— Может, сразу к целителю, а, Олег?
— Целителя мне на сегодня вот как хватило. — Он провел рукой по горлу. — Передоз будет.
Он нырнул в палатку, я — следом. Полог опустился, и дядя сказал:
— Ты чего всполошился? Нормально все со мной, поговорить хотел. Чего ты в этот ящик вцепился? Реально же хлам. Лучше не торопись, прежде чем выбирать, спрашивай меня.
— Работающий стазисный артефакт такого размера — хлам? — удивился я. — Да ты зажрался.
— Он правда работает? — недоверчиво спросил дядя.
— Я его зарядил, и он включился. Насколько хорошо работает, предстоит проверить.
— Вот ведь… — Дядя потер лоб. — Проблема в том, что стоимость работающего артефакта на порядок выше.
— И? Я его брал неработающим. Ни ты, ни твой клиент его не смогли бы реанимировать. Значит, ничего ты не нарушаешь. И клиент твой, прямо скажем, существо тухлое.
— Да я не собираюсь Волкова ставить в известность. Но если он прознает… Зело вонюч этот клоп.
— Ни ты, ни он артефакт включить бы не смогли, так что для вас он все равно что неработающий, — уперся я, считая этот ящик уже своей собственностью. — И если на то пошло, то я мог тебе не сказать, поэтому обманываю, получается, я, а я с Волковым никакого договора не заключал. Так что твоя научная репутация не пострадает.
— При чем тут моя репутация? Я сейчас не о том вовсе. Не нужны нам слухи, что ты можешь определять, что за артефакт в твоих руках. Это чревато неприятностями. Для тебя неприятностями, не для меня. Принеси-ка мне стакан воды.
Конец реплики был неожиданным, поэтому я на мгновение завис.
— Типа таблетки запить, — пояснил дядя. — Если уж отыгрывать, то до конца. И да, ты молодец, что не показал ценности стазисного артефакта.
Я рванул до кухни, где и набрал в кружку воды, которую и отнес в спальную палатку, так же аккуратно прикрыв за собой полог.
— Так вот, — дядя воду взял и даже отпил. — Для пресечения подобных слухов нужно показать, что ты интуит.
— Это что?
— Не что, а кто. Человек, у которого в руках срабатывают артефакты Древних, — пояснил дядя. — Там что-то с внутренней энергетикой, как утверждают целители. Причем она может не постоянно быть такой, а всплесками. Задел ты уже сделал тем, что у тебя сработал артефакт с симбионтом. Теперь нужно, чтобы сработало еще что-то. Тогда и вопрос со стазисным ларем в случае чего закроем — получил работающий после окончания раскопок
— На что это повлияет?
— Ни на что. При нестабильно срабатывающих способностях разве что на раскопки могут пригласить, потому что какой толк от того, что не можешь вызывать сознательно? — Дядя махнул рукой. — Единственно, что придется что-то работающее сдать Волковым. Лучше что-то не очень полезное, но зрелищное. То есть верти в руках побольше артефактов, рассматривай внимательно, и если обнаружишь что-то подходящее — активируй.
— А если не будет?
— Лучше бы было. Потому что стазисный ларь — не столь мелкая штука, которую можно утаить, а значит, пойдут слухи. Обязательно пойдут, не строй мне тут рож. Поэтому нам нужна под них правильная база.
«Теоретически там могут найтись бесполезные работающие штуковины, — заметил Песец. — Подскажу, когда появится».
Мы договорились, что дядя пока притворяется, что отлеживается после приема лекарств, а к работе приступит после ужина, которым я и занялся, периодически заглядывая в спальную палатку, в которой дядя с азартом набивал очередную статью. Заходил я так, чтобы на камеру ничего не попало.
После ужина дядя сделал вид, что ему полегчало, и опять приступил к раскопкам. Теперь я сидел рядом с ним, притворяясь, что беспокоюсь за здоровье родственника, и вертел в руках каждую извлеченную из земли штуковину, на которую мне читали сразу две лекции: одну — дядя, а вторую — Песец. И да простит меня Олег, но лекция Песца была и короче, и информативней. К сожалению, вся ерунда, которая нам попадалась, была нерабочей, но я изредка все равно проявлял заинтересованность и спрашивал, сколько это может стоить.
— Илья, тебе лучше брать деньгами, — заявил дядя.
— Деньги я в другом месте могу заработать, — возразил я. — А так будет память. И Дашке хотел чего-то в подарок привезти.
Таким образом я хотел залегендировать изъятие кристаллов для записи, которые выглядели блестящими бусинами и которые стоили по каталогу Гильдии куда дешевле монет, потому что считались бижутерией. Это было логично, потому что в них как раз были отверстия. Песец рассказывал, что при хранении их могли насаживать на штыри, цеплять к карабину или нанизывать на шнурки.
— Ей-то с чего?
— Ей нравятся такие штуки. Помнишь браслет с монетами Древних?
— Еще бы я не помнил эти варварски проковырянные монеты, — недовольно ответил дядя, так же, как и я, наверняка вспомнивший, что там среди этих монет было так нужное нам Целительство первого уровня.
— Ну вот что-то такое маленькое я и хотел, — продолжал я отыгрывать роль влюбленного. — Но не очень дорогое, как ты понимаешь.
— Среди артефактов Древних дешевок нет, — намекнул дядя.
— Но одни стоят дороже другие — дешевле. Вот мне что-то попроще.
— Тогда вот этот точно не для тебя. — Дядя забрал у меня артефакт, вложил в пакет с описанием, которое успел составить, пока мы разговаривали, и аккуратно уложил в контейнер. — Не блестит и стоит дорого.
— Зато само по себе интересно иметь вещь Древних, — возразил я чисто ради порядка, потому что забранный артефакт даже целый, по уверению Песца, не представлял никакой ценности.
Следующий артефакт после очистки от напластований веков заблестел, а когда я взял его в руки, Песец оживился:
«Климатический артефакт, личный, рабочий, дает прохладу в жару. Как раз то, что хотел твой дядя. Для активации его нужно хоть немного запитать магией. Сожми в руке и неси какую-нибудь чушь».
— А вот этот? Он блестит и не выглядит дорого.
— Сейчас гляну по каталогу, навскидку не помню, — ответил дядя.
Пока он искал нужный номер, артефакт жрал из меня магию со свистом. Это было весьма чувствительно. Поэтому, как только Песец решил, что хватит, я перестал заправлять и нажал на указанный бугорок. На артефакте замигал огонек.
— Олег, — позвал я, — это нормально?
Дядя подпрыгнул на стуле, чтобы показать испуг, получилось у него немного чрезмерно, что он понял и сам, прокашлялся и почти спокойно сказал:
— Илья, аккуратно положи сработавший артефакт и отойди в сторону.
— Мне кажется, он неопасный. От него холодком повеяло, — намекнул я дяде на направленность артефакта.
— Хм… Климатический? Дай-ка. — Он протянул руку, в которую я положил артефакт. — В самом деле, холодком повеяло
Звонок от Волкова прозвучал тут же, и был собственник этой земли возбужден необычайно — до меня долетали даже отдельные слова. Правильно дядя говорил: следят за нами постоянно.
— Слушаю вас, Дмитрий Михайлович. … Да, работающий. … Непонятно, требует изучения, хотя бы первичного. … Нет, такие раньше не встречались. … Я про работающие. Так-то, разумеется, в каталоге этот тип описан. … Да, большая удача. … Конечно, ваше право забрать хоть прямо сейчас, но я бы попросил оставить для изучения до завтра. Основные параметры сниму, а завтра вам лично отвезу. И напоминаю, что за подобную находку в договоре предусмотрена премия.
Это напоминание Волкову не понравилось, он перестал столь бурно радоваться и вскоре попрощался. Дядя тут же позвонил Лихолетову.
— Аристарх Петрович, добрый день! … Да, да, на раскопках у Волкова, как вы просили. … Обнаружился работающий артефакт. Представляете, опять сработал в руках племянника. … Нет, в этот раз, слава богу, не рассыпался. Огонек мигает, холодком тянет. Да, скорее всего, климатический. … Лично приедете? Но Волков требует ему отвезти завтра. … Решите с ним? Тогда сообщите мне о результате переговоров.
Он отключил телефон и сообщил уже мне?
— Глава Гильдии приедет, хочет лично подержать в руках такую редкость. Но это и к лучшему, у него отличный набор диагностирующих приборов.
— Он будет жить здесь? То есть готовить еще на него?
Разумеется, я беспокоился не о готовке, а о стазисном ларе, который нужно как-то замаскировать, если глава Археологической гильдии заявится в наш лагерь. Проще всего — одноразовой скатертью, которых в вещах дяди была целая стопка, но боюсь, она будет просвечивать.
— Лихолетов? Нет, он слишком ценит комфорт, остановится в гостинице. Он ненадолго, как прилетит, так и улетит. Но мне сейчас другое интересно. Давай вспоминай, что ты делал до того, как заработал артефакт.
Сейчас дядя играл на камеры, поэтому я начал отвечать в соответствии с его ожиданиями:
— Вертел в руках, рассматривал, потом обнаружил сбоку бугорок, провел по нему, после чего сразу подуло холодным ветерком.
— А если этот? — дядя вытащил один из уже проверенным и протянул мне.
— Я этот рассматривал.
— Рассмотри еще раз.
Я пожал плечами и начал показательно вращать артефакт в руках и тереть все выпуклости, которые нащупывал. Разумеется, ничего этим активировать не удалось.
— Нужно понять, случайно это у тебя получилось или нет, — пояснил дядя опять-таки для зрителей с той стороны камер.
Но даже если бы мы решили сдать Волкову по максимуму работающих штуковин, все равно пришлось бы ограничиться одной — больше заряжающихся не через накопитель артефактов не попадалось. Зато от этой бесполезной суеты я устал так, что чуть было перед сном не забыл активировать модуль с алхимией. Спасибо, Песец напомнил.
Глава 17
Утром дядя сорвался сразу после завтрака с тщательно упакованным артефактом, предупредил, что пообедает в городе и мне позвонит, когда освободится и зайдет в магазин с продуктами, после чего уехал, бросив меня в лагере или лагерь — на меня, это уж как посмотреть. Поскольку подозрения в том, что он привезет кого-нибудь с собой, у меня не развеялись, первым делом я заставил надпись на ларе куском непрозрачного пластика, а уж потом накрыл одноразовой скатертью, на которую составил посуду и продукты чтобы никому не пришло в голову пристально изучать этот неказистый металлический ящик.