— Это вышло случайно, — пробормотала она, явно не зная, как оправдаться.
Графиня продолжала наступать:
— Ну что, нашли вы бриллианты? Если нашли — они все ваши. Я дарю их вам! Ну, нашли?
Руки Каролины дрожали. Графиня подбоченилась.
— Пошла отсюда вон! — прошипела Жанна. — Ещё раз появишься в моей комнате — убью! Тебе известно, что я способна на это.
Собаньская бросила шкатулку и попятилась к двери. Она исчезла как тень, и Жанна, упав на софу, закрыла лицо руками. Проклятые бриллианты не давали ей покоя и здесь, в благословенной Тавриде! Не давали и не дадут. Хуже всего, что эта бесцеремонная дама, для которой явно не писаны правила приличия, не успокоится, пока не завладеет драгоценностями. Что полька придумает в следующий раз? Как спастись от неё? Как?…
Жанна не спала всю ночь, сказавшись больной, не вышла к завтраку и только к обеду появилась перед княгиней, умоляя поговорить с ней с глазу на глаз. Анна очень удивилась. Пожилая женщина находилась на грани истерики, и Голицына недоумевала, что могло привести её в такое состояние.
— Я слушаю вас, дорогая графиня, — как всегда, она была одета в брюки и шинель. — На вас нет лица! Что случилось?
— Вчера меня пытались убить, чтобы завладеть моими драгоценностями, которых нет, — прошептала Жанна.
От волнения княгиня встала.
— Вас «пытались убить»? Но кто? Когда?
— Звание неудавшейся убийцы могут поделить между собой ваши фаворитки — Каролина и Жюльетта, — выдохнула графиня. — По их приказу слуга вызвал меня в лес, и там, в глуши, кто-то выстрелил почти под самым ухом моего коня. Я склоняюсь к мысли, что это всё же Каролина: госпожа Жюльетта мне кажется более порядочной.
Голицына стала нервно тереть впалые щёки.
— Этого не может быть, — прошептала она. — Вы ошиблись. Этого не может быть.
— Я бы рада ошибаться и приписать выстрел какому-нибудь одинокому охотнику, — отозвалась Жанна. — Но в моё отсутствие кто-то обыскал мою комнату во флигеле. Впрочем, не буду скрывать, это была Каролина, я поймала её за руку. Разумеется, бриллианты найдены не были, ибо их нет. Однако она не успокоится, потому что не верит мне.
Княгиня поправила короткие волосы.
— Но в это трудно поверить…
— Если вам так интересно, кто был инициатором данного происшествия, стоит только спросить слугу Фёдора, кто приказал ему сообщить мне о том, что вы и ваши друзья ждут меня на охоте, — бросила графиня. — Ему будет очень трудно выкрутиться, думаю, он сдаст вам либо одну, либо вторую.
На лице княгини появилось решительное выражение.
— Я сделаю это немедленно, — сказала она и позвонила в колокольчик. Вмиг прибежал Иван, как всегда, прилизанный и аккуратный.
— Ну-ка позови мне Фёдора! — сурово произнесла Анна. — Да пусть поторопится. Разговор к нему есть.
Иван закивал, и голова с растрепавшимися седыми волосами задёргалась на тонкой шее, как у китайского болванчика.
— Сию минуту прибежит.
Княгиня повернулась к Жанне.
— Вот сейчас мы и выясним всю правду.
Фёдора, действительно, не пришлось долго ждать. Явившись пред светлые очи княгини, которую он боялся как огня, парень выглядел растерявшимся, нашкодившим ребёнком, который ожидал порки.
— Знаешь, зачем я тебя пригласила? — грозно поинтересовалась Анна Сергеевна. Слуга побледнел как полотно, даже коричневые веснушки, казалось, стали светлее.
— Ума не приложу, госпожа, — произнёс он, стараясь быть искренним, но это у него плохо получалось.
— Да всё ты знаешь, голубчик! — Княгиня потянулась к хлысту, лежавшему на диване, и Фёдор задрожал. — А ну выкладывай, кто приказал тебе сообщить графине об охоте в лесу?
Несколько минут слуга стоял как каменное изваяние, а потом бросился в ноги госпоже.
— Богом клянусь, не ведал, что натворил!.. — Из его глаз покатились слёзы. — Ну мог ли я подумать, что барыня нарочно хотела заманить госпожу графиню в лес?
— Какая «барыня»? — Хлыст постукивал по подоконнику. — Говори, не бойся.
— Госпожа Собаньская, — выдохнул Фёдор. — Она сказала, что и вы позже присоединитесь к ним. Но я всё понял, когда увидел, что госпожа Собаньская поскакала следом за графиней, а до этого пряталась в парке. Вскоре она вернулась и направилась во флигель. — Он опустил голову, словно ожидая наказания.
Голицына отложила хлыст.
— За правду хвалю, — буркнула она. — Ступай прочь, дурак! И впредь без меня никаким приказам моих гостей не подчиняться! Понял?
Несчастный склонился в три погибели.
— Как не понять, госпожа…
Дождавшись, пока Фёдор покинет гостиную, княгиня села на диван и задумчиво принялась разглядывать перстень на пальце.
— Знала, что Каролина авантюристка, но что она готова на убийство — этого не могла подумать, — сказала она, ни к кому не обращаясь. — Может быть, мне пообщаться с этой девочкой и вытряхнуть дурь из её хорошенькой головки?
Графиня покачала головой.
— Из-за этих проклятых бриллиантов меня пытались убить четыре раза, — произнесла она. — И делали это, когда я считала себя в безопасности. Теперь же я доверяю только своей интуиции. Вы никогда не остановите Каролину, поверьте мне! — с жаром заметила она. — И выход тут один. Мне нужно уехать из вашего имения.
Голицына растерянно заморгала.
— «Уехать»? Но куда?
— Вероятно, вы сможете подсказать, куда мне лучше податься, чтобы Каролина не нашла меня, — проговорила Жанна. — Ведь я совсем не знаю Крым.
Анна встала с дивана и принялась мерить шагами комнату. Внезапно она остановилась у бронзовой статуэтки Суворова.
— Есть только один вариант, — сказала княгиня. — Я могу поселить вас в маленьком домике, неподалёку от горы Аю-Даг. Домик стоит особняком, и вы будете в полном одиночестве. До ближайшего посёлка добираться довольно далеко.
Жанна сложила руки.
— Господи, как вы добры! — Она хотела обнять княгиню, но та отстранилась от неё. — Я с удовольствием поживу в одиночестве. Служанка Зара будет приносить мне продукты. Никто никогда не увидит меня в ближайшем посёлке, потому что это опасно. Придётся совершать вечерние прогулки. Спасибо вам, княгиня!
Анна зарделась от смущения.
— Вам не за что меня благодарить, — сказала она. — Очень жаль, что в моём собственном доме вы не нашли покоя. — Она подошла к шкафу, открыла его и достала связку ключей. — Держите. Это от дома и от сарая. Завтра утром, ещё до рассвета, вы зайдёте ко мне со своей служанкой, и я подробно объясню, куда ехать. Но даже ей не рассказывайте, для чего вам придётся отправиться в дорогу. Все слуги болтливы, боюсь, и Зара не исключение.
— Ещё раз благодарю вас, княгиня! — Жанна сделала реверанс. — И вы не должны казнить себя за то, что так получилось со мной. Я уже привыкла бегать по всему свету от желающих меня убить.
— Я знаю, вы католичка или безбожница, — Анна Сергеевна перекрестила графиню, — но тем не менее вы мне нравитесь, и я постараюсь спасти вашу жизнь. А теперь идите к себе и потихоньку укладывайтесь. Смотрите, чтобы никто ни о чём не догадался.
Жанна снова сделала реверанс и пошла по дороге, усыпанной битым кирпичом, в свой флигель. Когда от высокого стрельчатого кипариса отделилась стройная фигура и направилась к ней, она сначала вздрогнула, но потом свободно вздохнула, узнав в ней Каролину.
— Я ужасно виновата перед вами, — прошептала полька, обдавая Жанну запахом дорогих духов, — и прошу простить меня. Но клянусь перед Богом, что у меня и в мыслях не было обкрадывать вас! Я, как всякая любопытная женщина, хотела только взглянуть на бриллианты. Только взглянуть, понимаете?
Лицо Жанны было каменным, как у статуи Командора.
— Допустим, я понимаю вас, — холодно ответила она. — Но что сделать, чтобы все поняли одну простую истину: камней у меня нет и не было. Если вы не верите, можете сейчас пойти со мной и при мне обыскать каждую щель. Все найденные вами бриллианты ваши, дорогая.
Собаньская потупилась.
— Ещё раз прошу меня извинить.
— Считайте, что ваши извинения приняты.
Графиня повернулась к ней спиной, чтобы хитрая полька по выражению лица не вычислила мысли, крутившиеся у неё в голове. Этой даме можно было верить так же, как Иуде. Вряд ли она станет вторично обшаривать комнату. Нет, этого больше не повторится, и тут Каролина не обманывала. Молодая авантюристка уверилась, что графиня носит бриллианты на себе, и не ошибалась. Следовательно, ей нужен будет её труп. Вот чего никак нельзя допустить. Жанна дошла до флигеля, оглянувшись по сторонам, открыла дверь и юркнула внутрь. Зара сидела в своей комнатёнке, примыкавшей к флигелю, и штопала старое платье.
— Собирайся, — приказала ей Жанна. — Сегодня ночью нам придётся уехать отсюда.
Огромные чёрные глаза женщины стали ещё больше от удивления.
— Но зачем?
— Не спрашивай меня ни о чём, — сказала Жанна. — Так нужно. К рассвету будь готова.
Зару всегда отличала покорность. Она ушла в свою комнатку, чтобы собрать нехитрый скарб. С наступлением сумерек графиня легла в постель не раздеваясь. Она ждала условного сигнала от Голицыной. Княгиня тихо постучала к ней ровно в два часа ночи.
— Я убедилась, что мои гостьи заснули, — быстро проговорила она. — Вам пора ехать. Я даю свою повозку и Рябчика. Мой слуга Григорий довезёт вас до дома и на перекладных вернётся сюда. Повозку и лошадь я оставляю вам.
— О, княгиня! — Жанна склонилась перед ней, но Голицына покачала головой.
— Не нужно благодарности. Я чувствую себя виноватой. Живите в моём домике сколько душе угодно, и дай вам Бог покоя, хотя вы в него и не верите. — Она повернулась и вышла с гордо поднятой головой.
— Вот это женщина, — прошептала Жанна, — вот это характер!
Она поторопила Зару, и вскоре под покровом ночи женщины забрались в повозку. Кучер Григорий, славившийся своей преданностью госпоже и необычайной молчаливостью, погнал лошадей по горной дороге. Жанна и Зара, прижавшись друг к другу, задремали и очнулись, только когда мужчина крикнул: