И тут она кое-что заметила: отросток был вовсе не похож на щупальце осьминога, на нем не оказалось чешуи, а поверхность была гладкая и твердая.
Не зная, что делать, Пэгги решила просто ждать. Вскоре она увидела огоньки вдалеке. И они не были похожи на метановые. Это было пламя настоящих костров, в которых потрескивали смолистые ветки, и снопы искр взметались вверх при порывах ветра.
В свете пламени девочка разглядела, что обхватившее ее щупальце – действительно совсем не щупальце, а корень! Огромный, длинный корень! Ее схватила не Пожирательница, а какой-то корень, похожий на лиану, тянущийся от гранитного свода. Она тут же заметила десятки таких же корней, свернувшихся в темноте, как клубок змей. Они медленно покачивались из стороны в сторону, словно размышляя о чем-то. Зрелище было величественное и ужасное.
Переплетение корней, покрытых мелкими корневыми волосками, напоминало сложную паутину или сеть с мелкими-мелкими ячейками. Эта «сеть» повисла над бездной так, что на нее приземлялись все, кто падал в трещину.
Когда корень поднес ее ближе, Пэгги увидела, что по поверхности сетки бегают десятки детей. Корень, подхвативший ее во время полета, опустил ее на эту сеть и куда-то уполз. Оказавшись на паутине из корней, пружинистой, как батут, Пэгги не удержалась и повалилась на корточки.
«Надо же, какая хорошая сеть, – подумала она. – Такое тонкое плетение, такая упругость!»
Тут она услышала странную музыку и огляделась. К ней подошел мальчик лет двенадцати. Он был одет в зеленые лохмотья, а в руке держал флейту. За ним шли еще дети с факелами в руках. Они были похожи на маленьких эльфов в одеждах из листочков.
– Добро пожаловать в лесное братство! – приветствовал ее мальчик с флейтой. – Меня зовут Пилос. Я заклинатель змей. Там, наверху, я выступал на ярмарках. Но хозяин у меня был очень злой, и однажды, когда он решил меня побить, я прыгнул в трещину и попал в сплетение корней. Корни были похожи на змей, поэтому я стал играть на флейте и корни отпустили меня! Мне удалось их заворожить.
У него была забавная физиономия, усыпанная веснушками размером с горошину, курносый нос и ярко-рыжие волосы, смешно торчавшие из-под изъеденной молью шапочки.
– Добро пожаловать! – сказал мальчик лет шестнадцати с факелом в руках. – Я Анастас – глава нашего братства. Пилос спас тебе жизнь. Это он приказал корню схватить тебя на лету и доставить к нам. Он просто сыграл нужную мелодию и – хоп! – ты уже здесь, целая и невредимая!
– Спасибо, – поблагодарила Пэгги Сью. – Но как же мои друзья?
– С ними все в порядке, – проговорил Анастас довольно покровительственным тоном. – Их подхватили другие корни, и они скоро будут здесь.
– А эти корни в самом деле вас слушаются? – удивилась Пэгги Сью.
– Конечно, – сказал Анастас и поднял факел повыше, чтобы девочка смогла разглядеть свод, оплетенный корнями. – Давным-давно первые колонисты посадили на Кандарте деревья. Те росли и росли, их корни проникли в трещины и оказались внутри яйца. А здесь, под воздействием газа, который выпускает Пожирательница, они начали мутировать. Постепенно они превратились в гигантские отростки, которые ты видишь сейчас. Но дело не в том, что они гигантские – они живые!
Тут он умолк, потому что еще два корня опустили на сетку Себастьяна и синего пса. Пэгги хотела было броситься им навстречу, но передумала: она еще очень плохо держалась на ногах на этой шаткой сетке.
– Эге! Где это мы? – удивился Себастьян.
– Если внимательно меня послушаешь, все поймешь, – надменно заявил Анастас. – У нас здесь есть свои законы. Поскольку корни спасли вам жизнь, отныне она принадлежат лесному братству. Поэтому вы должны безоговорочно подчиняться нашим правилам. Считайте, что это плата за ваше спасение. Если вам не нравится жить с нами, можете прыгнуть к Пожирательнице – она вас с удовольствием примет.
Дети за спиной у Анастаса захихикали. На них на всех были курточки и штанишки, сделанные из листьев и коры, отчего они были похожи на лесных эльфов.
«То ли люди, то ли растения, – телепатически пробормотал синий пес. – А они любят командовать. Чувствую, нам будет не очень комфортно с этими зелеными человечками».
– Не надо нас пугать, – перебила Анастаса Пэгги Сью. – Чего ты задираешься? Мы вам очень благодарны за то, что вы спасли нам жизнь… Мы летели на дирижабле, и на нас напали призраки. Они пропороли шар когтями, газ взорвался и…
Анастас громко расхохотался.
– Не было там никаких призраков! – презрительно заявил он. – Я наблюдал за вами в бинокль. Вы сами разорвали шар, своими собственными руками… Просто вы надышались газа, и у вас совсем крыша поехала. Если бы не мои живые корни, вам конец. Пожирательница вас бы уже сцапала.
Тут Пилос шагнул вперед. Он решил вмешаться, почувствовав, что дело идет к ссоре.
– Я научу вас играть на флейте, – сказал он. – После десяти уроков вы сможете управлять корнями. Конечно, это будут только самые простые команды…
– Если, конечно, у вас есть хоть какие-то музыкальные способности, – скептически сказал Анастас. – Для начала вам надо научиться ходить по сетке, а потом мы решим, как вы можете работать. Вам придется доказать, что вы что-то умеете. У нас тут не принято бездельничать. Если вы не будете подчиняться нашим правилам, мы сбросим вас вниз.
«Какая прелесть! – хмыкнул синий пес. – Славный парень. Я так понимаю, власть вскружила ему голову».
Пэгги Сью и ее друзьям пришлось вступить в лесное братство. Другие дети с легкостью поскакали по петлям сети, невольно ее раскачивая, отчего новичкам было еще труднее устоять на ногах. И только синий пес передвигался вполне уверенно. Еще бы: у него-то было целых четыре лапы!
Дети пересекали сеть по косой. Пилосу приходилось то и дело играть на флейте, чтобы усмирить корни.
– Только музыка может заставить их подчиняться, – объяснил Пилос. – Они похожи на огромных змей. К счастью, мама обучила меня нескольким волшебным мелодиям, иначе бы эти корни меня точно задушили. Они довольно злобные. То и дело дерутся друг с другом, и временами даже какой-то корень умудряется разорвать другого надвое.
– Но нам их агрессивность даже на руку, – заметил Анастас. – Они всегда рвутся в бой и защищают нас от щупалец, ведь Пожирательница то и дело пытается нас достать. И неудивительно: обед у нее прямо под носом, а заполучить его не выходит.
– И вас защищают корни? – удивилась Пэгги.
– Да, – ответил Анастас и горделиво выпятил грудь. – Конечно, нужно знать разные мелодии: чтобы послать корни в бой и чтобы потом их успокоить. Но для этого надо научиться очень хорошо играть на флейте. Флейта для нас – это не просто музыкальный инструмент, это настоящее оружие. К сожалению, не у всех есть способности, и выучиться играть не так-то просто.
– Ладно, не бойся. Может, мы очень способные, – подбодрил Пэгги синий пес.
– Если бы не эти гигантские корни… и не Пилос, – продолжал Анастас, – нас бы давно уже съела Пожирательница. Сейчас наша сеть протянулась на десять километров. Мы ею очень гордимся. В нашем братстве немало ребят. Те болваны, что прыгают в трещины, прямиком попадают сюда. А когда мы видим, что щупальце кого-то схватило, мы посылаем корни, и они отбивают жертву. Конечно, не всех удается спасти, но мы стараемся и довольно часто оставляем Пожирательницу без обеда.
– Молодцы! – восхитилась Пэгги Сью.
– Да мы знаем. Я сам очень горжусь тем, что мы делаем! – напыжился Анастас. – Однако без дисциплины никуда. Поэтому вы сейчас же пойдете учиться играть на флейте, а потом отправитесь на урок плетения. Вы должны раз и навсегда запомнить основы жизни на сети: здесь нет места бездельникам. Мы все работаем не покладая рук, чтобы защитить себя и других ребят.
В последующие дни Пэгги Сью, Себастьян и синий пес учились жить по правилам лесного братства.
Как оказалось, жизнь на сети была не слишком веселой.
Лесные братья ели вареные кусочки корней и похлебку из перемолотой древесины, пили сок все тех же корней и дождевую воду, которая собиралась в ямках в камне. Огонь высекали при помощи обломков кремния, который откалывали от сводов «яйца».
Каждый день они ходили на уроки музыки, которые проводил Пилос. Он разучивал с ними волшебные мелодии, при помощи которых можно руководить корнями. Надо было запомнить, при помощи какого набора звуков можно скомандовать корням: «В атаку!», «Свернись в кольцо», «Налево! (Направо!)», «Выше! (Ниже!)» и т. д. Проблема состояла в том, что надо было играть очень быстро, без ошибок и четко соблюдая ритм. Оказалось, что ритм – самое главное, без ритма волшебство не работает, и, вместо того чтобы выполнять команды, корни лениво сворачиваются в колечки и укладываются спать, как сытые удавы.
Пэгги Сью раздражали эти уроки. Ведь она отказалась учиться у бабушки Кэти ее колдовству, потому что магические формулы запоминать слишком трудно, а заклинания невозможно выговорить.
«Магия – это сплошное жульничество, – говорила она. – Я предпочитаю решать свои проблемы более реальными средствами».
Укрощение гигантских корней ее страшно бесило. К тому же у нее не очень хорошо получалось играть на флейте. Она то и дело допускала ошибки, из-за которых случались всякие неприятности. Дважды она чуть не задушила своим корнем другого ученика!
Конечно, настоящие дома невозможно было построить на сети, но дети соорудили небольшие хижины из сухих корней и листьев. Некоторые лесные братья предпочитали спать в гнездах, как птицы, но большинство все-таки ночевало в своих кособоких хижинах, разделившись по возрасту. Синего пса дети приняли с большой радостью, ведь до этого у них не было животных. Он наслаждался своей популярностью и выделывался, как мог.
Время от времени Анастас приходил посмотреть, как идут занятия, и, конечно же, произносил речь (он обожал произносить речи!).
– Корни – наши друзья, – говорил он. – Без них нас всех уже давно съела бы Пожирательница. Без корней, как и без сети, которую мы плетем, мы не смогли бы отбивать атаки щупалец и не спасли бы детей, которых эти щупальца утаскивают. Только благодаря корням мы в безопасности. Подумайте те, кто жалуется на невкусную похлебку, что здесь, на нашей паутине, вам ничто не угрожает, тогда как наверху ваши родители не могли вас уберечь от щупалец чудовища! Те, кто мечтает вернуться на поверхность, – жалкие кретины, заслуживающие того, чтобы их сбросили в бездну. Неблагодарные! Глупые! Для вас повторю еще раз: живые корни защищают нас здесь лучше, чем взрослые там, наверху.