– Будешь курить? – спросил у Евгения Леша, опирающийся на костыли. Он сломал ногу.
– Давай! – согласился Евгений.
– Все вот, говорят, что жить будешь долго, если во сне кого-то в гробу увидишь, а мне так целую могилу организовали, но что-то счастья мне это не принесло, – начал жаловаться Алексей, доставая пачку сигарет.
Неожиданно у него из кармана выпала фотография. Евгений оказался расторопнее и на лету подхватил снимок. Он вгляделся в симпатичное лицо молодой нежно улыбающейся девушки в светлой кофточке.
– Моя Клара, – пояснил Леша.
– Кто? Невеста? – прищурился Женя. – Миленькая…
– Была невеста, да сплыла…
– Постой! Я же ее знаю! – удивленно сказал Евгений.
Настала пора удивляться Яне с Лешей.
– Откуда ты ее можешь знать? Это – русская девушка, жила здесь, а ты в Дании! Путаешь что-то… Просто похожа. Таких девчонок много, – предположила Яна.
– А она сейчас здесь? Я хочу убедиться. Я знаю эту девушку совсем недавно… Вот буквально перед моим приездом в Москву я видел ее, – настаивал Евгений.
– Как раз когда она исчезла, – удивилась Яна.
– Звали ее Клара Лавчук, у меня хорошая память на имена, фамилии и лица… По специальности биолог, – продолжал напрягать память Евгений.
Костыль выпал из Лешиных рук.
– Она! Точно она! Господи, где же ты ее видел?! Я же искал ее везде! Я чуть с ума не сошел! И вот ты так спокойно говоришь, что… Где?! – вцепился он Евгению в плечо.
– Ты, главное, успокойся! Я все скажу, я не думал, что это кому-то нужно… В Москву я прилетел из Норвегии, – сказал Евгений, все еще всматриваясь в лицо девушки и утвердительно кивая, словно убеждаясь в своей правоте.
– Что ты там делал? – спросила Яна.
– Жил, у меня там свой дом… Что вы так удивленно на меня смотрите? У меня несколько домов в разных странах. Я писал очередной сценарий на природе. Там потрясающие пейзажи и очень подходящая атмосфера для уединенной творческой работы. К тому же именно в Норвегии случилась экологическая катастрофа. Нефтяной танкер потерпел крушение.
– И испортил пейзаж и экологию? – уточнила Яна, которой не терпелось узнать побольше о Лешиной девушке.
– Это не главное… Пострадало множество пернатых, они стали десятками умирать. Норвегия не могла справиться своими силами и обратилась за экологической помощью ко всем странам и ко всем людям-добровольцам. И вот туда прибыли экологи и орнитологи из нескольких стран. Получился целый лагерь. Ученые жили в палатках, кемпингах и в гостинице, которая расположена рядом с моим домом. Я случайно оказался первым, кто встретил русскую группу из четырех человек. Ребята были очень расстроены, им не хватило мест в гостинице, а своей палатки у них не оказалось… Вот я и предложил им пожить у меня. А что? Их всего четверо, дом у меня огромный. Да и обрадовался я, что смогу поговорить с кем-то по-русски. Люди делали очень нужное дело – спасали жизнь птицам. Я знал, что мне придется ехать в Москву, так как я уже принял предложение от кинематографистов России. Так появились у меня гости.
– И одна из них Клара? – обрадовался Леша.
– Точно так! Я ее очень хорошо запомнил. Она была единственная девушка…
– Это еще почему? – ревниво поинтересовался Алексей. – Глаз на нее положил, что ли? Такой красавец с таким домом вполне мог вскружить ей голову! Она же в печали! Погиб жених, а тут такой красавец богатый!
– У меня и мысли не было посягать на ее честь! – совершенно серьезно отреагировал Евгений. – У меня гостили трое русских мужчин – Игорь, Глеб и Олег. Я еще обратил внимание, что в каждом имени присутствует буква «г». Нет, я не к тому, что они плохие люди, я их совсем не знаю… Просто мне это ни с того ни с сего пришло в голову, и имена вот запомнил. Даже не знаю, зачем я вам-то об этом говорю… И одна дама, вот я и запомнил…
Леша всё не мог успокоиться:
– Ты хочешь сказать, что Клара приехала с тремя мужиками?
– Что ты так завелся? Они все ученые, – пожал плечами Евгений. – Они работать приехали. Вот и запомнил! К тому же в таких экстремальных ситуациях всегда участвует больше мужчин, чем женщин, это нормально. И из других стран больше мужчин было, чем женщин…
– Она была грустной или подавленной? – спросила Яна, чтобы поддержать Лешу и направить разговор в другое русло.
Евгений на секунду замешкался.
– Ну, да…
– Что «да»?
– Грустной или, скорее, подавленной. Именно так… Очень грустной и подавленной сразу… Не знаю, как правильно, – подтвердил он.
– Бедная моя девочка! – Чувствовалось, что Леша пребывал в состоянии сильного нервного возбуждения, но он был рад, что появилась хоть какая-то информация.
Он взмахнул костылем.
– Я еду к тебе, детка моя! – воскликнул Алексей. А затем добавил: – Как больно, черт!
Ведь от полученной неожиданно информации он пришел в такое возбуждение, что даже позабыл о ноге. Леша не удержался и покатился по ступенькам. Это случилось так внезапно, что ни Яна, ни Женя не успели подхватить его. Первым опомнился Женя и кинулся к Алексею, не подающему признаков жизни.
Яна же сорвалась с места и побежала в реанимационное отделение, которое находилось на том же этаже.
Дальше ей и Жене пришлось провести бессонную ночь, ожидая, как закончится операция у Алексея, у которого опять сместилась кость, еще не сросшаяся после недавнего перелома. Потом им разрешили на пять минут зайти к нему в палату.
– Ну, ты даешь! Ты бы это, Леша, поаккуратнее! – только и могла произнести Яна.
– Извините меня, друзья… Никчемный я человек! Как подумаю о том, что моя Клара где-то скитается и не подозревает даже, что я жив, так готов лететь к ней в ту же секунду. Я точно неудачник! И могильный памятник – тому прямое подтверждение. Галина была права, ничего у меня в этой жизни не получится!.. – Он явно впал в свою обычную депрессию.
– Не говори ерунды! – прервала его стенания Яна. – Ты поправишься… Не знаю, скоро или не очень. – С большим сомнением она осмотрела его неподвижную, загипсованную фигуру. – Только не предпринимай больше ничего, это плохо кончается.
– Яна, мне столько не продержаться. Вдруг Клара встретит кого-нибудь и утешится? Я как представлю ее рядом с другим человеком, так мне сразу плохо. Яна, а ты не могла бы слетать к ней и рассказать обо мне? Только так… не сразу в лоб, чтобы не испугать, а подготовив, постепенно… Девочка и так уже пережила стресс, благодаря моей бывшей. Я и по телефону это не хочу делать, надо говорить, глядя в глаза человеку.
Яна смотрела на него, открыв рот от удивления. Попросить Яну Цветкову слетать на самолете было равносильно просьбе покончить жизнь самоубийством. Именно так она относилась к воздушному сообщению, но ответственность к просьбам знакомых оказывалось сильнее.
– Хорошо… Я обещаю, что свяжусь с ней и сообщу о тебе. А может быть, подождем, когда Женя вернется домой и сам всё расскажет? – с надеждой посмотрела она на Евгения.
– Я не собирался уезжать сейчас и не собирался возвращаться именно в Норвегию, – честно ответил он и тут же обратился к Яне: – Но я с огромным удовольствием слетал бы туда с тобой. Приглашаю тебя в гости! Обещаю быть самым гостеприимным хозяином в мире, показать все красоты страны, создать романтическое настроение и заодно помочь твоему другу. Это хорошая идея.
Яна состроила кислую мину.
– А без меня нельзя? Ты один прекрасно всё объяснишь…
– Создавать романтическое настроение в одиночку? Это пошло, – нахмурился Евгений.
– Да вы, сударь, маньяк! – покачала она головой, уже понимая, что ее ожидает.
– Яна – крепкий орешек, – прокомментировал Леша.
– Я не собираюсь выполнять твои прихоти, – предупредила Цветкова. – Всё что хочешь могу сделать, только не это.
– Дай хоть один шанс… Общение с тобой дорогого стоит, – не сдавался режиссер. – Это бодрит.
– Только не лови меня на дешёвую приманку. «Дорогуша, я сниму тебя в кино, а в ответ ты должна показать мне “клубничку” для вдохновения!» Мне не двадцать лет! – отрезала Цветкова.
– Я постараюсь соблазнить тебя более изощренным способом, – пообещал Евгений, смеясь. – А воображение у меня работает.
Леша слабо пошевелился на больничной койке.
– От вас обоих исходят такие флюиды, такие сексуальные волны, что так и пробивают! Электрический ток. Вы там со своей романтикой не забудьте про меня и Клару.
– Ни в коем случае! – заверила Яна. – Ради тебя я рискую честью и жизнью. Страшно даже подумать о самолете.
– А тебе, Женя, удачи! – посмотрел на Евгения Леша. – Она сейчас злая и колючая, потому что до безумия боится летать.
– Спасибо за информацию, – улыбнулся Евгений. – Я постараюсь подготовиться.
Глава 11
Яне было плохо. Завтра предстоит полет в Норвегию, чтобы соединить разбитые сердца Клары и Леши, то есть попытаться объяснить бедной девушке, что ее обманули и личное счастье вполне возможно.
Она уже решилась и знала, что обратного пути нет. Иначе образ несчастного загипсованного Леши будет стоять у нее перед глазами всю оставшуюся жизнь.
Больше всего на свете она хотела напиться в хлам, но так, чтобы завтра суметь подняться на борт самолета и при этом еще прилично выглядеть, чтобы ее узнали по фотографии на границе. Евгений, словно чувствуя ее состояние, пригласил в ночной клуб и познакомил с двумя своими друзьями, блондином Стасом и брюнетом Константином.
– Они из артистической среды? – уточнила Яна, которой от предстоящего ужаса было на все вокруг наплевать.
– Нет, – ответил Евгений.
– Да мне все равно! Хорошие ребята, – согласилась Яна и ударилась во все тяжкие…
Алкоголь, танцы, дым коромыслом и снова алкоголь… И что там за ребята, и откуда они, и зачем они, ей уже было всё равно…
Яна лежала на кровати и смотрела в потолок. Если бы не постоянное монотонное бурчание Агриппины Павловны, она бы хотела валяться так всю жизнь.
– Ты бы уже остепенилась все-таки, Яна… До каких пор скакать-то будешь? Сорок лет не за горами уже! А потом и пятьдесят, и шестьдесят