решил не забивать себе голову такой ерундой.
– Около Краснохолмска находится большой город Астрахань, где наверняка есть и посольство, и консульство, – заносчиво ответил Клим, как и подобает гордому британцу при разговоре с отсталыми народами, каким в королевстве издавна считались русские.
– Это ваше право, господин Норсер, но я счел своим долгом предупредить вас о проблемах, которые могут возникнуть, – закончил разговор майор, протягивая Климу паспорт.
В дверях Клим столкнулся с растрепанной блондинкой, которая ворвалась к майору, как разъяренная фурия.
Волосы у блондинки, и так пышные, теперь стояли дыбом. Блондинка была готова растереть всю таможню в порошок мелкого помола.
Полчаса спустя пассажиры наконец-то столпились у второго трапа белого «Боинга».
Пьяный парень, любитель выпить, оказался пассажиром бизнес-класса, куда и был проведен возникшей справа от Клима миниатюрной стюардессой с раскосыми глазами.
Парня слегка покачивало из стороны в сторону, но держался он хорошо и, поднимаясь по трапу самолета, всего лишь один раз придавил стюардессу к перилам.
Пассажиров первого класса проводили в салон по отдельному трапу.
ГЛАВА 2
Усевшись на свое место, Клим обнаружил прямо над собой телевизор с беззвучно разевающим рот мужиком, который, протягивая правую руку вперед, звал за собой десяток по минимуму одетых женщин.
Сам мужик был прикрыт только коротенькой юбочкой из банановых листьев и полицейскими очками с зеркальными стеклами в половину лица.
Мужик был белый, а женщины за ним – с кожей различных оттенков, начиная от белой и заканчивая иссиня-черной негритянкой, одетой только в белоснежные плавки.
Справа от Клима уселась растрепанная блондинка, которая с ходу попыталась выплеснуть на Клима поток своих эмоций.
– Эти скоты говорят, что из-за меня задержали самолет! Подумаешь, пять минут задержки! Хотят предъявить мне иск за задержку рейса! – возмущалась блондинка, повернув к Климу красное лицо с потеками туши под глазами, от чего слегка смахивала на клоуна.
Представив, что придется весь полет выслушивать жалобы и причитания блондинки, Клим виновато развел руками и произнес:
– Мой русский слова не понимай! Ду ю спик инглиш?
– Вот еще черт нерусский, попался на мою голову! – возмутилась блондинка, отворачиваясь в сторону бабуси преклонного возраста, сидевшей справа от нее.
Клим заметил немаленькие бриллианты в ушах блондинки, которые брызнули разноцветными искрами, как только на них попал солнечный луч.
Бабуся, всплеснув руками и тряхнув седыми буклями, с живостью скорострельного пулемета обрушила на блондинку сведения о своих родственниках, внучатых племянниках и нехороших соседях.
Блондинка в ответ рассказала о неверном муже, который вот уже семь дней не появлялся дома, а только звонил из какого-то Бангкока, поясняя, что его там задержали поставщики.
Самолет загудел двигателями, и Клим, затянув на поясе ремень безопасности, откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза.
Короткий разбег – и, оторвавшись от земли, самолет взмыл в воздух.
…Негромкое «Простите, я принесла воды!» вывело Клима из состояния сна.
Автоматически взглянув на часы, Клим заметил, что он проспал два часа сорок семь минут.
«Минут через тридцать должны прилететь!» – отметил про себя Клим, по привычке профессионального военного отмечая все события, привязывая их ко времени.
У кресла находилась высокая стюардесса с пластиковым подносом, на котором стояли аэрофлотовские коричневые чашки с темной жидкостью.
– Мне, пожалуйста, минеральной воды! – попросил Клим.
– Оказывается, вы прекрасно говорите по-русски! – обрадованно произнесла блондинка, но тут ее заглушил голос небритого кавказца, вставшего с мегафоном в середине прохода.
– Дамы и господа! Самолет захвачен борцами за освобождение Ичкерии! Во избежание кровопролития, всем оставаться на своих местах и застегнуть привязные ремни! Самолет должен совершить аварийную посадку на шоссе! Если хоть один человек без нашего разрешения встанет с места, то в салоне будет распылен очень сильный снотворный газ и вы все моментально уснете!
С этими словами небритый кавказец натянул на лицо белый респиратор с черной шишечкой в середине. Поднеся мегафон ко рту, террорист распорядился:
– Стюардесса! Быстро отнеси командиру экипажа записку!
Видя, что девушка колеблется, кавказец выхватил из кармана небольшой баллон зеленого цвета и, направив на ряд справа, нажал на колпачок.
Сильная желтая струя ударила в сидящих в креслах людей.
Люди, моментально уронив головы на грудь, заснули. Толстый мужчина с широкой окладистой бородой, сидевший за три ряда от Клима, глубоко вздохнул и раскатисто, с переливами захрапел, тоненько свистя носом при выдохе.
– Газ очень сильный, и не каждый, кто его вдохнет, сможет очнуться здоровым! Не рискуйте, девушка! – рявкнул террорист, делая шаг назад.
– Ты, длинный глиста, бегом пилот лети, мой записка неси! – шепеляво сказал еще один, возникший из-за занавески, небритый низенький кавказец с коротким револьвером в правой руке. В левой руке низенький мужик держал плотный лист белой бумаги с крупно напечатанным текстом.
Стюардесса поставила поднос с напитками на колени Клима, взяла листок из руки террориста и бросилась по проходу к пилотской кабине.
Подняв поднос с колен, Клим собрался переложить его блондинке, но, увидев направленный в свой живот ствол пластмассового пистолета, сразу изменил свое намерение.
– Ты, вшивый американец, быстро встал! Поднялся вместе с подносом, вышел в проход и встал на колени! Рот откроешь – получишь в него! Стрелку с цианистым калием! – пояснила блондинка, «стволом» показывая направление движения.
– Как вам не стыдно! – попыталась возразить бабуся, сидящая у иллюминатора.
Резкий удар в висок, который провела блондинка, не отрывавшая напряженного взгляда от Клима, как наиболее опасного в данной ситуации объекта, заставил бабку уронить голову набок.
Тонкая струя крови потекла по щеке несчастной бабуси, оказавшейся не в том месте и не в то время.
«Бабка, похоже, уже не встанет!» – отстраненно подумал Клим, медленно поднимаясь из кресла.
Чеченец с мегафоном, направив баллон на Клима, закричал:
– Сидеть, скотина!
Умению убивать пальцем, листом плотной бумаги и вообще подручными средствами Клима в свое время хорошо обучили. Этих двоих вырубить, исходя из расстояния до них, было делом двух секунд, но не зная обстановки и того, кто еще поддерживает террористов в самолете, так действовать было глупо.
Клим, приподняв поднос на уровень груди, замер.
– Аббас! Не дергайся! Пусть выходит! Я приказала ему выйти в проход! – громко сказала блондинка, чувствительно толкнув Клима в шею стволом пластмассового пистолета, оказавшегося увесистым, несмотря на игрушечные размеры.
– Мадам! Чьи приказания мне выполнять? – не оборачиваясь, спросил Клим, чувствуя нестерпимое желание врезать блондинке подносом по шее.
– Только мои! – громко сказала блондинка, еще раз ткнув в шею Клима дулом.
Испуганно косясь на кавказца, согнувшись в три погибели, Клим выбрался из кресла. Как было приказано, встал на колени, поставив поднос перед собой.
Кавказец, быстро подскочив, сильно ударил Клима правой ногой по ребрам, вымещая на нем свою злость.
Охнув, Клим упал на ковровую дорожку, прижав руки к правому боку, делая вид, будто ему очень больно.
Выбравшись из кресла, блондинка встала в метре от Клима.
Покачиваясь с пятки на носок, громко сказала, адресуясь к пассажирам:
– Всем вытащить деньги, золото, драгоценности и положить на поднос! Сейчас этот иностранец пройдет по рядам и соберет деньги!
Острый носок женской туфли ткнул Клима в бок, приказывая начать работу по сборке имущества граждан.
Приняв пинок как руководство к действию, Клим встал, поднял поднос и, кренясь на правый бок, снова подошел к своему месту. Не торопясь, стал аккуратно составлять чашки с водой на сиденье своего кресла.
Самолет накренился вправо и стал совершать правый поворот.
Ухватившись за ручки кресла, Клим с трудом удержался на ногах, настолько резким был поворот самолета.
Небритый «чех» с блондинкой покатились по проходу. Нажав на колпачок баллона с газом, кавказец опрыскал газом блондинку и ряд людей справа от него.
Блондинка, разок дернувшись, застыла в проходе, выставив на всеобщее обозрение зад, туго обтянутый белыми трусами с оборочками внизу.
Люди, попавшие под струю газа, все как один уронили головы на грудь и моментально заснули.
Из-за занавески, отделяющей эконом-класс от бизнес-класса, потрясая кулаками, выскочил огромный детина-блондин. Мужик был ростом не менее двух метров. Он гортанно закричал на небритого кавказца на не известном Климу языке.
Небритый мужик тут же вскочил на ноги, сунул баллон в нагрудный карман рубашки и, схватив блондинку за плечи, попытался приподнять ее.
– Эй ты, иностранец! Помоги человеку! – спокойно по-русски сказал блондин, стволом пластмассового пистолета ткнув в Клима.
Подскочив к блондинке, Клим рывком поднял ее и усадил в свободное кресло, в правом проходе.
– Сильный парень! Ты мне пригодишься! – удовлетворенно сказал блондин, «стволом» указав на свободное кресло за блондинкой.
Собрать драгоценности у пассажиров так и не удалось. По громкоговорящей связи пилот объявил:
– Всем пассажирам пристегнуть привязные ремни! Наш самолет совершает вынужденную посадку на шоссе! Посадка будет жесткой, так что ремни застегивайте крепче!
Самолет начал резкое снижение. На всякий случай Клим пристегнул привязные ремни и, наклонив голову вперед, крепко вцепился в ручки кресла.
– Что с нами будет? – испуганно спросила худенькая девушка, сидящая справа от Клима.
– Понятия не имею, но, судя по экипировке бандитов, они хорошо подготовились к похищению самолета и все правильно рассчитали, – ответил Клим, переправляя пистолетик за спину, за ремень брюк.