– Галя на кладбище, она не умерла? – уточнил Женя, уже ни чему не удивляясь.
– Нет, пока жива, но вот друга моего попыталась похоронить раньше времени, и нет ей за это прощения.
– А я бы сразу всем вам вызвала психушку, – совершенно спокойно высказалась Агриппина Павловна, – и проблемы были бы решены.
– Мы сами вызовем, если понадобится… Только сегодня я уйду ночью, и не надо прикладывать ко лбу эту свою чудо-тряпку, со мной всё будет хорошо, – сразу же предупредила Яна.
– А смотрю, тебе и вправду полегчало… Недавно ты корчилась от температуры, – поджала губы Агриппина Павловна.
– Болезнь была быстрой и острой. А потом…
– Потом тебе уже было не до болезни, я понимаю, – покосилась на Евгения Агриппина Павловна. – Если бы я была моложе лет на …цать, я бы тоже забыла обо всех болячках.
Этот раунд Яна проиграла, потому что щеки ее снова заалели.
– А возьмешь меня с собой? – вдруг спросил Евгений, словно не желая с ней расставаться.
– А тебе-то это зачем? Там люди, которых ты не знаешь… У тебя свои дела, у меня свои, – удивилась она.
– Я познакомлюсь с кем угодно, я коммуникабелен, – тут же ответил Женя.
– В этом я не сомневаюсь, но у нас там личные дела… – отвела она глаза.
– Я хочу поучаствовать во всем самом необычном, чтобы сполна почувствовать Россию, – ответил Евгений. – Я уверен, что обратился по адресу. Ты – самая необычная женщина, и всё необычное кучкуется вокруг тебя!
– Сомнительный комплимент, – отметила Агриппина Павловна.
– Не думаю, что ты там, я имею в виду – на кладбище, почувствуешь Россию, – возразила Яна, насаживая на вилку малосольный огурец и с аппетитом отправляя его в рот.
– Да поезжайте вместе! Пусть парень съездит с тобой, и мне спокойнее будет за тебя, за дуру, – вступилась Агриппина Павловна.
– Там может быть страшно! – скорчила недовольную гримаску Яна. – Хотя ты говорил, что не из пугливых?
– Я справлюсь, – заверил он. – Я же прошел тест-драйв!
– Тогда я зайду за тобой… Не спи, – предупредила Яна. – И купи куртку потеплее. Это тебе не Париж, не Елисейские Поля. Сегодня ночью будет Россия, кладбище…
– Я понял и согласен на всё, – легко кивнул Евгений, чтобы больше не раздражать Яну.
Евгений не был навязчив. Он быстро понял, что Яна хочет остаться одна и отдохнуть, попытался было помочь с посудой Агриппине Павловне, но был с позором выдворен с кухни. Это место она не уступала никому. Яна торжественно вручила ему ключ от своей квартиры, сказала, что если ему что-нибудь понадобится, пусть не стесняется и заходит. И Евгений был отправлен в квартиру Клавдии Ивановны вместо пятизвездочного отеля, но такой выбор он сделал сам, находясь в полном здравии и твердой памяти, об этом он тоже не должен был забывать.
– Ты когда начнешь оформлять на себя эту квартиру? Через полгода ты должна вступить в права, – спросила Агриппина Павловна, уже знавшая о завещании соседки снизу.
– Даже думать пока об этом не могу, странно все это как-то, – честно ответила Яна.
– Странно-то странно, а ты не виновата! Ты же у соседки ничего не просила? Да зная тебя, я уверена, что ты даже не думала о квартире! Вот в морге устроить день рождения или упустить лучшего мужчину на свете – это пожалуйста! Это для тебя! А корысти никакой у тебя точно нет! Под присягой бы повторила! Клава одинокая была, вот и завещала тому, кому сама захотела! А что в этом такого? Чего добру пропадать?
– Всё ты правильно говоришь, я займусь, честное слово… Неделя-другая – и начну оформлять, – ответила Яна, выслушав пламенную речь своей домоправительницы. – Я знаю, что чиста, как слеза младенца.
– Вот и хорошо! Иди, отдохни, а то глаза красные, руки трясутся… Краше в гроб кладут! А ты собралась ехать с таким красавцем, значит, должна держать марку.
– Я постараюсь…
– Да ты уж постарайся, а то годы уходят, выглядишь черт знает как, – не стеснялась в выражениях Агриппина Павловна.
– Так я там и не выспалась… А, да ладно! Разбуди меня перед ночным дежурством, – попросила Яна.
– Ладно уж, иди… Разбужу! Куда мне деваться? – вздохнула домоправительница и отвернулась к раковине с посудой.
Яна обняла ее, поцеловала в затылок со смешным пучком с торчащими шпильками и пошла к себе в комнату отдыхать. Но перед тем как лечь спать, она включила ноутбук и набрала в поисковой системе «Евгений Сальме – режиссер».
На экран высыпало столько информации, что сон у Яны как рукой сняло. Прочитав несколько страниц, она узнала очень много интересного. Евгений оказался всемирно известной личностью. Он снял больше тридцати фильмов, многие из которых были удостоены престижных международных наград, в том числе в Каннах и на Венецианском кинофестивале. Мало того, два года назад один из его фильмов, «Бессмертные души», был удостоен премии «Оскар» как лучший зарубежный фильм. «Надо же, стыд-то какой, – удивилась Яна. – А мы с Агриппиной Павловной проявили полное невежество…»
Яна углубилась в чтение и выяснила еще много занимательных фактов. Оказывается, Евгений снимал в основном документальные фильмы. Художественные он стал снимать не так давно. Евгений был режиссером, сценаристом и часто сам снимался в роли ведущего. А фильмы его были… не о цветах и фруктовых деревьях.
Документальные ленты господина Сальме были о войне. Он вел репортажи из всех горячих точек планеты. Снимал и во время боевых действий, и после, привлекал внимание к проблемам беженцев, к разрухе, болезням, национальной вражде. Когда где-нибудь случалось землетрясение, Евгений немедленно оказывался в этом месте…
Он показывал миру то, о чем обычно не принято говорить – о сложных проблемах людей, оказавшихся в бедственном положении. Им было создано несколько благотворительных фондов для голодающих детей Африки, для больных СПИДом, беженцев и так далее. Именно после показа его фильмов любое дело сдвигалось с мертвой точки, люди обращали внимание на проблему, затронутую Евгением, и тоже начинали помогать, следуя его примеру. Половина гонораров уходила на благотворительные цели, а вторая половина – на то, чтобы снять следующий репортаж.
В кругу кинематографистов его считали странным и несколько не от мира сего, но господин Сальме жил обособленно и не собирался ничего менять в своем мировоззрении. Целью его жизни было помочь тем, кто в этом нуждался.
Яна невольно подумала о том, что вся его жизнь была предрешена с детства; с тех пор, как он был вынужден помочь своему брату, став для него донором, так он и продолжал самозабвенно помогать другим людям.
Она была ошеломлена, получив так много информации о Евгении. Он был личностью большого масштаба, его имя внесено в Википедию, и она безумно захотела узнать Женю поближе.
«А мы-то и не знали…» – сокрушалась Яна. Она вышла на кухню, чтобы поделиться новостью с домоправительницей.
– У нас в гостях был оскароносный режиссер! А мы и не знали! Лохушки мы с тобой!
Агриппина Павловна с большим трудом сфокусировала на Яне взгляд.
– И никакой он не остроносый! Очень симпатичный мужчина! – хмыкнула она.
– Ого! Ты бутылочку полностью оприходовала? – поняла Яна, взглянув на пустую тару.
– Вот думала – не заметишь! Думала, что уже спать будешь и не встречу тебя сегодня… А ты всё оговариваешь, всё тебе не так… Ну, выпила! И что? – с вызовом произнесла Агриппина Павловна. – Я себя чувствую плохо! Я лечусь!
– Я не оговариваю, тебе показалось. Я просто узнала, что Евгений – очень известный режиссер!
– И у тебя уже загорелись глаза! – покачала головой Агриппина Павловна. – Я же вижу…
– Он – потрясающая личность! Талантище с большой буквы и человек большой души! – воскликнула Яна.
– Это ты тоже узнала в этом «адском ящике»? – Так Агриппина Павловна называла компьютер.
– Потрясающая информация…
– Ты лучше позвони Асе! У нее проблемы! Она уже два раза звонила! – прервала ее восторженную речь домоправительница.
– Наверное, хотела назначить мне встречу, – предположила Яна.
– Вот-вот… Иди позвони! Встреча-то на кладбище! Тьфу! Какая гадость, – скривилась Агриппина Павловна. – Что в этом может быть хорошего?
Яна вернулась к себе в комнату и попыталась дозвониться до Аси, но подруга не ответила. Яна немного забеспокоилась, но легла и постаралась хоть немного поспать. Ведь впереди была ночь, а следовательно, одно щекотливое дело, которое необходимо было завершить. Отступать некуда. Да и с Асей не могло ничего произойти – ведь снаряд два раза в одно и то же место не попадает. Хотя бывает и по-другому…
Это уж точно был бы перебор, даже для ее ближайшего окружения. Яна вообще надеялась как можно скорее связаться с сыном Ричарда, Сергеем, и высказать ему все, что она думает о нем и о той нервотрепке, которую он приносит ее лучшей подруге. Беда в том, что Сергей чаще всего пребывал в таких местах нашей планеты-матушки, где обитали только дикие племена и отсутствовали какие бы то ни было виды связи, включая сотовую.
Глава 9
Яна незаметно задремала. Открыла же она глаза в полной уверенности, что Евгения с собой брать не стоит. Заморский гость о Красной площади мечтал… Да и неудобно было как-то – пулю он уже поймал, ей по лицу лопатой заехал… План-максимум на сегодня был выполнен.
Когда Яна на цыпочках проходила мимо квартиры Клавдии Ивановны, надеясь, что Евгений спит, дверь распахнулась и показался бодрый и готовый к выходу Женя.
– Привет! А я за тобой… Ты уже готова к ночной вылазке?
– Я смотрю, ты собрался, – разочарованно протянула Яна, подумав: «Он что, под дверью сидел и меня караулил?»
Несмотря на то, что она собралась не в театр или кино, Яна не изменила себе и надела короткое темное платьице и ярко-синюю утепленную короткую куртку с капюшоном.
Правда, на этот раз на ней были сапожки на каблучках сантиметров в восемь. Неизменной оказалась ее большая сумка со всем «необходимым». Насчет прически Яна тоже особо не задумывалась, а просто собрала светлые волосы в высокий хвост и заколола их крупной блестящей заколкой.