– Куда тебя отвезти? – Артемий взялся за руль.
Гала не стала отказываться, назвала адрес.
Артемий с силой сжал руль. Адрес был ему знаком.
Именно там Стас останавливался за день до смерти.
– Гала, Стас приезжал сюда в свой последний день, – припарковав машину почти там же, где ставил ее, когда изучал регистратор, вздохнул Артемий. – Он приезжал к тебе?
Она откинулась на сиденье, на секунду закрыв глаза.
– Вы ходите около меня стаей, как стервятники! – Она почти простонала. – Как на мертвечину слетелись!
– Кто ходит стаей? – не понял Артемий. – Кто еще к тебе приставал?
– Девка какая-то. Парень, которого Стас на Кипре встретил.
Неожиданно она заплакала. Артемию стало ее жалко.
– Я догадываюсь, какая девушка тебя разыскивала, я ее знаю. Ее не надо бояться, она дружила со Стасом. Ты нас тоже пойми, убили нашего приятеля, нам всем должно быть наплевать, да? Тебе зла никто не хочет, мы хотим понять, кто и почему его убил.
Гала полезла в сумку, достала бумажный платок, вытерла глаза.
– Стас никогда мне не звонил. Он же знал, что я замужем. В то утро прислал эсэмэску, написал, что нужно срочно поговорить. Мужа в Москве в тот день не было, я Стасу перезвонила, сказала, чтобы отстал от меня навсегда. А когда пошла к метро, он из-за арки вынырнул. Я не стала с ним разговаривать. Я ничего больше не знаю! Отвяжитесь от меня!
Она опять заплакала и выскочила из машины. К арке она помчалась бегом. Легкий плащик развевался на ветру.
Несмотря на похолодание, листья на березе увеличивались с каждым днем. Стоящий напротив дом видно было уже плохо. Летом не будет видно совсем. Тогда Лада сможет обходиться без занавесок, летняя береза плотно закрывала ее окна.
Лада позавтракала, выпила кофе. Позвонила родителям, пообещала, что в следующие выходные обязательно приедет.
«Пойду гулять, – решила Лада. – Дождя не предвидится, похожу по парку, дойду до прудов».
Не сидеть же целый день дома, не зная, явится Егор или нет.
Звонок в дверь раздался, когда она, неторопливо одевшись, подошла к зеркалу.
– Ты знаешь, что перед тем, как являться, полагается звонить хозяевам? – проворчала она, открыв Егору дверь.
– Знаю, – кивнул он. – В следующий раз позвонить, да?
Лада не ответила, подвинулась, пропуская его в квартиру.
Сегодня на нем была кепка-бейсболка, почти такая же, как у Артемия. Только Артемий в кепке выглядел модно, стильно, а Егор почему-то еще больше походил на братка из девяностых.
Егор бросил кепку на стул, пригладил волосы и попросил:
– Дай мне книгу. Я хочу ее еще полистать перед тем, как ехать к авторше.
Дожидаться, когда Лада протянет ему книгу, он не стал, по-хозяйски подошел к книжным полкам, отыскал книгу Викиной тети и уселся с ней на диван.
– Узнать Викин телефон? – вздохнула Лада.
– Я узнал, – не отрывая глаз от бумажных страниц, отмахнулся он.
– От кого? – поразилась Лада.
– От Рины. – Егор листал страницы. – Я поговорил с Риной, потом с Викой, потом с ее тетей. Та меня ждет сегодня в пять.
– Ты пришел, чтобы полистать книгу? – Лада остановилась перед диваном.
– Ну да.
Она отошла к окну. Дул ветер, ветки березы гнулись.
– Почему ты больше не предлагаешь мне поехать с тобой? За мной уже не нужно приглядывать?
За одну из веток зацепился хмурый воробей. На ветру ему не понравилось, улетел.
– Я приглядываю.
Егор подошел к Ладе бесшумно, она наткнулась на него, когда отворачивалась от окна.
– Я за тобой приглядываю и пока опасностей не вижу.
Глаза у него были веселые и грустные одновременно. И еще Ладе опять упорно казалось, что они ласковые.
– Возьми меня с собой, – попросила она.
Он подумал, пригладил волосы и кивнул.
– Поехали. Речь пойдет о том, что тебя вряд ли касается, но ты можешь заметить что-то, что я пропущу. Ты знакомых Стаса лучше знаешь.
Он снова сел на диван, взял книгу в руки. Минут через пятнадцать посмотрел на часы.
– Времени еще много. Сейчас пообедаем или потом, после тети?
С этим нужно что-то делать, тоскливо подумала Лада. Ей все интересно, когда он рядом, и все неинтересно, когда его нет.
– Ни сейчас, ни потом, – буркнула она.
– Это еще почему? – весело опешил он. – Ты объявила голодовку?
– Послушай… – Она снова отвернулась к окну. – Я не знаю, когда ты придешь… Я ничего о тебе не знаю…
Он опять мгновенно и бесшумно оказался рядом. Только на этот раз Лада непостижимым образом почувствовала его у себя за спиной.
– Тебе нужно, чтобы я приходил? – тихо спросил он ей в ухо.
Она молча повернулась. Совсем рядом были его шея, щека, сжатые губы.
Надо было засмеяться и заверить, что ей все равно, приходит он или нет.
– Я не знаю, – честно сказала Лада.
Рядом с Риной время мчалось.
– Не уходи, – попросил Артемий, когда она взглянула на часы.
Они оба понимали, что она не останется.
Сегодня они пообедали или скорее поужинали дома. Артемий заказал еду из ресторана. Боялся, что принесут какую-нибудь дрянь, но еда оказалась вполне приличной, даже горячей.
– Не проси невозможного, – улыбнулась Рина. – Я начинаю чувствовать себя виноватой, а это мне не нравится.
Сегодня на ней были серьги из черненого золота. Артемий протянул руку, тронул сережку.
– Дома ты серьги снимаешь?
– Обычно да. – Рина о чем-то задумалась.
– Снимай, когда приходишь ко мне.
Она посмотрела на него с благодарностью.
Ей не надо было договаривать все до конца, она поняла, что он хотел сказать. Он хотел, чтобы его дом стал ее домом.
– Какое счастье, что ты у меня есть! – Рина поймала его руку, прижала к щеке.
– Завтра во сколько приедешь?
– Завтра, скорее всего, не приеду. – Она подумала перед тем, как ответить. – Мне статью сдавать в середине мая, нужно несколько опытов провести. Время поджимает.
– Рина, давай поженимся, – наклонился над ней Артемий.
– Артемий! – Она мягко улыбнулась. – Это серьезный шаг.
– Разве я говорю несерьезно?
– Разве нам плохо сейчас? – Она погладила его по щеке, он поцеловал ее пальцы.
– Плохо! Мне плохо, когда ты не приезжаешь.
– Ты маленький капризный мальчик, – с улыбкой констатировала она. – Но мне это даже нравится. Я устала от взрослых.
– Не понял! – действительно не понял Артемий.
Его давно никто не считал маленьким, а он себя тем более.
– Ты очень хороший. Ты замечательный. Но ты какой-то наивный. Непосредственный. Я думала, таких больше нет, остались они циники. Не обижайся, я не хотела сказать ничего плохого.
Рина поднялась из-за кухонного стола, за которым они сидели. На столешнице была царапина от ножа, непонятно как появившаяся, от этого стол казался Артемию грязным, и он переживал, что Рине неприятно за ним сидеть.
– Я тебя отвезу! – решительно объявил Артемий.
Рина надела короткую курточку, в которой пришла. Тронула его за руку и задумчиво сказала:
– Не думаю, что я для тебя лучший выбор. Я очень занята и не стану работать меньше. Вряд ли я буду тебе хорошей женой.
– Мне никто, кроме тебя, не нужен! А нормальные люди все много работают. – Артемий пропустил ее вперед, запер квартиру.
Жаль, что дорога занимала всего несколько минут. Ему было хорошо, даже когда она молча сидела рядом.
– Скоро зацветет сирень. – Выйдя из машины, Артемий заметил наметившиеся бутоны на растущих около подъезда кустах.
– Да? – равнодушно откликнулась Рина, посмотрев на кусты. Сирень ее не заинтересовала.
Он все время забывает, что у нее горе.
– Зайду к родителям. – Артемий вместе с ней пошел в подъезд, обнял ее в лифте и отпустил, только когда кабина остановилась на ее этаже.
Оттого, что следующие сутки придется провести без нее, настроение заметно испортилось.
Он не догадывался, что можно так сильно зависеть от одного человека, понимал, что раньше жить ему было проще, и знал, что никогда не сможет и не захочет вернуться в прошлую жизнь.
– Как ты вовремя! – обрадовалась мама, отперев ему дверь. – Мы только что сели ужинать.
– Я не хочу есть, налей чайку, – отказался Артемий, заглянул в кухню и, заметив перед папой бутылку вина, поинтересовался: – Что вы празднуете?
– Приход весны, – засмеялся папа.
– Так она давно пришла, – улыбнулся Артемий, сев за стол.
– Ну и что! Пришла давно, а празднуем сейчас. Будешь?
– За рулем.
Папа разлил вино в бокалы.
Артемий не представлял, как можно вскрыть бутылку и отравить содержимое так, чтобы это было абсолютно незаметно. Для этого как минимум нужны инструменты и время.
У Стаса в квартире стояла уже открытая бутылка, и преступник этим воспользовался?
– Пытаюсь заставить себя не думать о Гале и Николае, и не получается, – пожаловалась мама.
– Думай о нас с Темкой, – шутливо посоветовал папа.
– Можно подумать, что я о вас не думаю!
От маминой еды пахло вкусно, Артемий не выдержал, попросил кусочек мяса с овощами.
– Не могу отключиться от Галы с Николаем. Понимаю, что все это глупости и не мое дело, но…
– Что еще ты вспомнила? – угадал Артемий.
– После того разговора в кафе, когда Галу расспрашивали про летний отдых, Коля долго в школе не появлялся. Я даже однажды Галу спросила, не заболел ли ее муж. Она сказала, что его нет в Москве. Такое часто бывало, зимой он появлялся время от времени, летом не появлялся совсем. Снова я его увидела, когда Стаса уже похоронили. Артемий! – Мама посмотрела на него несчастными глазами. Глаза у матери редко были несчастными, разве что когда бабушка умерла. – Это ведь не могут быть они, правда?
– Вряд ли это они, – постарался успокоить ее Артемий.
Вряд ли это они. Отравление было исполнено мастерски, у подмосковного фермера таких навыков быть не может.
– Кстати, деревня, в которой Николай живет, примыкает к дому отдыха, в котором мы летом отдыхали. Гала еще сокрушалась, что мы были рядом и не встретились. Сомневаюсь, что она мечтала о нашей встрече!