— Если только потанцевать с вами.
Они вышли в центр зала, где уже было несколько пар. Девушка прижалась щекой к плечу Елагина. Двигалась она легко и почти не держалась за его руку.
— К тебе можно сегодня прийти? — спросила она.
— Приходи, конечно, — ответил он, — у меня к тебе есть вопросы.
— Лучше здесь спрашивай.
Вероятно, и она знала, что все номера и комнаты в бунгало прослушиваются.
Танец закончился. Они отошли к стене в нескольких шагах от Леннона, собираясь поговорить, но длинноволосый очкарик подошел к ним.
— Вы классно смотритесь вместе. Кстати, девушка, вы в курсе, что мой друг знает множество совершенно невероятных историй про Конфуция?
— Я? — удивился Петр.
— Про кого? — не поняла Аня.
— А сейчас он нам расскажет.
Елагин растерялся. Но от него ждали, и он начал рассказывать.
— Однажды Конфуций хотел повесить в доме книжную полочку. Взял молоток и стал забивать в стену гвозди. Но гвозди гнулись, и ничего не получалось. Так прошел час, другой, третий. Потом из дворца пришел посыльный и сказал, что император ждет мудреца. Конфуций отправился во дворец. Император сидел в печали, он спросил: «Почему мои солдаты такие тупые и не понимают моих приказов, а некоторые даже воруют гуталин, предназначенный для чистки сапог?»
Конфуций ответил, не раздумывая: «Из хорошего железа не делают гвоздей, а из хороших людей не делают солдат».
— Ух ты! — задохнулся от восторга Леннон. — Это ты прямо при нас здесь придумал?
Только сейчас Елагин понял, что с ним что-то не так. Он положил парню руку на шею, привлек к себе и шепнул ему в ухо:
— Где травку раздобыл?
— Ничего я не раздобыл, — так же шепотом ответил тот, — отпусти.
— Не отпущу, пока не скажешь.
— Да мужик один дал. Он тоже из участников. Возле пляжа смолил на скамеечке, а я унюхал. Говорю: «Оставь пяточку!» Он дал докурить, а потом обещал отсыпать. И на обед принес пакетик.
Петр отпустил его шею и посмотрел на ничего не понимающую Аню.
— Мы просто посекретничали, — объяснил он и снова посмотрел на Леннона, который все еще потирал шею.
— Что хоть за мужик?
— Тощий такой. Дядей Веней назвался. Маргинального вида, но не бомж. Откуда тут бомжи — сам понимаешь.
— У Зэка расспроси про него.
— У кого? — растерялся Леннон.
— У Захара Константиновича спроси про Дядю Веню.
Парень не ответил. Он молчал, пытаясь понять, откуда Петру известно про его знакомство с Захаром.
А Елагин подхватил девушку под локоть и снова повел ее в центр зала, где количество танцующих значительно увеличилось.
Потом, когда зашли за спины людей, Петр обернулся посмотреть туда, где они только что стояли, но длинноволосого парня уже не было.
Вечер продолжался и постепенно переставал быть томным. Двое участников напились, и вообще перебрали бесплатного алкоголя многие. Но эти двое не просто напились, они начали драться. Еще один полез их разнимать, уверяя, что он майор ГРУ и командир батальона спецназа, побывавший во многих горячих точках. Однако первым же ударом ему разбили нос, и следившие за порядком парни увели именно пострадавшего «спецназовца». А дерущиеся тут же начали обниматься и признаваться друг другу в вечной дружбе. Кто-то под шумок налегал на икру, приставал к девушкам с предложениями, кто-то молча за всеми наблюдал. Вдова провоцировала скандал, обвиняя пожилого участника в сексуальных домогательствах во время танца. Черемуха поглощал бутерброды, запивая их виски, а Кореец, сидя в углу, что-то выискивал в своем планшетнике или играл в сетевую игру. Степан Хромов танцевал с девушками, не останавливая выбора ни на одной из них. Игрока по прозвищу Дядя Веня или похожего на него не было. Не было и Сан Саныча. Долгое время отсутствовал Леннон. Потом он появился и снова пристроился возле Петра и Ани. Он не стал объяснять свое исчезновение, но зачем-то сообщил Елагину, что пересчитал всех игроков, находившихся в зале. Даже два раза пересчитал. И у него получилось, что ста двадцати человек здесь нет. Присутствуют только сто восемнадцать. А потому история про телеграмму, о которой говорил ведущий, вполне может оказаться не выдумкой.
После этого Аня потащила Елагина к выходу, предупредив Джона, что они хотят подышать воздухом.
Они быстро дошли до бунгало. На пороге девушка обхватила Петра двумя руками за шею. Прижалась к нему, потянулась губами.
— Мы столько времени потеряли, — шепнула она.
Он внес ее в комнату, потом зашел с ней в ванную. Включил воду и тихо спросил.
— Тебя заставили со мной общаться?
Она затрясла головой:
— Нет, нет, как ты мог подумать?.. Я же говорила вчера, что сама этого хотела…
Потом у нее в глазах появились слезы, и она кивнула.
— Сейчас пойдем к морю, погуляем и поговорим.
Она снова кивнула. Вода из тропического душа била по днищу кабины. Елагин снял с крючка махровый халат и подал девушке.
— Надевай, и пойдем гулять. Не бойся, камер в ванной нет, я проверял, — так же тихо сказал он.
Но они посидели еще какое-то время на краешке джакузи.
Потом, обнявшись, покинули бунгало. Шли босяком по холодной гальке.
— Что там вообще говорят? — спросил он.
— Разное. Всему персоналу пообещали хорошие премиальные, а девочкам доплату, если переспят с кем-нибудь. Но просили постараться, чтобы участник был вымотан и утром плохо соображал. Ты считаешься хорошим игроком. А потому к тебе утром приглядывались, но ты выглядел замечательно, и меня попросили не беречь силы, а если не справляюсь сама, обещали прислать на помощь Таню Вервекину — она вообще нимфоманка, только и думает, с кем бы ей… Но я сказала, что сама справлюсь. Так что утром постарайся их не разочаровать.
— Постараюсь, но проигрывать не буду.
— Я надеюсь.
— Еще что интересного или необычного?
— Сегодня на работу взяли одну девочку, которой прежде отказали. Я ее по конкурсу красоты помню. Но у нее с головой не все в порядке. Она так же, как и я, тогда вылетела, хотя, вероятно, заранее считала себя победительницей, а потом — прямо в гардеробной — решила повеситься. И ей это почти удалось. Из петли ее вынули, потом приехала «Скорая», и ее увезли. Она долго лежала в психушке. И Деркач об этом знает.
— Хозяин отеля?
— Да. Деркач лично проводит кастинг. И про эту Веронику он знал, потому что к тому конкурсу красоты тоже имел отношение. Многие знают, что она ненормальная, но ее все-таки взяли на работу.
— С кем она была сегодня — не заметила?
— Сначала ее подвели к немолодому мужчине — седому такому. Но тот немного поговорил с ней, а потом ушел. Потом подослали к какому-то корейцу. Но и тот отказался. Вероника уже была почти в истерике, потому что ею пренебрегают, а она рассчитывает много заработать, если сделает все, что приказал Деркач. А еще во все номера разослали по бутылке виски — якобы подарок в честь начала турнира. Мне кажется, что некоторые уже сегодня ночью выпьют ее полностью.
— Мне не присылали.
— Потому что уже знают, что ты непьющий. А вообще, загляни на всякий случай в свой мини-бар.
Петр тут же поспешил в бунгало. Открыл дверцу мини-бара. В дополнение к тем напиткам, что там уже были, внутри обнаружилась литровая бутылка «Баллантайнс». Елагин вытащил ее, взял два стакана, вернулся на берег к Ане. Они опустились на гальку. Петр наполнял стаканы, произносил тосты и выплескивал напиток в набегающую ночную волну.
— Мы как шпионы, — шепнула ему девушка, когда бутылка опустела.
— Зато ты можешь доложить, что принудила меня выпить целую бутылку.
Глава пятая
Завтрак он заказал в бунгало. Аня ушла под утро, перед уходом растрепала прическу и размазала по лицу не смытую вечером косметику. Завтрак прикатила другая девушка — высокая, рыжая и с зелеными тенями вокруг глаз. Елагин встретил ее полуодетый и с головой, обмотанной мокрым полотенцем. Попросил принести еще минералки и таблетку от головной боли. Девушка уже собиралась уйти, но он остановил ее.
— Никаких происшествий не было ночью?
— Никаких, — ответила она, но уходить не спешила.
— Я же все равно узнаю.
— Ну ладно, — согласилась она, распираемая желанием поделиться тем, что ей запретили рассказывать. — У нас девушку одну изнасиловали. Один проживающий затащил ее в свой номер. Надругался над ней, она сопротивлялась, кричала, лицо ему расцарапала. Соседи даже в стену стучали, а потом вызвали секьюрити. Те вошли и застали их. Маньяком каким-то этот мужик оказался. Ну, хоть не убил Веронику. Но она так плакала, так плакала, что и мы тоже, глядя на нее…
— А что с участником турнира?
— Так его в милицию хотели сдать, даже уже позвонили туда. Но он обещал сам уехать… Прямо умолял. Я в холле видела, как он кланялся и благодарил всех, что вошли в его положение.
— Кто хоть такой?
— А ему еще вечером нос разбили, и он кричал, что всех положит, потому что майор спецназа. Но оказалось, что у него рекламная фирма в Ульяновске. Он признался, что продал квартиру и кредит в банке взял, чтобы сюда приехать.
— Больной человек, — вздохнул Елагин, потом вспомнил про свою голову и простонал.
— Таблеточку и минералку, побыстрее, если можно.
Девушка вернулась очень скоро, но доложить о его состоянии, судя по всему, успела. Забрала остатки завтрака и удалилась. Таблетку Петр выбросил в унитаз, а потом туда же вылил боржоми, потому что ему показалось, что бутылка закрыта неплотно.
В десять утра начиналась игра. Елагин пришел заранее и с полчаса сидел в кресле в углу игрового зала, наблюдая, как появляются участники. Леннон подошел и поинтересовался, почему он так неважно выглядит. Петр признался, что его уговорили выпить виски. А поскольку он непьющий, то сейчас ему очень плохо.
— Соседу моему по этажу еще хуже. Ночью в его номере девушка кричала, вот я и вызвал службу безопасности, и его из номера за ноги вытаскивали. Лицо все расцарапанное, а девчонка вообще в ауте — одежда на ней разорвана, ее всю трясет… То есть трясло. Говорят, этого мужика в милицию сдали. Так что одним конкурентом у нас меньше.