца…
— Такие люди долго не работают. Две-три игры в городе, а может, и один раз всего снимут хороший банк — и исчезают. Потом появляются в другом городе.
— В нашем случае уйти им не удалось. Хотя один все же улизнул, как мне кажется. Я добуду его фотографию и на всякий случай покажу тебе. Мало ли кто-то из друзей Хромова видел их вместе…
— Степана видели с каким-то уголовником.
— Вообще Владислав — хоть и уголовник, но выглядит респектабельно. Сейчас покажу его.
Бережная зашла на страничку своей подруги и раскрыла выложенные Замориной снимки. Фотографий было много, в том числе и с Владиком.
— Типичный мажор, — оценил Елагин.
— Согласна. Но моя подруга с юридическим образованием, кстати, его до сих пор забыть не может.
— Так и я, увижу — узнаю сразу.
— С ним надо быть осторожнее. Он ранил двух оперативников, которые пытались его задержать. Как там дела у тебя в турнире? А то Окунев уверяет, что лучше не бывает.
— Так и есть. Турнир закончится через три дня. Если я останусь на первом месте, то получу около ста пятидесяти тысяч…
— Ого! — удивилась Вера. — Откуда такие призовые?
— Участников чуть более полутора тысяч. Каждый из них внес по тысяче баксов в качестве вступительного взноса. Так что и остальным девятерым тоже по немаленькой сумме достанется. За десятое место — сотня тысяч, чтобы хватило на взнос за участие в финальной части.
— Потом вы все собираетесь в «Азов-сити», в казино «Нирвана»?
Елагин кивнул и продолжил:
— Егорыч уже изучил систему охраны в этом казино. Все вроде нормально: и видеонаблюдение, и сами охранники вполне профессионально присутствуют. Да там, как мне кажется, и полиция не в сторонке нервно курит. Если там все у них честно, то непонятно, где подвох кроется.
— А может, все будет по-честному?
— Вряд ли. Ничего честного там быть не может. Там, где идет игра в карты, победить должен только один, и постороннему человеку выиграть не дадут. Уж очень большие деньги на кону. Не большие даже — просто огромные деньги.
Глава тринадцатая
Денис Лютиков продолжал принимать участие в турнире. Причем играл с такой яростной страстью, что Петр понял, что у его нового приятеля появилась цель: он очень хочет отправиться в «Азов-сити». Конечно, стать победителем шансов было немного, то есть их не было вовсе, но вариант попасть в десятку лучших сокурсник Степика считал для себя очень даже возможным. Оставался еще один игровой день, а он сумел войти в первую тридцатку, и хотя до десятого места было еще далеко, не сомневался, что все у него получится. Он даже позвонил Елагину и попросил о встрече в том самом кафе, где они уже были. Назначил на утро, а когда Петр поинтересовался: «А как же учеба?», ответил, что учеба подождет, есть вещи поважнее…
В зале было пусто, Лютиков сидел в углу возле окна, как будто специально выбирал место, чтобы входящие в заведение не могли сразу его увидеть.
Елагин подошел, поздоровался. Денис вскочил и протянул в ответ руку. Он был в возбужденном состоянии и казался вполне счастливым.
Лютиков опустился на свое место и махнул рукой официанту:
— Гриша, принеси нам два эспрессо.
— Один, — поправил Петр, — я уже завтракал сегодня.
И спросил негромко:
— У тебя что-то случилось?
— Я на двадцать шестом месте. Но это ерунда, конечно, главное другое. Вчера, то есть сегодня ночью, сидел за одним столом с Хромовым и Еленой Борисовной — это которая Вдова. И они мне по разу игру слили. У меня в обоих случаях на руках было по две пары. До того они играли друг на друга, а потом я решил поднять ставку. Один мужик ответил, а Степик сбросил, хотя у него был сет. Он даже мне сообщение прислал: «Обломаешься, Лютик!» А это по нашим законам означает, что мужик тот блефует. Я и пошел на все свои. У того тоже две пары оказались, но у меня старшая. А потом то же самая сделала Вдова. То есть они дадут мне сыграть, вероятно, приняли решение взять в команду в этот «Азов-сити».
— Это предположение или уверенность?
— А зачем им это делать — свои очки мне перекидывать, если не хотят там меня видеть? Ведь я готовый член команды. Если приеду я, то кто-то более опасный там точно не появится, так что их шансы будут выше.
— Ты хочешь поехать в это казино?
Подошел Григорий с подносиком, на котором стояла одинокая чашка.
— А мне стаканчик минералки без газа, — сделал заказ Елагин.
Лютиков проводил официанта взглядом, а когда тот исчез за стойкой, сказал:
— Я хочу выиграть, но туда не поеду.
— Как так?
— Очень просто. Я заработаю денег… много денег. Ведь даже за десятое место дают сто тысяч. Но ехать необязательно. Ты условия помнишь? Я могу просто отказаться, и тогда вместо меня поедет игрок, занявший одиннадцатое место, или я переуступаю любому другому участнику свое право на участие. В таком случае тот, кому я переуступаю, получает «wildcard», то есть «дикую карту»…
— Я понял, — кивнул Елагин, — как на теннисном турнире. А ты почему не хочешь ехать?
— Не знаю даже. С одной стороны, хочется. А с другой…
Григорий принес бутылку минералки и стакан. Денис опять замолчал.
— Как там Монтень поживает? — обратился к Григорию Елагин.
— Все нормально, — ответил официант, — но я сейчас на Канта переключился. Штудирую «Критику чистого разума». Если честно, поражен глубиной мысли и ясностью изложения…
— Шел бы ты!.. — не выдержал Лютиков. — Что хорошего в твоем Канте? Что он мне даст?
— Трансцендентальное единство апперцепции, — усмехнулся официант.
— Что за муть? — поморщился Денис.
— Это осознание себя в этом мире, — ответил Гриша. — Ладно, не буду мешать.
Он снова скрылся за стойкой, где, наверное, читал книгу.
— Совсем крыша съехала, — шепнул Лютиков, — а ведь был нормальным парнем. Курил даже.
— Мы говорили о «дикой карте», — напомнил Елагин.
— Ну да, — вздохнул Лютиков. — Поехать, конечно, хочется. Но вдруг мы с Сан Санычем там сядем в лужу? Получается, что деньги я потеряю. А так у меня будут и деньги, и вообще…
— Нашел, кому свое право участия уступить, если, конечно, войдешь в десятку?
Денис молча кивнул.
— И тебе нужна помощь?
Он снова кивнул.
— То есть если у меня будет хорошая карта и у тебя неплохая, я должен поднять, а потом сбросить карты, чтобы ты взял банк? — поинтересовался Петр.
— Да, извини, но иначе не получится. Ты ведь и так лидер, для тебя тысяча-другая очков — это ничто, а для меня крайне важно. Я все придумал. Никуда не поеду. Получу деньги. С родителями поделюсь, естественно. Куплю себе тачку, приоденусь немного… Потом приглашу ее в клуб. Раз, другой, третий, чтобы она привыкла.
— Ты о Яне говоришь?
Денис опять кивнул, молча бросил взгляд за окно и вздохнул.
— А когда деньги кончатся?
Лютиков напрягся, судя по всему, он об этом не думал. Посмотрел зачем-то в сторону барной стойки и махнул рукой:
— А потом уже поздно будет. То есть ей поздно.
— Ты ошибаешься… Ну ладно. Давай поговорим о ближайшем будущем. Я тебе помогу, насколько это возможно. Если и другие помогут, то наверняка у тебя все получится. Но тот, кому ты хочешь делегировать свое право поехать в казино «Нирвана», тебя как-то отблагодарит?