— Не собираюсь я никому ничего солить. Дело в том, что неожиданно вырисовались интересные перспективы, понимаешь? Но только при наличии соответствующего образования.
— А к тому времени, как образование будет получено, эти перспективы не рассосутся? — скептически спросил дядя, наверняка решив, что мне кто-то предложил место работы, на что я и повелся.
— Эти перспективы только вырастут.
— Олег?
— Подтверждаю. Это не прихоть, а необходимость.
— Не знаю даже, что вам сказать. Хотел отговорить… Но если так все серьезно, Илья, я оплачу. У меня достаточно своих денег, чтобы помочь племяннику.
— Дядя Володя, спасибо, — растроганно сказал я, — но я справлюсь.
— Тогда имеет смысл учиться не в Верейске, а в Дальграде, — не обратил внимание на мои слова дядя Володя. — Я понимаю, что там дороже, но беру плату за все годы обучения на себя. Можем договор составить, если мне не довреяешь.
— Спасибо, но я предпочитаю в Верейске. На то у меня есть причина.
— У меня тоже есть причина просить, чтобы ты учился не в Верейске, — неожиданно сказал дядя Володя и начал чуть ли не гипнотизировать меня взглядом, показывая, как ему важно, чтобы я уехал подальше.
— Боюсь, у Ильи причина посерьезней, — вмешался в наш разговор Олег. — Он не может учиться в другом городе.
— А в другом вузе? — повернулся к нему дядя Володя.
— Исключено, — ответил уже я. — Мне нужен диплом алхимика.
— Вот ведь. — Дядя Володя потер нос. — И только там?
— Только там, — подтвердил Олег. — Колись давай, в чем причина. Почему Илье туда не нужно?
— Не хотел об этом говорить, но… Мы с Лизой плохо расстались. Еще и Алла ей скандал закатила… — вздохнул дядя Володя.
Признаться, мы с Олегом переглянулись в совершенном обалдении. Нет, то, что речь шла о бывшей любовнице дяди Володи, было понятно, но…
— А при чем тут академия алхимии? — Олег успел раньше.
— Она там замдекана на одном из факультетов.
— То есть ты думаешь, что Лиза будет Илье мстить?
— Что ты говоришь! — возмутился дядя Володя. — Я думаю, ей будет неприятно, что мой племянник там учится.
— А ты не слишком высокого мнения о собственной значимости? Во-первых, у Ильи и фамилия другая, и на тебя он не похож. А во-вторых, эта Лиза, может, уже глубоко и счастливо замужем и думать о тебе забыла?
— Не замужем она, — дядя Володя вздохнул. — Я, конечно, с ней давно не встречаюсь, но…
— Но отслеживаешь все, что с ней происходит?
— Примерно так. Люблю я ее, понимаешь?
— Не понимаю, — зло сказал Олег. — Любил бы, давно бы бросил Алку и ушел к этой Лизе.
— Я ей сейчас ничего не могу дать. Вообще, — устало сказал дядя Володя. — А так бы я ушел. Давно ушел бы, веришь? Я у Вьюгиных никому не нужен. Уйду — никто и не заметит.
День закончился тем, что оба моих дяди напились всем, что нашлось в этой квартире. На мою долю досталось снабжение их закуской. Ну и выслушивание пьяных разговоров. Олег пытался вправить брату мозги, а дядя Володя твердил, что никто не виноват, что это судьба такая глупая, и вообще нельзя во всем винить тетю Аллу.
На душе стало тошно, потому что если целительские модули не найдем, то его судьба накроет и нас, поэтому я вскоре от них ушел, но они еще долго о чем-то говорили без меня. Угомонились далеко за полночь, и дядя Володя так у нас и заночевал.
Поэтому первым делом с утра я приготовил зелье Похмельное, в рецептуре которого были листья эстреллы широколистной. Той самой, пару кустиков которой я нашел в последний свой поход в изнаночный карман. Не самое оптимальное применение, ну так дяди мне дороже возможного дохода. Получилось восемь доз, две из которых я споил родственникам, а остальное убрал в холодильник. Теоретически зелье не портилось и могло храниться долго даже при комнатной температуре, но в холодильнике держать мне показалось надежнее.
— Хорошая штука, — оценил дядя Володя, состояние которого улучшалось прямо на глазах. — Из Оборинска привезли?
— Я с утра сделал.
— Да ладно? Сам?
Я отвечать не стал, выразительно стуча ножом по доске, поскольку стругал овощи для салата, который шел на завтрак дополнением к омлету, доходившему до совершенства в сковороде под крышкой.
— Где это ты так настропалился? — продолжал удивляться дядя Володя.
— У Олега на раскопках, когда он на меня готовку свалил. Вот тогда и понял, что алхимия — мое настоящее призвание.
— А может, археология? — сделал очередную попытку меня переубедить дядя Володя.
— Я не теряю надежду его уговорить, — заявил изрядно взбодрившийся после зелья Олег. — Ты в курсе, что у Ильи способности интуита проснулись? Его сам глава Археологической гильдии уговаривал.
— И как?
— Сказал: консультационная помощь — всегда, а учиться будет на алхимии.
— Отец этим очень недоволен. Алла тоже считает, что опасно.
— Если честно мне глубоко фиолетово, что считает твоя Алла. Она в первую очередь думает о пользе для своего сыночка, а во вторую — для себя. Третьей очереди у нее не предусмотрено.
По лицу дяди Володи стало понятно, что они сейчас в очередной раз разругаются, поэтому миску с салатом я поставил на стол с грохотом, чтобы отвлечь их от выяснения отношений.
— Господа, завтрак готов.
И Олега ногой толкнул, чтобы успокоился. Упоминание тети Аллы приводит его в состоянии неконтролируемого бешенства. Еще проговорится, а это пока было лишним.
— И откуда что взялось? — удивился дядя Володя, решивший не эскалировать конфликт.
Завтрак и отсутствие раздражителей — похмелья и упоминания супруги одного из них — привели их окончательно в умиротворенное состояние, которое было напрочь испорчено явлением тети Аллы. Она попыталась меня приобнять, когда не получилось, обиженно уточнила, где супруг, и, расправив плечи как перед битвой, гордо пошла даже впереди меня.
— Боже мой, Володя, как так можно? Ты даже не позвонил, что ночуешь у брата, — возмутилась она, как только увидела мужа.
Для беспокоящейся супруги была она слишком спокойной и слишком поздно появившейся. С утра, наверное, от прислуги узнала, прикинула, где тот мог задержаться, и решила воспользоваться возможностью поговорить со мной при поддержке дяди Володи.
— Извини, Алла, заговорились за полночь, поздно было звонить и предупреждать.
— Надеюсь, Илью ты отговорил от необдуманного выбора? И по поводу квартиры. Нечего лишнее тратить. Вьюгины оплатят, даже не вздумай отказываться, Илья.
— Выбор обдуманный, — бросил Олег, начиная заводиться. — А то, что он тебе не нравится, ничего не меняет.
— Да, мне не нравится, потому что профессия эта опасная. И Василий Дмитриевич резко против.
— Да наплевать. И на тебя наплевать, и на него, — бросил Олег. — При свидетелях говорю: тебя в своей квартире видеть не желаю ни по какому поводу, поняла?
— Олег, как ты можешь быть такой сволочью?
Тетя Алла скривила рот, как она делала всегда перед тем, как заплакать, и беспомощно посмотрела на дядю Володю.
— Олег, попридержи язык. Алла — моя жена. Относись к ней с уважением.
— Оснований для уважения нет, — отрезал Олег. — И я предельно вежлив. Даже не сказал, куда она свою квартиру засунуть может.
Дядя Володя с грохотом отодвинул стул и встал из-за стола. На брата он не смотрел, взял жену за руку и повел к выходу. Всхлипывать тетя Алла начала почти сразу и сквозь рыдания твердила, что Олег ее ненавидит и всех настраивает против нее, а она никому ничего плохого не делала, только помогала. Выходило у нее талантливо, но мне казалось, что представление вызывало раздражение не только у меня, но и у дяди Володи.
Я их проводил до двери, попрощался и закрыл дверь, потом вернулся ко второму дяде.
— Осуждаешь? — мрачно спросил он.
— Осуждаю, — подтвердил я. — И дядю Володю обидел, и тете Алле очередной повод дал для упреков.
— Ничего не могу с собой поделать. Я Алку и раньше не переваривал, а уж когда узнал, что она сделала, — вообще крышу сносит, стоит ее увидеть. Ненавижу эту тварь. Она не просто нам всем жизнь сломала, она по факту род уничтожила.
— Решение о ее вводе в род дед принимал, — напомнил я.
Тетю Аллу я не считал невиноватой, но если бы дед в свое время не надавил на дядю Володю, всем было бы куда лучше.
— С него вины тоже не снимаю. Он всегда жестким был, всех в кулаке держал. Разве что кроме твоей мамы. Вот она всегда поступала как хотела. Никому не подчинялась. И отец на нее давить боялся, потому что в случае чего уйдет в другой род — и с концами. Не поверишь, и не особо злился, когда Соня с Женькой его перед фактом твоего появления поставили. Мне кажется, он даже доволен был, только старался скрывать, чтобы Женька не посчитал, что может у нас на что-то рассчитывать. Алка бесилась куда больше. Она особо не была дружна с твоей мамой. И появление конкурента сыну ей вот где было.
Дядя Олег черканул себя по шее, а потом помрачнел еще больше, наверняка вспомнив, что тетя Алла все обстряпала в лучшем виде: я стал не конкурентом, а батарейкой, а сейчас, даже если сниму блок, все равно в конкурента не превращусь.
— У меня предложение: едем в ближайшее место из тех, где было несколько раскопок рядом, и ты смотришь, есть ли там место для Прокола. А потом — на тренировку в Полигоне, — резко перевел разговор дядя. — Ты как?
— За, конечно, — сразу согласился я. — Потому что, если заниматься алхимией, нужны ингредиенты. А подозрительно не будет? Не уверен я, что Власов снял наблюдение.
— Не будет. Там, куда мы сейчас поедем, — Музей под открытым небом. Очень хорошая сохранность стен и все такое. В легенду уговоров тебя на профессию археолога укладывается. Ехать недалеко, но посещаемость там низкая. Обычно только школьные экскурсии. А какие школьники сейчас? Так что спокойно походим, спокойно все осмотрим.
Собрались мы быстро. Перед уходом я очистил посуду заклинанием и оставил деньги в дядином сейфе, в сумку забросил форму и оружие, хотя сегодня решил по возможности чаще использовать магию и вообще до себя противника не допускать.